Зарегистрируйтесь или авторизуйтесь в конкурсе


Авторизация

Регистрация

Войти через loginza
Ваше имя
Ваш email
Пароль
Повторите пароль
Защитный код

Il paesaggio greco (La Grecia vuota) - Греческий пейзаж (Опустевшая Греция)

23.11.2014
Обсудите эту работу с друзьями!
Оригинал: Il paesaggio greco (La Grecia vuota), Alberto Moravia / Альберто Моравиа
Перевод с итальянского: Tsybenko
Путеводители по Греции, неизменно очень объемные и очень подробные, полны описаний в прошедшем времени: “На этой равнине располагалась... пребывала... город находился... храм возвышался... множество статуй украшало... на горе был построен... и т.д. и т.д.” Так, будто путеводители по Греции – путеводители по катастрофам, разрушениям, отсутствиям, исчезновениям и призракам. Путеводители, предназначенные для культурного человека, который знает прошлое и удобно чувствует себя в нем, а не для падкого на настоящее туриста. Путеводители, сделанные более для того, чтобы вызывать и питать печаль и скорбь, чем направлять к пониманию и восхищению. Действительно, без описания того, что было и чего больше нет, путеводители по Греции были бы совсем тощими. И все это потому, что Греция – страна опустевшая. Памятников, переживших крушение античного мира, крайне мало, особенно при сравнении с другими странами Средиземноморья, например, с Египтом, где они сохранились нетронутыми, или с Италией, где они стали развалинами или чем-то отличным, хотя не менее живым и автономным: очень часто памятники пребывают здесь в плохих условиях, так что даже не могут вызывать столь печального названия развалин.
Чтобы перечесть еще стоящие памятники, достаточно пальцев одной руки, и все они, начиная с Парфенона, рассказывают все ту же скорбную историю о разрушительных землетрясениях, грабежах, совершенных византийскими императорами, грубых варварских опустошениях, совершенных франками и латинянами, об археологических хищениях англичан, французов и немцев, так что нередко восхищение почти подавлено или во всяком случае смешано с горечью и неким выстраданным чувством, состоящим из скорби, жалости и гнева. Об изобразительном искусстве мы не говорим. От столь прославленной живописи не сохранилось ничего, от скульптуры – ограниченное число произведений, совершенство которых заставляет нас еще более скорбеть о безмерном числе утерянных, как по недосмотру, так и совершенно преднамеренно, как было со всеми теми статуями, которые оказались в печах, чтобы обратиться в известь.
А что уж говорить о городах? Необходима изрядная доля воображения, чтобы представить Микены, Спарту или Тиринф там, где теперь находятся небольшие холмы с цветущим дроком и жужжанием насекомых. Даже столь прославленные развалины Дельф, к которым дюжинами подъезжают автобусы с туристами, по сути не более, чем собрание фундаментов находившихся здесь зданий, в большинстве своем едва выступающие из земли: все остальное это память и природа.
В целом в Греции слишком часто вынуждены больше к волнению, чем к восторгу. Наряду с таким храмом, как на мысе Суний, столь белым, столь изъеденным ветром и налетом соли, столь восхитительно подчеркнутым рыжим, скалистым холмом с голубым, улыбающимся морем и сладостным восточным небом, здесь, однако, столько развалин, перед которыми зритель испытывает то скорбное смущение, которое вызывает вид некогда прекрасной женщины, от красоты которой не осталось даже самого слабого отражения!
Скажем правду, хотя бы самим себе: посещение греческих памятников, столь оскверненных, разрушенных, искалеченных, ставших лишенными значимости обрубками, может быть каким угодно, но только не приятным. Доходит до того, что думают больше о тех, кто их разрушал, чем о тех, кто их создавал, больше о христианах-иконоборцах, о невежественных варварах, об охваченных элгиновской страстью англичанах, чем об эллинах. Эта мысль вызывает другие мысли – неизбежно меланхолические и исполненные мизантропии. Скопления туристов, галдящих среди этих жалких остатков высочайшей в истории цивилизации, в своем невежественном и надуманном восторге выглядят порой не менее отвратительно, чем иконоборцы и вандалы прошлого. В конце концов, не так уж много лет прошло с тех пор, как те же самые туристы в военной форме различных армий бродили по Европе, весело разрушая французские, итальянские, немецкие, голландские, русские города и произведения искусства. Нет никакого утешения в мысли, что такова судьба дел человеческих и что в сущности такого рода разрушения – часть непрерывного трансформационного и эволюционного процесса, без которого греческие города, возможно, еще бы существовали, зато не было бы всего того, что произошло потом. Действительно, как было уже сказано выше, Греция опустошена.
Однако именно с этой горькой констатации и начинается подлинное понимание, подлинное наслаждение несравненной красотой этой страны. Я хочу сказать, что Греция – страна опустошенная, но не девственная, как Калифорния или острова Полинезии или как обо всем позабывшие песчаные пустыни, в которых возвышались Вавилон и Ниневия.
В действительности, изящное и глубокое очарование Греции состоит в постоянном ощущении, что природа все еще, так сказать, согрета неким новым присутствием: здесь все еще присутствуют отзвуки и воспоминания. Ни одной стране в мире не присуще столько гуманизма и религиозности, как Греции, хотя люди и боги здесь исчезли уже столько веков назад, почти не оставив по себе никакого следа. Отсутствие богов и людей полное, но в то же время оно наблюдаемо, зримо, воистину трепетно: не думаю, что этот уникальный эффект следует приписывать одним только культурным реминисценциям. Да, несомненно, культура, которая есть память, благоговение, благодарность и потрясение, дает имя и историю стольким греческим пейзажам, в противном случае совсем безымянным и естественным, однако мы убеждены, что даже человеку невежественному, но при этом не лишенному чувствования, Греция должна явиться как страна, в которой «чувствуется».
Страна привидений – очаровательных, утешающих, любимых привидений. Страна, похожая на грандиозную театральную сцену, которую актеры только что покинули, исполнив свои роли.
Некоторые легенды и суеверия существуют здесь, чтобы подтверждать это чувство, как, например, легенда, согласно которой иногда по ночам на Марафонской равнине слышится, мешаясь с голосами ветра, непрерывная скачка коней во время знаменитой битвы. Не будем, однако, беспокоить героев Марафона: каждый, кто путешествовал в Греции, прекрасно знает, что чувство, постоянно испытываемое во время этих путешествий, это ощущение, что ты прибыл сюда не двадцать или более веков спустя, а всего через час или полчаса. Пожалуй, всего час или полчаса назад, кто знает, можно было видеть, как корабли афинского флота идут строем по голубому морю между Аттикой и Эвбеей, или как группа воинов с копьями, щитами и шлемами отдыхает в тени огромного одинокого густого дерева у равнины, покрытой зрелыми золотистыми колосьями, в ожидании битвы.
Однако это – пустые романтические видения именно потому, что они конкретны и детализированы. В действительности же греческий пейзаж ограничивается тем, что подсказывает общую возможность человеческого присутствия, чем-то напоминающую пустые комнаты, предметы в которых расставлены в соответствии с привычками отсутствующего хозяина. Например, кажется почти невероятным, что некоторые небольшие долины между холмами Аттики пусты и не возделаны: из-за отсутствия населения мысль сразу же устремляется вспять – в те времена, когда, несомненно, они возделаны и заселены. Действительно, понятие пустыни в нашем мышлении всегда связано с понятием негостеприимной природы. Однако эти долины обладают некоей таинственной завораживающей привлекательностью: зажатые между вскругленными и залитыми светом холмами, они являются сплошь устланными ковром лучезарного цветения – желтого, голубого, лилового. Разве можно уклониться здесь от исторического и поэтического напоминания об Элладе? Оно разлито в воздухе, словно хлопанье крыльев жаворонков, взлетающих над стаями из одиноких, разбросанных по склонам дубровников.
Природа в Греции не только прекрасна, но и обладает смыслом, однако смысл этот всегда загадочен и невыразим. Каков, например, смысл того, что на побережье Эвбеи золотистая пшеница, чередующаяся всюду с красными маками, пышно растет почти до самой кромки голубого моря? Или каков смысл того, что на некоторых равнинах со знаменитыми названиями, подверженных только воздействию ветров и солнца, стоит только одно дерево – только одно, с ветвями, расположенными особым образом, в тени этого дерева, теснимые одна другой, сбились в кучу овцы небольшой отары, а чуть поодаль, на краю тени спит пастух? Или что в вековой масличной роще с огромными деревьями с мощными серыми стволами и серебристой листвой чередуются дикие олеандры с красными цветами, куда только взор простирается, до самой глубокой чащи лесной? Или что в уединенной круглой бухте на желтой песке у берега голубого моря улеглось множество белых и черных коз? Впрочем, описывать Грецию можно без конца.
Можно сказать, что природа Греции неким образом решила противостоять жестокостям истории: насколько безжалостно история обошлась с эллинской цивилизацией, настолько же природа, как представляется, пожелала быть милосердной и верной. Что это, действительно, так, доказывает, кроме всего прочего, чувство взволнованности, утешения, восторга, которое вызывают природные ландшафты Греции, и наоборот, как было сказано, ее редкие памятники слишком часто приводят к размышлениям мизантропическим и меланхоличным.

[“Corriere della Sera”, 19 июня 1959 года]
Tsybenko
Il paesaggio greco (La Grecia vuota)

Le guide della Grecia, tutte molto voluminose e molto particolareggiate, sono riempite di descrizioni all’imperfetto: “In questa pianura era situata... qui stava... la città si trovava... il tempio sorgeva... numerose statue adornavano... sul monte era stato costruito... etc. etc.” Quanto dire che le guide della Grecia sono guide di catastrofi, di distruzioni, di assenze, di scomparse e di fantasmi. Guide da servire all’uomo di cultura che conosce e si trova a suo agio nel passato, non al turista avido del presente. Guide atte a ispirare e nutrire il rimpianto e la pietà piuttosto che a indirizzare alla comprensione e all’ammirazione. In realtà, senza la descrizione delle cose che ci furono e non ci sono più, le guide della Grecia sarebbero assai smilze. E questo per la buona ragione che la Grecia è un Paese vuoto. I monumenti sopravvissuti al naufragio del mondo antico sono pochissimi e, specie se paragonati a quelli di altri Paesi del Mediterraneo come per esempio l’Egitto dove sono quasi intatti o l’Italia dove sono diventati rovine ossia qualche cosa di diverso benché non meno vivo e autonomo, troppo spesso in cattive condizioni, così da non potere neppure aspirare al nome già così triste di rovine.
I templi rimasti in piedi si contano sulle dita di una mano sola e tutti, a cominciare dal Partenone, dicono la stessa lamentevole storia di terremoti eversori, di spoliazioni di imperatori bizantini, di brutali devastazioni barbariche, franche e latine, di rapine archeologiche inglesi, francesi e tedesche; di modo che, non di rado, l’ammirazione viene quasi soverchiata e comunque amareggiata e contrastata da un sentimento misto di rimpianto, di pietà e di rabbia. Non parliamo delle arti figurative. Della pittura, tanto vantata, non sopravvive niente; della scultura, un numero limitato di opere, la cui sublimità ci fa tanto più rimpiangere il numero sterminato di quelle che sono andate perdute, sia per incuria, sia per volontario proposito come per è il caso di tutte le statue che furono nelle fornaci al fine di ricavarne della calce.
E che dire poi delle città? Ci vuole una bella dose di immaginazione per raffigurarsi Micene о Sparta о Tirinto là dove ci sono oggi soltanto collinette fiorite di ginestre e ronzanti di insetti. Le stesse rovine di Delfi così celebri, verso le quali vengono avviati a dozzine gli autocarri dei turisti, non sono in fondo che una collezione di fondamenta degli edifici che vi si trovavano, per lo più appena emergenti dal suolo: tutto il resto è memoria e natura.
Troppo spesso, insomma, in Grecia, si è costretti a commuoversi piuttosto che ad ammirare. E per un tempio come quello di Capo Sunio, così bianco, così consunto dal vento e dalla salsedine, così meravigliosamente intonato con la collina rossa e sassosa, col mare azzurro e sorridente e col dolce cielo orientale, quanti altri ruderi ci sono, invece, di fronte ai quali il visitatore prova l’imbarazzo doloroso che ispira la vista di una donna che si sa che fu bella e della cui bellezza non rimane neppure il più debole riflesso.
Diciamo la verità, almeno per noi, la visita ai monumenti greci così profanati, rovinati, storpiati, ridotti a mozziconi insignificanti è tutt’altro che piacevole. Si finisce per pensare più a coloro che li distrussero che a co che li crearono; più ai cristiani iconoclasti, ai barbari ignoranti, agli inglesi affetti di elginismo che agli elleni. Questo pensiero ne suscita degli altri, tutti malinconici e pieni di misantropia. I turisti che, a frotte, sciamano tra questi miseri resti della più alta civiltà della storia ci appaiono ad un tratto non meno antipatici, nella loro ignorante e convenzionale ammirazione, degli iconoclasti e vandali del passato. Del resto quegli stessi turisti, non tanti anni or sono, delle divise di vari eserciti, scorrazzavano per l’Europa, distruggendo allegramente le città e le opere d’arte italiane, francesi, tedesche, olandesi , russe. E non è una consolazione pensare che tale è il destino delle cose umane; e che, in fondo, queste distruzioni, fanno parte di un incessante processo di trasformazione e di evoluzione senza il quale forse avremmo ancora le città greche ma in compenso non avremmo tutto quello che è venuto dopo. Sta di fatto che la Grecia, come abbiamo già detto, è vuota.
Ma proprio a partire da questa constatazione amara, comincia la vera comprensione, il vero godimento della bellezza impareggiabile di questo Paese. Voglio dire che la Crecia è un Paese vuoto ma non vergine come la California о le isole della Polinesia, о del tutto dimentico come i deserti sabbiosi in cui sorgevano Babilonia e Ninive.
In realtà, ciò che forma l’incanto sottile e profondo della Grecia è la continua sensazione che la natura sia, per così dire, ancora calda di una presenza recente: ancora echeggiante e memore. Nessun Paese al mondo è così umanizzato e religioso come la Grecia benché uomini e dei siano scomparsi, senza lasciare quasi traccia, da tanti secoli. L’assenza degli uomini e degli dei è totale ma al tempo stesso avvertibile, visibile, addirittura palpabile: e questo singolare effetto non credo che si debba soltanto acrivere alle reminiscenze culturali. Sì, certamente la cultura che è memoria, pietà, gratitudine e commozione dà un nome e una storia a tanti paesaggi greci altrimenti del tutto anonimi e naturali; ma siamo convinti che anche ad uomo ignorante, purché non privo di sensibilità, la Grecia deve apparire come un Paese nel quale, come si dice, “ci si sente”.
Un Paese di fantasmi, di leggiadri, consolanti amabili fantasmi. Un Paese simile ad una grandiosa scena vuota di teatro dalla quale gli attori siano partiti or ora, dopo aver recitato le loro parti.
Certe leggende e superstizioni stanno lì a confermare questa sensazione, come, per esempio, quella secondo la quale, in certe notti, sulla pianura di Maratona si ode, mischiato alle voci del vento, lo scalpitio dei cavalli della celebre battaglia. Ma senza scomodare gli eroi di Maratona, chiunque abbia viaggiato in Grecia sa benissimo che la sensazione costante durante questi viaggi è di essere arrivato non già venti о più secoli troppo tardi, ma un’ ora, una mezz’ora. Un’ora, mezz’ora prima, chissà, poteva accadere di vedere le navi della flotta ateniese sfilare per il mare azzurro, tra l’Attica e l’Eubea; oppure un gruppo di soldati con lancia, scudo, elmo, riposare all’ombra di un grande albero solitario e fronzuto, di fronte ad una pianura biondeggiante di messi mature, in attesa della battaglia.
Ma queste sono forse romanticherie, appunto perché precise e circostanziate. In realtà il paesaggio greco si limita a suggerire la generica possibilità di una presenza umana, un po’ come certe stanze deserte nelle quali gli oggetti sono però disposti secondo le abitudini del proprietario assente. Per esempio sembra quasi incredibile che certe vallette tra le colline dell’Attica, siano vuote e incolte; in mancanza di abitanti, il pensiero corre subito, indietro indietro, ai tempi in cui erano certamente coltivate e popolate. L’idea del deserto, infatti, nella nostra mente è sempre connessa con quella di una natura inospitale. Ma queste vallette sono di un’amenità misteriosa e incantevole: strette tra le colline rotondeggianti e luminose, esse appaiono, di primavera, tutte tappezzate di risplendenti fioriture gialle, azzurre e violette. Come fare, allora, ad evitare la suggestione storica e poetica dell’Ellade? Essa sta per l’aria, come il battito delle ali delle allodole che si alzano a stuoli dai quercioli solitari sparsi sui pendii.
La natura in Grecia, oltre che bella, è significativa, di un significato però sempre enigmatico e ineffabile. Che vuol dire per esempio che sulle coste dell’Eubea, il grano dorato, tutto mischiato di papaveri rossi, cresca rigoglioso 'fin quasi sulla sponda del mare azzurro? Che vuol dire, ancora, che in certe pianure dai nomi illustri, battute dal vento e del sole, ci sia un solo albero, uno solo, dai rami disposti in un certo modo, e all’ombra di quest’albero, strette l’una contro l’altra, stiano raggruppate le pecore di un piccolo armento, mentre il pastore dorme poco più in là, anche lui in un lembo d’ombra? О che in un uliveto antico, ai grandi ulivi dai tronchi grigi e membruti, dal fogliame argenteo, si alternino oleandri selvaggi carichi di fiori rossi, a perdita d’occhio, fin nelle più remote profondità del bosco? О che in un’insenatura solitaria, circolare, sulla sabbia gialla, in riva al mare azzurro, stiano accosciate molte capre bianche e nere? Ma non si finirebbe mai di descrivere la Grecia.
La natura in Grecia si direbbe che abbia voluto riparare in qualche modo alle crudeltà della storia: quanto questa è stata spietata verso la civiltà ellenica, altrettanto la prima sembra aver voluto essere pietosa e fedele. E che questo sia vero lo prova, se non altro, il sentimento di commozione, di consolazione, di esaltazione che ispirano i luoghi naturali della Grecia; mentre, come abbiamo detto, troppo spesso i rari monumenti inclinano a pensieri misantropi e malinconici.

[“Corriere della Sera”, 19 giugno 1959]

Вернуться к началу перевода
Обсудите эту работу с друзьями!
 
  При использовании авторских материалов указание автора
и ссылка на страницу конкурсной работы обязательны
Ваши голоса
Блестяще! 1 голос
 
30 баллов за голос
Что-то в этом есть 0 голосов
 
20 баллов за голос
Не впечатлило 0 голосов
 
10 баллов за голос
Разочаровало 0 голосов
 
5 баллов за голос
Статистика     *данные на 18:00 (Москва, GMT+3)
Место в рейтинге Проза: 195
Средняя оценка: 30.00
Итоговая оценка: 3.00
Общее число оценок: 1
Число комментариев: 1
Число посещений страницы: 1170
< Предыдущий перевод Следующий перевод >
Обсуждаем эту и другие работы на Форуме Конкурса >>>
Комментарии:    1
Choulpan Sadykova
Choulpan Sadykova говорит:
0
08.12.2014 02:32   #
Прочла с большим интересом, перевод замечательный.
Как верно описание ощущений от посещения сегодняшней Греции, в частности, Афин и самого Акрополя (очень грустное зрелище, правда) Ожидала увидеть повсюду храмы, скульптуры, историю. В моем воображении (сложившимся еще со школы) представляла страну музеем. Пришлось довольствоваться легендами и включать воображение. Жаль. Так опустошить страну и разграбить её могли только варвары. Хорошо, все-таки, что отсутствие памятников древней цивилизации компенсируется, как пишет Моравиа, природой. С этой точки зрения страна удивительно красивая, природа роскошна. И мощные и огромные оливковые рощи, холмы и море, кажется остались такими, какими они были когда-то.

А ещё, остался "греческий профиль" у сегодняшник греков, и неповторимый тембр голоса. :)))

Спасибо за знакомство с неизвестным мне Моравиа - эссеистом.
Подписаться на новые комментарии к этой работе
Добавить комментарий
Ваше имя Обязательное поле
Ваш email Обязательное поле    Ваш email не будет опубликован
Комментарий:
Защитный код
Обсуждаем эту и другие работы на Форуме Конкурса >>>

 

 

Статистика конкурса

всего (сегодня)
Пользователи: 150 (0)
Переводы: 0 (0)
Комментарии: 23539 (0)
Иллюстрации: 0 (0)

Последние события

nsbivintobia: <strong><a href="/">/ watches price</a></strong> <br> <strong><a href="/">/ watches price</a></strong> <br>
nsbivintobia: <strong><a href="/">swiss replica watches aaa+</a></strong> <br> <strong><a href="/">swiss replica watches</a></strong>
nsbivintobia: <ul><li><strong><a href="/">high quality swiss replica watches</a></strong> </li><li><strong><a href="/">watches</a></strong> </li><li><strong><a href="/">swiss
nsbivintobia: <strong><a href="/">swiss replica watches aaa+</a></strong> <br> <strong><a href="/">swiss replica watches</a></strong>
nsbivintobia: <strong><a href="/">best beats by dre outlet</a></strong> <br> <strong><a href="/">Best Headphones
nsbivintobia: <strong><a href="/">swiss replica watches aaa+</a></strong> <br> <strong><a href="/">swiss replica watches</a></strong>
nsbivintobia: <strong><a href="/">swiss replica watches aaa+</a></strong> <br> <strong><a href="/">swiss replica watches</a></strong>
nsbivintobia: <strong><a href="/">moncler sale</a></strong> <br> <strong><a href="/">moncler outlet store</a></strong> <br> [url=http://www.monclerinoster
nsbivintobia: <strong><a href="/">swiss replica watches aaa+</a></strong> <br> <strong><a href="/">swiss replica watches</a></strong>
nsbivintobia: <strong><a href="/">jimmy choo clearance</a></strong> <br> <strong><a href="/">jimmy choo outlet store</a></strong>
Все события

Партнеры конкурса