Зарегистрируйтесь или авторизуйтесь в конкурсе


Авторизация

Регистрация

Войти через loginza
Ваше имя
Ваш email
Пароль
Повторите пароль
Защитный код

השקרים האחרונים של הגוף-4 - ЛОЖЬ ОТ ПЕРВОГО ЛИЦА-4

03.12.2011
Обсудите эту работу с друзьями!
Оригинал: השקרים האחרונים של הגוף-4 , Гайл Харэвен גַיל הראבן
Перевод с иврита: Люси
Если бы я привела Алису в дом своих родителей и дала возможность высказаться, она давно бы уже нарисовала мне "Красочную картину детства".
Скромная семейная гостиница в районе Бейт а-Керем - отец семейства зовет ее "моя маленькая Швейцария" – двухэтажная, окруженная хвойными деревьями, которые пропитали весь дом своим ароматом. Кто-кто живет в теремочке? Папа, мама и лапочки-дочки. Старшая светлая, младшая черная, одна медлительная, другая проворная.
У мамы слабое сердце. Большую часть времени она проводит в постели или за стойкой регистрации в маленьком фойе, где тоже витает смолистый дух. По стенам фойе развешаны пейзажи, подаренные постояльцами-художниками, и хозяева с гордостью рассказывают о тех людях искусства и интеллектуалах, которые снова и снова возвращаются в их скромную гостиницу, как к себе домой.
Священник-иезуит, каждое лето приезжающий из Лиона для участия в археологических раскопках, учит младшую дочку играть в шахматы.
"Девочка созрела для интеллектуального развития", - заключает богослов. "Созрела, созрела", - соглашается ее отец.
В знак признательности за поданный в комнату чай исполнительница песен на идиш пудрит нос хихикающей старшей дочке и дарит своей любимице фиолетовый флакон духов в форме лебедя.
Пара орнитологов из Бельгии приучает девочек наблюдать за птицами. Палец парня прижат к губам, призывая к молчанию, палец девушки указывает вверх. У пары одинаково острые носы и такие же острые подбородки, у них даже очки одинаковые - круглые в золотой оправе. Когда орнитологи не слышат, девочки называют их близнецами и смеются.
На голове кепка, прилизанный чубчик стрелой нацелен в черный глаз - это Шая Готхильф. В совмещенной со столовой кухоньке он как кисть встряхивает сковороду с омлетом. Судьба и отсутствие иных средств существования сделали его хозяином гостиницы, а став хозяином, он даже имя свое ей подарил. Но внешне он больше похож на художника или ученого, чем на человека, подвизающегося в сфере услуг.
Менее восторженный, чем Алиса, наблюдатель отметил бы, что во всем, что касается обслуживания, "Пансион Готхильфа" редко оправдывает самые обычные ожидания – и это еще мягко сказано. Омлет поджарен на дешевом постном масле, хризантемы в армянских вазах нужно было выбросить еще позавчера, а прикосновение к постельному белью выдает его возраст и многочисленные стирки. Работница-арабка в расшитом платье убирает не слишком тщательно и, время от времени, когда из-за неразберихи, болезни или других временных трудностей мать забывает платить ей зарплату, Джамиля вообще не выходит на работу. Чернявая дочка убирать отказывается наотрез. Светленькая, благодушно улыбаясь, медленно елозит по полу щеткой пылесоса, вот только щетка не умещается под слабо греющие радиаторы отопления…
В этом месте отсутствует роскошь, которую можно купить за деньги, - скажет Алиса, - но в нем есть особенная атмосфера. Этот дом будто медом склеивает веки и приглашает входящих под его своды окунуться в мир грез. Похоже, что грезы гостей не уехали вместе с ними, их шепот все еще слышен среди камней: грезы тех, кто приезжал искать сокровища Храма и царей; тех, кто надеялся найти для себя корону в Иерусалиме, и тех, кто стремился его спасти.

Со двора слышатся колокольчики смеха. Это глухонемой акробат учит девочек ловить и бросать мяч вслепую. Глаза старшей завязаны красным шарфом; младшая от шарфа отказалась, но глаза ее честно зажмурены. Издали доносится звон церковных колоколов; он сливается с боем старых часов на стене библиотеки. В библиотеке Шаи собраны сотни томов, доступных всем желающим. Отец девочек всматривается в каждого, кто приходит покопаться в книгах, словно желая запечатлеть в памяти образ человека с книгой в руках.
"Мои найденыши", - называет Шая свои книги, большая часть которых была подобрана на улице. Тома на иврите, английском, французском, русском, немецком, венгерском, польском и сербском языках. Тома в коричневых обложках с золотым обрезом, на языках, которых их любящий хозяин не знает; но он не выносит вида выброшенных книг, хозяин которых умер. "У меня они, по крайней мере, обретут дом", - говорит Шая серьезным тоном.

Рука судьбы забросила мальчика-беженца - единственного сына у матери - в Палестину. Страстная любовь к иерусалимской красавице, старше его на шесть лет, привела его в этот утопающий в зелени дом. Но та же рука могла бы действовать и по-иному. Шаю легко представить совершенно другим: Шая Готхильф - житель Манхеттена, журналист и остроумный мыслитель; Шая- художник; профессор Шая Готхильф, излагающий свои широкие взгляды по всей Америке, и в европейские столицы его тоже частенько приглашают. У Шаи богатое воображение, он с легкостью примеряет на себя любое из этих воплощений. Ему даже не надо о них говорить – Алиса сама читает его мысли, ловит на лету облачка его иллюзий, и восторг переполняет ее.
Кто-нибудь другой, одари его судьба такими же выдающимися способностями, полагал бы, что стены гостиницы для него узки. Но только не Шая! Он не чувствует себя обделенным: ведь богатство в душе человека, а не снаружи. Гостиница, даже такая маленькая, это целая вселенная – тонко чувствующей душе здесь скучать не приходится. Шая часто повторяет старшей дочке, что "настоящая ее школа здесь", и никогда не ругает за пропуски уроков в обычной школе.
"Не раз и не два возвращалась она из школы в слезах, - говорит он без всякого огорчения, совершенно не сердясь. – Здесь же, среди людей, которые ее знают и любят, она может постигать настоящую науку в спокойной обстановке – именно так учились дети в прежние времена". Шая полагает, что "учебные заведения слишком оторваны от реальной жизни". Однако, когда младшая дочь попросила записать ее в престижную школу-интернат и даже заранее, без ведома родителей, сдала вступительные экзамены, он благословил ее на этот шаг и, с большим трудом, но все же оплатил учебу. "Дети, как растения, - объяснял он. – Кактус, если его слишком много поливать, сгниет, а другое растение при таком же поливе высохнет и завянет. Родители прежде всего должны быть хорошими садовниками".
А может, ему и надо было стать садовником?.. Вот и жажду своих гостей он умеет утолить: рюмкой вишневого ликера собственного приготовления; мудрым словом; поучительной цитатой. Не скупится на добрый совет кибуцникам-молодоженам, гостям проходящего в городе фестиваля, старичку-репатрианту, комнату которого оплачивает Еврейское агентство "Сохнут", пока не найдет ему более подходящее жилье. И только на своей губной гармошке Шая никому не дает играть, даже, если очень просят. Зато летними вечерами, когда окна открыты, по улицам Бейт а-Керема далеко разносится мелодия "Блуждающей звезды".

Несмотря на многолетнее сотрудничество с Алисой, меня не перестает удивлять ее способность к словесным ухищрениям. С какой ловкостью она, наивно трепеща ресницами, переключает внимание на катышки пыли под радиаторами, чтобы мы не заметили использованных кондомов под кроватью. Легкой грязнотцой она отвлекает нас от более крупной мерзости – знает, что указывая на пыль, она тем самым создает иллюзию честности.
Быстро миновав стойку регистрации пансиона, Алиса оставляет за ней Эрику – мать семейства, которая сетует на свое "слабое сердце", подобно романтической героине девятнадцатого века. "Между нами разница в шесть лет", - замечает мама вскользь. Родители оба признаются в этих шести годах, хотя на самом деле она старше него на целых девять. Алиса, как впрочем и все остальные, предпочитает побыстрее проскользнуть мимо стенающей матери, чтобы подставить свои уши под амбициозные разглагольствования отца.
Ей удобно не замечать, что маленькая девочка в нарядном платьице две недели не мыта; а вторую, не шибко способную к наукам, оставили дома на хозяйстве, и она ползает на четвереньках и пачкает руки, собирая использованные бумажные салфетки.
И ни слова о девочках, безнадзорно водящих дружбу с чужими. Ни звука о громких скандалах родителей с Джамилей, ни словечка о том, как эти двое без конца мучают друг друга препирательствами. Муж предлагает продать пансион, жена отказывается: пансион – это ее наследство; ее отец, положивший на него жизнь, в гробу перевернется.
При наглухо закрытых дверях муж умоляет, уговаривает, искушает. Гостям не слышно, зато отлично слышно дочкам, как он пускается в описания семейного и личного счастья, которое только преумножится от продажи недвижимости. Мать смягчается, соглашается в принципе, но не сейчас. Всегда "не сейчас". Через год, если все будет хорошо, когда здоровье поправится, когда цена поднимется, пусть сначала появится серьезный покупатель, нужно разделаться с выплатами и, в любом случае, – нельзя же продавать до окончания сезона!
Вот из-за этого ее упрямства мы все и торчим здесь! Только из-за мелочной боязни вашей мамы сдвинуться с места без страхового полиса в руках! Неужели вам, девочки, не хотелось бы жить, скажем, в колонии художников в Италии? Или, если уж пансион, то почему не на Кипре? Известно ли вам, что на деньги, которые нам сейчас предлагают, мы могли бы купить себе маленький домик – такой, как на этой открытке? Разве вы не хотели бы жить в таком домике с террасой на крыше? Разве вам не хочется кататься верхом на собственном ослике? А если мама не хочет за границу, "только не за границу!" – разве мало возможностей здесь в Израиле? Квартирка в Тель-Авиве, вид на море, чудесная зима, пять минут ходьбы до театра и десять кинотеатров вокруг. Сидишь в кафе, а мимо проходят знаменитости. Не надо постоянно чего-то бояться и ожидать худшего! Нужно научиться видеть дальше своего носа, только так можно добиться успеха! Запомните, девочки, что говорит вам папа, хоть это запомните: надо быть смелее!
Люси
השקרים האחרונים של הגוף-4
אילו לקחתי אותה לבית הורי ואילו הנחתי לה לפצות פה בעניין, אליס כבר מזמן היתה מציירת לי "חוויית ילדות צבעונית":

מלון משפחתי צנוע בשכונת בית הכרם, אבי המשפחה מכנה אותו "שווייצריה הקטנה שלי", שתי קומות חבוקות בעצי מחט, ניחוחם ממלא את הבית. ומי גר בבית? אבא ואמא ובנות שתיים. בובותיים. הבכורה בהירה, הצעירה שחורה, זו איטית וזו מהירה.

לבה של האם חלש, ואת רוב ימיה היא מבלה במיטה או במשרד הקבלה הקטון, שאף הוא אפוף בניחוחות שרף. על קירות המשרד תלויים ציורי טבע ועיר - אורחים אמנים נתנום מזכרת לבעלים, והם, ברצון יספרו על האמנים ועל אנשי הרוח הרבים שחוזרים ושבים כבני בית אל אכסנייתם הצנועה.

כומר ישועי מליון בא מדי קיץ להשתתף בחפירות ארכיאולוגיות ומלמד את הבת הצעירה לשחק שחמט.

"הילדה בשלה להתפתחות אינטלקטואלית," פוסק המלומד. "בשלה, בשלה," מאשר לו האב.

זמרת אידית מפדרת דרך חיבה את אפה של הבכורה המצחקקת, אחרי שזו מעלה לה כוס תה לחדרה, ועוד היא מעניקה לחביבתה את בקבוק הבושם הסגול שלה שצורתו כברבור.
זוג צַפָּרים בלגים מרגיל את הילדות לשאת את מבטיהן אל בעלי הכנף. אצבעו של הבחור מונחת על פיו, מסמנת לשתוק, אצבעה של הבחורה מורה למעלה. חוטם זהה, מחודד, יש לבני הזוג וסנטר זהה וחד, ושניהם מרכיבים משקפיים זהים ועגולים שמסגרותיהם זהב. שלא בפניהם, הבנות מכנות אותם "התאומים" וצוחקות.

חבוש קסקט, בלוריתו מודבקת כחץ מורה על עין שחורה, עומד שעיה גוטהילף במטבחון הפתוח ומלהטט במחבת החביתות כבמכחול. הגורל וצורכי הפרנסה עשו אותו בעל מלון, ומשנעשה בעלים, גם את שמו הוא העניק למקום, אלא שחזותו של שעיה היא של אמן או של מלומד יותר משל נותן שירות.

משקיפה שאיננה נוטה לרגש את עצמה כמו אליס, היתה מציינת כי בכל הנוגע לשירות פנסיון גוטהילף לא תמיד עונה על ציפיות שגרתיות - וזאת בלשון המעטה. החביתה מטוגנת בשמן פשוט, את החרציות שבאגרטלים הארמניים רצוי היה להשליך שלשום, ומגעם של כלי המיטה מעיד על חיים ארוכים ועל כביסות רבות. העובדת הערבייה בשמלתה הרקומה לא מיטיבה לנקות, ומעת לעת, כשמפאת בלבול או חולי או קושי זמני אחר האם שוכחת לשלם את שכרה, קורה שג'מילה אינה באה. הבת השחורה מתמרדת. הבהירה מחייכת את חיוכה האיטי ומוליכה לאט את שואב האבק, אלא שהשואב לא מגיע אל מתחת למקרני ההסקה המחממים חלושות.

פאר שנקנה בכסף אין במקום הזה - אליס תגיד - אך יש בו אווירה. יש בבית משהו שסוגר כדבש את העפעפיים ומזמין את הבאים בין כתליו להזות. דומה כאילו הזיותיהם של אורחיו לא נסעו עמם, ועודן רוחשות בין האבנים: חלומות של מי שעלו לירושלים לחפור בה אוצרות מקדש ומלכים, של אלה שבאו למצוא בה כתר לעצמם ושל אלה שביקשו לגאול אותה.


צחוק פעמונים של ילדות בחצר. לוליין חירש-אילם מלמד את השתיים לתפוס כדור ולהשליך אותו בעיניים כסויות. עיניה של הבת הבכורה מכוסות בצעיף אדום, הצעירה דחתה את הצעיף אבל היא עוצמת עיניים ולא פוקחת ולא מרמה. צליל פעמוני כנסייה עולה מרחוק ומתערבב בצלילו הקרוב יותר של האורלוגין הישן שבחדר הספרייה. מאות כרכים נאספו בספרייתו של שעיה, עומדים לרשות כל מי שחפץ להיכנס ולפשפש בהם, ואביהן של הבנות יעמיק את מבטו בנכנס כמבקש לחרות בלבו את תמונתו של אדם אוחז ספר.

"האסופים שלי", שעיה מכנה את ספריו שלוקטו ברובם אחרי שהושלכו לרחוב. כרכים בעברית, באנגלית, בצרפתית, ברוסית, בגרמנית, בהונגרית, ברומנית, בפולנית ובסרבית. כרכים חומי כריכות ומוזהבי שוליים בלשונות שבעליהם האוהב אינו יודע, אלא שאין הוא מסוגל לשאת מראהו של ספר שבעליו נפטרו והוא הופקר ברחוב. "אצלי לפחות יש להם בית," שעיה אומר ורצינות בקולו.



יד הגורל גילגלה ילד פליט, בן יחיד לאמו, לפלשתינה. אהבה גדולה ליפהפייה ירושלמית המבוגרת ממנו בשש שנים הציבה אותו בבית הזה הטובל בירק. אך אותה היד יכולה היתה לפעול אחרת, ונקל לדמיין שעיה אחר: שעיה גוטהילף איש מנהטן, עיתונאי והוגה דעות חריף; שעיה המלחין ההולנדי; שעיה צייר; פרופסור שעיה גוטהילף פורש את השקפותיו הרחבות בכל רחבי אמריקה וגם לבירות אירופה הוא מוזמן לעתים תכופות. דמיונו של שעיה עשיר, בקלות הוא יכול לשוות את עצמו בכל אחד מהגלגולים האלה. ואף בלי שירחיב בדיבורו עליהם, אליס קוראת את דמיונותיו, בולעת את הבלי האשליות שלו, והיא מתפעמת:

אחר שניחן בכישרונות מופלגים כשלו היה חש שכותלי המלון צרים עליו, אך שעיה רואה עצמו כמי שאינו חסר דבר: שפע הוא סגולה שבתוך הנפש ולא דבר שמחוץ לה. מלון, ולו אף קטן, הוא יקום שלם, ונפש ערנית תמיד תמצא בו עניין. לבתו הבכורה שעיה נוהג לומר כי "זהו בית הספר האמיתי שלך", ולעולם איננו דוחק בה ואיננו גוער בה כשהיא משתמטת מיום לימודים רגיל.

"לא פעם ולא פעמיים היא חזרה אלי מבית הספר עם דמעות בעיניים," הוא מציין בלי כעס וללא מרירות, "אבל פה, ליד אנשים שמכירים אותה ואוהבים אותה, פה היא יכולה ללמוד בקצב שלה דברים אמיתיים, בדרך שילדים היו לומדים פעם."

שעיה גורס כי "ההפרדה בין החיים האמיתיים למוסדות החינוך בלתי נסבלת". אך כשבתו הצעירה ביקשה להירשם לפנימייה ואף הקדימה ונבחנה ללא ידיעתם של הוריה, הוא נתן לה את ברכתו ובמאמץ גדול גם מימן את לימודיה. "ילדים הם כמו צמחים," הוא יסביר. "קקטוס, אם תשקי אותו יותר מדי, יירקב, ואילו צמח אחר שיקבל את אותה השקיה, יתייבש וייבול. הורה, לפני הכול, צריך להיות גנן טוב."

ואולי צריך היה בכלל להיות גנן? כי גם את צימאונם של אורחיו הוא מרווה: בכוסית של ליקר דובדבנים מעשה ידיו; בדבר חוכמה; בציטוט מאיר עיניים. לא חוסך את עצתו הטובה מזוג קיבוצניקים שבא לירח דבש, מאורחי פסטיבל שמתקיים בעיר, מקשיש עולה שהסוכנות היהודית משלמת בעבור שהותו עד שיימצא לו מקום אחר. רק את המפוחית שלו שעיה שומר לעצמו ואינו נעתר להפיח בה גם כשמפצירים בו מאוד. אך בלילות הקיץ שבהם החלונות פתוחים, מי שעובר ברחובות בית הכרם עשוי לשמוע ממרחקים מפוחית מנגנת את נעימת "כוכב נודד".


שנים עבדתי עם אליס ויכולתה להונות עדיין מפתיעה אותי; הטבעיות, הטבעיות שבה היא מרטיטה את ריסיה ומאחזת עיניים: ממקדת את מבטינו בפקעות אבק שמתגוללות מתחת להסקה כדי שלא נבחין בקונדומים משומשים ליד המיטה. יודעת שהלכלוך הקל מסיח את הדעת מהזוהמה הדוחה, ושהודאה באבק יוצרת אשליה של כנות.

אליס חולפת במהירות על פני משרד הקבלה של הפנסיון ומשאירה בו את אריקה, האם הגונחת על "לבה החלש", כמו היתה איזו גיבורה רומנטית מהמאה התשע-עשרה. שש שנים, היא מציינת בחופזה, מבדילות בינה ובין האב. השניים אכן מודים בשש שנים, אך ההפרש האמיתי הוא תשע. ונוח לה לאליס, לה כמו לכולם, לחלוף בחופזה על פני האם החולנית ולמלא את האוזניים ברעיונות היומרניים של האב.

נוח לה שלא להבחין כי בת קטנה בשמלה מהודרת לא רוחצה במשך שבועיים, ושבת אחרת, מתקשה, הושארה לשמש כמשרתת בבית, וזוחלת על ארבע לאסוף סיאוב של ממחטות נייר לחות.

אף הגה על ילדות שמתרועעות עם זרים באין משגיח. אף מילה על הריבים הצרחניים של ההורים עם ג'מילה, ואף מילה על העינוי הבלתי פוסק שהשניים מענים זה את זה. האיש מבקש למכור את הפנסיון והאישה מסרבת: הפנסיון הוא ירושה שלה, ואביה שהשקיע בו את חייו יתהפך בקברו.

בחדרי חדרים האיש מפציר, מתחנן, מפתה. מחוץ לטווח השמיעה של האורחים, אך בהחלט בטווח השמיעה של בנותיו, האב מפליג בתיאור האושר המשפחתי והאישי שרק ירבה עם מכירת הנכס. האם מתרככת, ניאותה עקרונית למכור, אבל לא עכשיו. אף פעם לא עכשיו. בעוד שנה אם יהיה טוב, אחרי שהבריאות תשתפר, אחרי שיעלה הערך, קודם שתבוא הצעת מחיר אחרת, רצינית יותר, קודם נגמור לשלם ולהסדיר, ובכל מקרה לפני שתיגמר העונה אי-אפשר.

רק בגלל העקשנות הזאת שלה כולנו תקועים. רק בגלל הפחד הקטנוני הזה שיש לאמא שלכן לזוז בלי תעודות ביטוח ביד. לא הייתן רוצות, ילדות, לחיות, נגיד, במושבת אמנים באיטליה? או אם כבר פנסיון, אז למה לא בקפריסין? אתן יודעות שבמחיר שהיזם מוכן לשלם לנו עכשיו ביד, יכולנו לקנות לנו בית קטנטן ממש כמו זה שבגלויה? לא הייתן רוצות לגור בבית קטנטן כזה עם מרפסת גג? לא הייתן רוצות חמור קטן לרכוב עליו, שיהיה רק שלכן? ואם אמא לא רוצה חו"ל, אם דווקא לא חו"ל - חסרות אפשרויות פה בארץ? דירונת בתל אביב, נוף לים, חורף נהדר, חמש דקות הליכה לתיאטרון ועשרה אולמות קולנוע למטה. יושבים בבית קפה ומפורסמים עוברים על פניך. לא צריכים לחשוש ולפחד כל הזמן. צריך לדעת לחשוב בגדול, כי רק ככה אפשר להצליח. תזכרו, ילדות, את מה שאביכן אומר, לפחות את זה תזכרו: לא צריך לחשוש.
Гайл Харэвен גַיל הראבן
Гайл Харэвен גַיל הראבן
Вернуться к началу перевода
Обсудите эту работу с друзьями!
 
  При использовании авторских материалов указание автора
и ссылка на страницу конкурсной работы обязательны
Ваши голоса
Блестяще! 13 голосов
 
30 баллов за голос
Что-то в этом есть 0 голосов
 
20 баллов за голос
Не впечатлило 1 голос
 
10 баллов за голос
Разочаровало 3 голоса
 
5 баллов за голос
Статистика     *данные на 07:00 (Москва, GMT+3)
Место в рейтинге Проза: 23
Средняя оценка: 24.41
Итоговая оценка: 24.41
Общее число оценок: 17
Число комментариев: 9
Число посещений страницы: 2364
< Предыдущий перевод Следующий перевод >
Обсуждаем эту и другие работы на Форуме Конкурса >>>
Комментарии:    9
sivva
sivva говорит:
0
05.12.2011 18:01   #
Да, великолепно! Замечательный перевод, читается как авторский текст. Читала с огромным удовольствием. Жду продолжения... С.
Люси
Люси говорит:
0
05.12.2011 18:03   #
Продолжение здесь:
Марго
Марго говорит:
-4
05.12.2011 20:56   #
Мимоходом:

>> он как кисть встряхивает сковороду с омлетом.

Сравнение нежизненное: жесты ведь совершенно разные. (Кстати, если уж считать это "как кисть" сравнением, то запятыми выделить необходимо.)
_______________

>> прикосновение к постельному белью выдает его возраст и многочисленные стирки.

А вот это определяется на глаз -- без всякого прикосновения.
_______________

>> слабо греющие радиаторы отопления…

Бытовые радиаторы -- это и есть отопительные приборы. Так что "радиатор отопления" в данном случае плеоназм.
Люси
Люси говорит:
0
05.12.2011 21:33   #
Спасибо за запятые, Марго!
Наконец-то и Ваше драгоценное время потрачено с пользой!
МАНИЛА
МАНИЛА говорит:
+3
05.12.2011 21:40   #
==А вот это определяется на глаз -- без всякого прикосновения.==

А вот это определяет автор текста.
Люси
Люси говорит:
0
05.12.2011 21:45   #
МАНИЛА, кисть тоже придумал автор текста, но вот глагол к ней "придумала" я. И не уверена, что очень удачный. Как Вам кажется, что еще можно делать со сковородой, чтобы напоминало движения художника кистью?
МАНИЛА
МАНИЛА говорит:
+2
05.12.2011 21:58   #
Описание бытовых движений - о-очень сложна тема, давно знаю. А как он ее встряхивает? Здесь встряхивают так, чтобы омлет перевернулся и упал на сковороду другой стороной, тогда можно было бы сказать "махнул".
Люси
Люси говорит:
+1
05.12.2011 22:00   #
Омлет он и в Африке омлет! :)
Марго
Марго говорит:
0
05.12.2011 22:02   #
>> Спасибо за запятые, Марго!

Если Вы рассчитываете, Люси, что я, растрогавшись, сейчас выложу Вам все Ваши пунктуационные ошибки, то нет, этого не будет. А насчет кисти и белья -- не стоит винить автора: у переводчика ведь тоже, простите, своя голова на плечах, и читателю выдается результат именно его труда, а не авторского. Так что читательский спрос -- с переводчика.
Подписаться на новые комментарии к этой работе
Добавить комментарий
Ваше имя Обязательное поле
Ваш email Обязательное поле    Ваш email не будет опубликован
Комментарий:
Защитный код
Обсуждаем эту и другие работы на Форуме Конкурса >>>

 

 

Статистика конкурса

всего (сегодня)
Пользователи: 202 (0)
Переводы: 0 (0)
Комментарии: 74836 (0)
Иллюстрации: 0 (0)

Последние события

nsbivintobia: <ul><li><strong><a href="/">timberland uk</a></strong> </li><li><strong><a href="/">timberland boots</a></strong> </li><li><strong><a href="/">timberland outlet</a></strong> </li></ul><br>
nsbivintobia: <strong><a href="/">Uggs</a></strong><br><strong><a href="/">Ugg</a></strong><strong><a href="/">UGG tГёfler</a></strong><br><br><br><strong><a href="/">UGG tГёfler til menn</a></strong> |
nsbivintobia: <strong><a href="/">Christian louboutin rabatt sko salg</a></strong><br> <strong><a href="/">Christian louboutin rabatt
nsbivintobia: <strong><a href="/">Timberland utlГёp</a></strong><strong><a href="/">Timberland sko</a></strong><br><strong><a href="/">Timberland stГёvler</a></strong><br><br><br><strong><a href="/">Timberland sko</a></strong><br> <strong><a
nsbivintobia: <strong><a href="/"> omega klokker </a></strong> | <strong><a href="/">omega</a></strong> | <strong><a
nsbivintobia: <strong><a href="/">chanel klokker</a></strong><br> <strong><a href="/">Breitling klokker</a></strong><br> <a class="category-top" href="/">Omega &
nsbivintobia: <strong><a href="/">Moncler kids outlet</a></strong><br> <strong><a href="/">Moncler kvinner jakker</a></strong><br> <a class="category-products"
nsbivintobia: <strong><a href="/">timberland stГёvler</a></strong><strong><a href="/">timberland uttak</a></strong><strong><a href="/">timberland stГёvler pГҐ salg</a></strong><br><br><br><a href="/">timberland
nsbivintobia: <strong><a href="/">kjГёpe klokker</a></strong><br> <strong><a href="/"> klokker </a></strong><br> klokke
nsbivintobia: <strong><a href="/">flekk falske IWC klokker</a></strong><br> <strong><a href="/">flekk falske IWC klokker</a></strong><br>
Все события

Партнеры конкурса