Зарегистрируйтесь или авторизуйтесь в конкурсе


Авторизация

Регистрация

Войти через loginza
Ваше имя
Ваш email
Пароль
Повторите пароль
Защитный код

Dracula - Брэм Стокер «Дракула». Отрывок из главы 14.

09.12.2011
Обсудите эту работу с друзьями!
Оригинал: Dracula, Bram Stoker
Перевод с английского: Татьяна

Из дневника доктора Сюарда.
26-е сентября. — На самом деле не бывает так, что все кончается. С того дня, когда я сказал «Все кончено» прошло меньше недели, а я начинаю все снова, или скорее продолжаю в том же ритме. До этого дня у меня не было повода думать о том, что уже сделано. Ренфилд во всех отношениях стал таким же адекватным, как был. Его бизнес по разведению мух продвигался, и также он активно продолжал заниматься пауками, поэтому он не доставлял мне хлопот. В субботу я получил письмо от Артура, он написал, что отлично держится. С ним Квинси Моррис, он во многом ему помогает, так как он просто воплощение жизнерадостности. Квинси тоже черкнул мне строчку, и от него я узнал, что Артур опять становится таким же жизнерадостным, как был, поэтому я спокоен за них. Что касается меня, я опять потихоньку погружался в работу с прежним энтузиазмом, так что я мог с уверенностью сказать, что душевная рана, вызванная смертью бедной Люси, зарубцевалась. Но теперь все эта рана снова открылась, и только Бог знает, каким будет конец. По моему ощущению, Ван Хельсинг думает, что он тоже об этом знает, но он выскажет ее не сразу, чтобы заинтриговать меня. Вчера он уехал в Эксетер и пробыл там весь вечер. Сегодня он вернулся, фактически влетел в комнату в половину шестого вечера и впихнул мне в руки «Вестминстерскую газету».
«Что Вы об этом думаете?» – спросил он, встав сзади и сложив руки.
Я просмотрел газету, потому что не знал, что он имел в виду, но он взял ее у меня и обратил мое внимание на статью про детей, которых заманили в ловушку в Хемпстеде.
Это ни о чем мне не сказало до тех пор как я добрался до части, в которой описывались мелкие колотые раны на их горле. Меня вдруг осенило, и я поднял голову.
«Ну?» — сказал он.
– Это напоминает раны бедной Люси.
– И какие выводы Вы можете из этого сделать?
– Просто есть какая-то общая причина. Что бы это ни было, существо, которое ранило ее, ранило и их.
Я не совсем понял, что он имел в виду, когда ответил: «Это верно косвенно, но не прямо».
«Что Вы имеете в виду, профессор?» — спросил я.
Я был немного склонен к тому, чтобы легко отнестись к его серьезному настрою, потому что, в конце концов, четыре дня отдыха и свободы от истощающего, мучительного волнения на самом деле помогают улучшить настроение, но когда я увидел выражение его лица, я протрезвел. Он никогда не выглядел таким суровым, даже в когда мы были в отчаянии из-за нашей бедной Люси.
«Расскажите мне! – сказал я. – Я не решусь что-либо предположить. Я не знаю, что думать, и у меня нет информации, на основе которой можно что-то предположить».
– Вы хотите сказать мне, друг Джон, что у Вас нет никаких подозрений по поводу того, от чего умерла бедная Люси, даже после всех улик, на которые Вас навели и события, и мои аргументы?
– От нервного изнеможения, сопровождавшегося потерей крови.
– И каким образом произошла потеря крови? Я покачал головой. Он обошел, сел возле меня и продолжил:
– Вы умный человек, друг Джон, Вы хорошо аргументируете, и Вы храбры, но Вы слишком скованы предрассудками. Вы не позволяете своим глазам видеть или своим ушам слышать, и то, что вне обыденной жизни, для Вас ничего не значит. Вы не думаете о том, что существуют вещи, которых Вы не понимаете, но которые существуют, и что одни люди видят вещи, которых другие не видят? Но есть вещи, старые и новые, которые люди не могут увидеть собственными глазами, потому что они знают – или думают, что знают – некоторые вещи, которые другие люди им сказали. Ах, наша наука так грешит тем, что пытается объяснить все, и если она не может объяснить, тогда, с точки зрения науки, объяснять нечего. Но тем не менее мы каждый день видим, как вокруг распространяются новые верования, которые воображают себя новыми, и которые являются не чем иным, как старое, которое воображает себя молодым – подобно милым леди в опере. Я думаю, теперь Вы не верите в переселение душ. Не так ли? Также не верите в материализацию. Не так ли? И также не верите в астральные тела. Не так ли? Также Вы не верите в чтение мыслей. Не так ли? И в гипноз Вы тоже не верите —
«Верю, — ответил я. — Шарко доказал это достаточно хорошо».
Тогда он улыбнулся и продолжил: «Тогда Вы удовлетворены насчет этого. Не так ли? И конечно, тогда Вы понимаете, как это действует, и можете проследовать мыслью за великим Шарко – жаль, что он уже умер — в самую глубину души пациента, на которого он может воздействовать. Нет? Тогда, друг Джон, я полагаю, что Вы просто принимаете факты, и Вас устраивает, если предположение неизвестно на каком основании приводит к заключению. Нет? Тогда скажите мне – поскольку я исследую мозг – как можно принимать гипноз и не верить в чтение мыслей? Позвольте сказать Вам, мой друг, что сейчас в науке об электричестве исследуется много вещей, которые могли бы показаться безбожеством для тех, кто открыл электричество, кого не так давно самих сожгли как колдунов. В жизни всегда много загадок. Почему случилось так, что Мафусаил прожил 900 лет, старина Парр-169, в то время как бедная Люси, в вены которой перелили кровь 4-х мужчин, не смогла прожить и дня? Потому что, если бы она прожила еще один день, мы могли бы спасти ее. Знаете ли Вы все загадки жизни и смерти? Знаете ли Вы одновременно сравнительную анатомию и можете ли сказать, почему некоторые люди жестоки и бесчувственны, а другие — нет? Можете ли Вы сказать мне, почему один великий паук веками жил в башне старой испанской церкви, и рос, и рос, до тез пор пока в преклонном возрасте не смог выпить масло из всех ламп в церкви, в то время как некоторые пауки скоропостижно умирают в детстве? Вы можете сказать мне, почему в Пампах или где угодно живут летучие мыши, которые прилетают ночью, вскрывают вены крупного рогатого скота и лошадей, и высасывают из них кровь, и каким образом на некоторых островах в западных морях появляются летучие мыши, которые целыми днями висят на деревьях, и которые представляются тем, кто их видит, гигантскими орехами или коконами. И эти летучие мыши перелетают на матросов, которые спят на палубе в жару, и затем ... затем утром находят мертвых людей, таких же бледных, какой была мисс Люси».
«Боже мой, профессор! – сказал я, вскакивая. – Уж не хотите ли Вы мне сказать, что Люси укусила одна из таких летучих мышей, и что такая мышь находится здесь, в Лондоне, в девятнадцатом веке?»
Он махнул рукой, прося меня помолчать, и продолжил:
«Вы можете сказать мне, почему черепаха живет дольше, чем несколько поколений людей, почему слон живет так долго, что может пережить целые династии, и почему попугай не погибает только от укуса собаки или кошки или других мелочей? Вы можете мне сказать, почему везде и во все времена люди верили, что есть некоторые избранные, которые могут жить вечно, если им позволят, что есть мужчины и женщины, которые не могут умереть? Мы все знаем – потому что наука объяснила этот факт – что существовали жабы, застрявшие в скалах на много лет, застрявшие в настолько маленьком отверстии, что они не могли выбраться с сотворения мира. Вы можете мне сказать, как индийский факир может сделать так, чтобы умереть, после чего его хоронят, его могилу запечатывают и сеют на ней кукурузу, пожинают, собирают и опять сеют, пожинают и собирают, и потом приходят люди, и откапывают могилу, и обнаруживают там индийского факира, не мертвого, но воскресшего из мертвых и активно передвигающегося, как и они, как было до этого?»
В этот момент я перебил его.
Я все больше и больше чувствовал себя сбитым с толку, он настолько забил мне голову своим списком загадок природы и небылиц, которые возможны, что у меня разыгралось воображение. У меня возникла смутная мысль о том, что он хочет прочитать мне лекцию, подобно тому, как он учил меня в лаборатории в Амстердаме, но он потом говорил мне одну вещь, так чтобы я все время держал в голове то, о чем идет речь. Но сейчас он не давал мне подсказок, но мне хотелось понять его и я сказал:
«Профессор, позвольте мне опять стать Вашим любимым студентом. Выдвиньте мне тезис, и я смогу использовать Ваши знания, когда Вы продолжите говорить. Сейчас я мысленно переключаюсь с темы на тему, так, как следит за мыслью сумасшедший, а не нормальный человек. Я чувствую себя как новичок, перебирающийся через болото в тумане, прыгающий с кочки на кочку в достаточно тщетной попытке продвинуться, и не знаю при этом, куда я иду».
«Это хороший образ, – сказал он. – Ну, я должен поведать Вам. Вот мой тезис – я хочу, чтобы Вы поверили».
– Поверил во что?
– Поверили в то, во что не можете поверить. Давайте я покажу Вам на примере. Я как-то слышал, как один американец определил веру так: та способность, которая дает нам возможность верить в то, что мы считаем неверным. Я согласен с этим человеком. Он имел в виду то, что мы должны быть открыты для новых знаний, и не позволять мелкому куску правды сдерживать распространение большого куска правды, подобно тому, как маленькую глыбку везут по железной дороге. Мы сначала разберемся в маленькой правде. Хорошо! Мы храним ее, мы ценим ее, но в то же время мы не должны считать ее всей правдой мира.
– Тогда получается, Вы даете мне понять, укоренившиеся убеждения не должны влиять на остроту моего восприятия, если речь идет о запутанных делах. Я правильно понял Ваш урок?
– Ах, Вы до сих пор мой любимый ученик. Вас стоит учить. Сейчас Вы уже готовы понять, Вы сделали первый шаг к пониманию. В таком случае, Вы считаете, что эти маленькие ранки на шее — дело лап того же существа, который поранил Мисс Люси?
– Я предполагаю, что это так.
Он встал и сказал торжественно:
«Тогда Вы ошибаетесь. О, если бы это было так! Но увы, это не так. Это хуже, намного, намного хуже».
«Боже мой, профессор Ван Хельсинг, что Вы имеете в виду?» – вскричал я.
Он отчаянно свалился на стул, положил локти на стол, закрыв лицо руками, и сказал:
«Этих детей поранила Мисс Люси!»
Татьяна
Dracula
Bram Stoker «Dracula». Extract from chapter 14.
Doctor Seward’s diary.
26 September. — Truly there is no such thing as finality. Not a week since I said «Finis», and yet here I am starting fresh again, or rather going on with the record. Until this afternoon I had no cause to think of what is done. Renfield had become, to all intents, as sane as he ever was. He was already well ahead with his fly business, and he had just started in the spider line also, so he had not been of any trouble to me. I had a letter from Arthur, written on Sunday, and from it I gather that he is bearing up wonderfully well. Quincey Morris is with him, and that is much of a help, for he himself is a bubbling well of good spirits. Quincey wrote me a line too, and from him I hear that Arthur is beginning to recover something of his old buoyancy, so as to them all my mind is at rest. As for myself, I was settling down to my work with the enthusiasm which I used to have for it, so that I might fairly have said that the wound which poor Lucy left on me was becoming cicatrised.
Everything is, however, now reopened, and what is to be the end God only knows. I have an idea that Van Helsing thinks he knows, too, but he will only let out enough at a time to whet curiosity. He went to Exeter yesterday, and stayed there all night. Today he came back, and almost bounded into the room at about half-past five o'clock, and thrust last night's «Westminster Gazette» into my hand.
«What do you think of that?» — he asked as he stood back and folded his arms.
I looked over the paper, for I really did not know what he meant, but he took it from me and pointed out a paragraph about children being decoyed away at Hampstead. It did not convey much to me, until I reached a passage where it described small puncture wounds on their throats. An idea struck me, and I looked up.
«Well?» he said.
«It is like poor Lucy's».
«And what do you make of it?»
— Simply that there is some cause in common. Whatever it was that injured her has injured them. I did not quite understand his answer.
— That is true indirectly, but not directly.
«How do you mean, Professor?» I asked. I was a little inclined to take his seriousness lightly, for, after all, four days of rest and freedom from burning, harrowing, anxiety does help to restore one's spirits, but when I saw his face, it sobered me. Never, even in the midst of our despair about poor Lucy, had he looked more stern.
«Tell me! — I said. — I can hazard no opinion. I do not know what to think, and I have no data on which to found a conjecture».
— Do you mean to tell me, friend John, that you have no suspicion as to what poor Lucy died of, not after all the hints given, not only by events, but by me?
— Of nervous prostration following a great loss or waste of blood.
"And how was the blood lost or wasted?" — I shook my head.
He stepped over and sat down beside me, and went on: «You are a clever man, friend John.
You reason well, and your wit is bold, but you are too prejudiced. You do not let your eyes see nor your ears hear, and that which is outside your daily life is not of account to you. Do you not think that there are things which you cannot understand, and yet which are, that some people see things that others cannot? But there are things old and new which must not be contemplated by men's eyes, because they know, or think they know, some things which other men have told them. Ah, it is the fault of our science that it wants to explain all, and if it explain not, then it says there is nothing to explain. But yet we see around us every day the growth of new beliefs, which think themselves new, and which are yet but the old, which pretend to be young, like the fine ladies at the opera. I suppose now you do not believe in corporeal transference. No? Nor in materialization. No? Nor in astral bodies. No? Nor in the reading of thought. No? Nor in hypnotism...»
«Yes, — I said. — Charcot has proved that pretty well."
He smiled as he went on: «Then you are satisfied as to it. Yes? And of course then you understand how it act, and can follow the mind of the great Charcot, alas that he is no more, into the very soul of the patient that he influence. No? Then, friend John, am I to take it that you simply accept fact, and are satisfied to let from premise to conclusion be a blank? No? Then tell me, for I am a student of the brain, how you accept hypnotism and reject the thought reading. Let me tell you, my friend, that there are things done today in electrical science which would have been deemed unholy by the very man who discovered electricity, who would themselves not so long before been burned as wizards. There are always mysteries in life. Why was it that Methuselah lived nine hundred years, and 'Old Parr' one hundred and sixty-nine, and yet that poor Lucy, with four men's blood in her poor veins, could not live even one day? For, had she live one more day, we could save her. Do you know all the mystery of life and death? Do you know the altogether of comparative anatomy and can say wherefore the qualities of brutes are in some men, and not in others? Can you tell me why, when other spiders die small and soon, that one great spider lived for centuries in the tower of the old Spanish church and grew and grew, till, on descending, he could drink the oil of all the church lamps? Can you tell me why in the Pampas, ay and elsewhere, there are bats that come out at night and open the veins of cattle and horses and suck dry their veins, how in some islands of the Western seas there are bats which hang on the trees all day, and those who have seen describe as like giant nuts or pods, and that when the sailors sleep on the deck, because that it is hot, flit down on them and then, and then in the morning are found dead men, white as even Miss Lucy was?»
«Good God, Professor! — I said, starting up. — Do you mean to tell me that Lucy was bitten by such a bat, and that such a thing is here in London in the nineteenth century?»
He waved his hand for silence, and went on: «Can you tell me why the tortoise lives more long than generations of men, why the elephant goes on and on till he have sees dynasties, and why the parrot never die only of bite of cat of dog or other complaint? Can you tell me why men believe in all ages and places that there are men and women who cannot die? We all know, because science has vouched for the fact, that there have been toads shut up in rocks for thousands of years, shut in one so small hole that only hold him since the youth of the world. Can you tell me how the Indian fakir can make himself to die and have been buried, and his grave sealed and corn sowed on it, and the corn reaped and be cut and sown and reaped and cut again, and then men come and take away the unbroken seal and that there lie the Indian fakir, not dead, but that rise up and walk amongst them as before?»
Here I interrupted him. I was getting bewildered. He so crowded on my mind his list of nature's eccentricities and possible impossibilities that my imagination was getting fired. I had a dim idea that he was teaching me some lesson, as long ago he used to do in his study at Amsterdam. But he used them to tell me the thing, so that I could have the object of thought in mind all the time. But now I was without his help, yet I wanted to follow him, so I said:
«Professor, let me be your pet student again. Tell me the thesis, so that I may apply your knowledge as you go on. At present I am going in my mind from point to point as a madman, and not a sane one, follows an idea. I feel like a novice lumbering through a bog in a midst, jumping from one tussock to another in the mere blind effort to move on without knowing where I am going».
«That is a good image, — he said. "Well, I shall tell you. My thesis is this, I want you to believe».
— To believe what?
— To believe in things that you cannot. Let me illustrate. I heard once of an American who so defined faith: «that faculty which enables us to believe things which we know to be untrue». For one, I follow that man. He meant that we shall have an open mind, and not let a little bit of truth check the rush of the big truth, like a small rock does a railway truck. We get the small truth first. Good! We keep him, and we value him, but all the same we must not let him think himself all the truth in the universe."
— Then you want me not to let some previous conviction inure the receptivity of my mind with regard to some strange matter. Do I read your lesson aright?"
— Ah, you are my favourite pupil still. It is worth to teach you. Now that you are willing to understand, you have taken the first step to understand. You think then that those so small holes in the children's throats were made by the same that made the holes in Miss Lucy?
— I suppose so.
He stood up and said solemnly: «Then you are wrong. Oh, would it were so! But alas! No. It is worse, far, far worse».
«In God's name, Professor Van Helsing, what do you mean?» — I cried.
He threw himself with a despairing gesture into a chair, and placed his elbows on the table, covering his face with his hands as he spoke:
«They were made by Miss Lucy!»

Вернуться к началу перевода
Обсудите эту работу с друзьями!
 
  При использовании авторских материалов указание автора
и ссылка на страницу конкурсной работы обязательны
Ваши голоса
Блестяще! 0 голосов
 
30 баллов за голос
Что-то в этом есть 1 голос
 
20 баллов за голос
Не впечатлило 0 голосов
 
10 баллов за голос
Разочаровало 0 голосов
 
5 баллов за голос
Статистика     *данные на 20:00 (Москва, GMT+3)
Место в рейтинге Проза: 205
Средняя оценка: 20.00
Итоговая оценка: 2.50
Общее число оценок: 1
Число комментариев: 2
Число посещений страницы: 3583
< Предыдущий перевод Следующий перевод >
Обсуждаем эту и другие работы на Форуме Конкурса >>>
Комментарии:    2
Алекс
Алекс говорит:
0
12.12.2011 19:58   #
1. Cлишком много я-мне-меня-мой, которые не важны для смысла, а значит, их стоило бы опустить, чтобы текст выглядел чище.
2. И какое-то странное оформление прямой речи: то тире, то кавычки, по-моему, правильнее было бы остановиться на чем-то и не скакать с одного на другое.
3. Вы с заглавной буквы в диалогах немного напрягает, хоть жанр и эпистолярный.
4. Подобные предложения очень отдают дословщиной:
Это ни о чем мне не сказало до тех пор как я добрался до части...
Тогда Вы удовлетворены насчет этого.

Вопрос:
И в гипноз Вы тоже не верите —
Я знаю, что в английском длинное тире зачастую заменяет многоточие, но в русском такого нет. Тире - оно тире и только тире. Предложения на тире не заканчиваются.
Андрей Москотельников
Андрей Москотельников говорит:
0
12.12.2011 20:09   #
Татьаяна напрасно себя профессионалом величает. Она младенец—
Подписаться на новые комментарии к этой работе
Добавить комментарий
Ваше имя Обязательное поле
Ваш email Обязательное поле    Ваш email не будет опубликован
Комментарий:
Защитный код
Обсуждаем эту и другие работы на Форуме Конкурса >>>

 

 

Статистика конкурса

всего (сегодня)
Пользователи: 174 (0)
Переводы: 0 (0)
Комментарии: 48259 (361)
Иллюстрации: 0 (0)

Последние события

eemperafa: <a href="http://www.ivangrifi.it/wat…">kopiera breitling</a> <strong><a href="http://www.ivangrifi.it/wat…">billiga omega klockor</a></strong><br> <strong><a href="http://www.ivangrifi.it/wat…">kopiera breitling</a></strong><br>
eemperafa: <ul><li><strong><a href="http://www.mcracingterni.it…">vintage cartier klocka</a></strong></li><li><strong><a href="http://www.mcracingterni.it…">titta pГҐ big bang</a></strong></li><li><strong><a href="http://www.mcracingterni.it…">breitling fГ¶r
eemperafa: <ul><li><strong><a href="http://www.mettifogo.eu/new…">music on internet pandora</a></strong></li><li><strong><a href="http://www.mettifogo.eu/new…">pandora sieraden</a></strong></li><li><strong><a href="http://www.mettifogo.eu/new…">pandora uk</a></strong></li></ul><br> <ul><li><strong><a
eemperafa: <strong><a href="http://www.galdo.it/newinde…">cartier womens watch</a></strong><br> <strong><a href="http://www.galdo.it/newinde…">cartier tank americaine</a></strong><br> <strong><a href="http://www.galdo.it/newinde…">cartier
eemperafa: <strong><a href="http://www.morospose.it/new…">ugg boots</a></strong><br> <strong><a href="http://www.morospose.it/new…">glitter uggs</a></strong><br> <strong><a href="http://www.morospose.it/new…">ugg knightsbridge boots</a></strong><br>
eemperafa: <strong><a href="http://www.3asoluzioni.it/n…">clearance ugg boots</a></strong><br> <strong><a href="http://www.3asoluzioni.it/n…">uggs slippers for women</a></strong><br> <strong><a
eemperafa: <strong><a href="http://www.aurent.it/newind…">timberland boots for cheap</a></strong> | <strong><a href="http://www.aurent.it/newind…">timberland boots for
eemperafa: <strong><a href="http://www.nottedicapodanno…">moncler official site</a></strong> | <strong><a href="http://www.nottedicapodanno…">moncler uk sale</a></strong> |
eemperafa: <strong><a href="http://www.montidaunidascop…">hublot geneve big bang kung</a></strong> | <strong><a href="http://www.montidaunidascop…">klockor breitling</a></strong>
eemperafa: <ul><li><strong><a href="http://www.tenutapoggetti.c…">pandora smykker</a></strong></li><li><strong><a href="http://www.tenutapoggetti.c…">pandora sieraden</a></strong></li><li><strong><a href="http://www.tenutapoggetti.c…">web pandora</a></strong></li></ul><br> <strong><a href="http://www.tenutapoggetti.c…">latest pandora
Все события

Партнеры конкурса