Зарегистрируйтесь или авторизуйтесь в конкурсе


Авторизация

Регистрация

Войти через loginza
Ваше имя
Ваш email
Пароль
Повторите пароль
Защитный код

Emily Dickinson. An interpretive biography - Эмили Дикинсон: вариант жизнеописания 2

14.10.2014
Обсудите эту работу с друзьями!
Оригинал: Emily Dickinson. An interpretive biography , Thomas H. JOHNSON
Перевод с английского: Лу
Часть первая
Тихий рост в одиночестве
I
ДОЛИНА: Труднодостижимые идеалы

Можно сказать, что Эмили Дикинсон обитала одновременно в трех разных мирах, о них думала и о них писала. Был мир природы, где являлись ее взору и вели с нею разговор обитавшие там существа; было ее «достояние» — мир дружбы и еще был невидимый и неслышимый мир - здесь нам суждено блуждать в облаке мерцающих тайн. С самого детства она была не такая, как все. Она была прямодушной, импульсивной, своеобычной, дурашливой озорницей, говорила вслух то, что не принято, то, что другие думают про себя, но не смеют выговорить - и как говорила! Эти черты делали ее загадкой для тех, кто знал ее, постоянно ставили их в тупик и удивляли, ибо она жила парадоксами.
Безусловно, величайшим парадоксом является факт, что трижды в жизни Эмили мимолетное знакомство с человеком вызывало у нее сильную и долгую привязанность. Преподобного Чарлза Водсворта из Филадельфии она видела всего три или четыре раза в жизни, да и то мельком, тем не менее ее восхищение им как идеалом и ее страстная любовь к нему как к человеку оказали мощнейшее влияние на ее поэтическое развитие. Она прибегала к советам критика и публициста Томаса Вентворта Хиггинсона, считала его своим ментором в течение двадцати с лишним лет, но ни разу не воспользовалась ни одним советом из тех, что он отважился ей дать. В последние десять лет своей жизни она горячо восторгалась поэтом и новеллисткой Элен Хант Джексон, единственной среди современников Эмили Дикинсон, кто сумел правильно оценить ее, кто верил в то, что она большой поэт, и тем не менее Эмили Дикинсон категорически отказывалась публиковаться, на чем упорно настаивала миссис Джексон. Каждый из этих троих сыграл в жизни и творчестве Эмили Дикинсон такую важную роль, что нам придется посвятить им по отдельной главе.
Другой парадокс далеко выходит за пределы круга ее близких и должен рассматриваться так, как если бы можно было полностью осмыслить ее философские достижения. Она чрезвычайно редко покидала свой дом в Амхерсте, и несмотря на это мысленно проникала в такие обширные области, каких не видели ее ближние. Когда ее, уже прожившую на свете немало лет, спросили, хочет ли она путешествовать или принимать посетителей, она ответила, что простое существование для нее само по себе огромный дар и такого рода желания кажутся ей немыслимыми. Она бунтовала против ортодоксов, среди которых жила с рождения, и все же, даже поднимая мятеж, опиралась на свою горячую привязанность к тому маленькому мирку, который замыкал ее в круге будничных забот. Подчинение принятым условностям она презирала и чувствовала в нем опасность морального застоя, и все же именно пуританское прошлое было у нее источником сильнейшего душевного напряжения. Она росла в условиях сельской простоты и сотворила бессмертное искусство.

В 1830 году, когда она родилась, Амхерст, штат Массачусетс, был небольшим сельским поселением, где жили четыре или пять сотен семейств, имелись таверна, место для гуляний; он являлся удобным пунктом смены экипажей — так как находился на полпути между Олбани и Бостоном, Хартфордом и Брэттлборо. Как и в других поселениях долины реки Коннектикут, здесь сохранились культурные традиции, заложенные пуританами еще в XVII веке. Будучи первоначально частью поселения Хедли, Амхерст выделился в 1732 году и получил нынешнее название, зарегистрированное в 1759 году. Как это повелось, в Долине с самых давних времен наиболее плодородные земли доставались наиболее именитым поселенцам. Священники, выпускники колледжей, задавали тон интеллектуальной жизни в той же мере, что и духовной. Получить образование в Йельском колледже (на юге) или Дартмутском (на севере) обитателю Долины было нелегко, и до 1800 года эти учебные заведения выпускали примерно по полудюжине молодых людей из Амхерста, которые либо принимали сан, либо возвращались, чтобы стать у себя дома врачами или юристами. Добровольная помощь делу образования в самом городе способствовала тому, что к 1830 году Амхерст стал местом, где находились одна из лучших академий штата и растущий колледж. Эти культурные начинания были обязаны своим возникновением в основном личному рвению Сэмьюэла Фаулера Дикинсона, деда Эмили, жителя Долины в шестом поколении и родоначальника трех поколений Дикинсонов, сыгравших выдающуюся роль в делах города и колледжа.
Сэмьюэл Фаулер Дикинсон по окончании Дартмутского колледжа в 1795 году вернулся в Амхерст, где занялся юридической практикой. Его интерес к образованию выразился в учреждении Академии Амхерста в 1814 году. Желая дальнейшего прогресса в этой области, он в течение следующих семи лет уделял большую часть своего времени и доходов планированию университетского учреждения. Его целеустремленность привела к созданию в 1821 году Амхерстского колледжа, но также и к последующему острому финансовому расстройству в его делах. Это не ослабило его рвения, и он перебрался в Огайо для участия в других образовательных предприятиях, когда Эмили было два года, и умер перед тем как ей исполнилось восемь; вот почему он остался в ее памяти как некая легендарная фигура. Его сын Эдвард, старший из девяти детей (отец Эмили) поступил на второй курс Амхерстского колледжа, но вскоре перевелся в Йель. Степень, которую он получил в 1823 году в этом более старом учреждении, должна была придать ему большую солидность в обществе и помочь обосноваться здесь, унаследовав профессию отца.
Хотя в 1820 году торговые города вроде Нью-Хэвена, Хартфорда и Спрингфилда не столь сильно были подвержены влиянию пуританского прошлого, оно безусловно сохранило свои позиции в небольших городках Долины, расположенных дальше к северу. Каждый из них по-прежнему оставался экономически независимым микрокосмом, где практически любая семья владела землей и поместьем, выращивала собственные фрукты и овощи и вела хозяйство, достаточное для того, чтобы обеспечивать себя яйцами, сыром и соленой свининой. Это был замкнутый мир. Шестнадцатилетняя сестра Эдварда Лукреция писала ему как старшему, что младшие дети должны с радостью принимать «любой совет в отношении своих занятий, поведения и т.п.», потому что «ты, будучи старшим, и лучше знающий мир, имеешь большие, чем мы, возможности для этого, так как мы знакомы лишь с нравами и обычаями Амхерста». Поездки в Нью-Йорк или Бостон считались серьезными экспедициями и планировались так же тщательно, как путешествия в Европу.
Амхерстский колледж был основан для того, чтобы сохранить ортодоксальные традиции, от которых в то время уже избавлялись более старые заведения. В нем предполагалось обучать религиозных молодых людей — проповедников, учителей, миссионеров, — здесь считалось, что миссионерская деятельность в законодательных собраниях Олбани или Монпелье может быть столь же эффективной, сколь и в краалях Южной Африки. Когда Эдвард Дикинсон унаследовал дело и веру своего отца, он занялся ими в строгих рамках христианской этики, завещанной ему несколькими поколениями, хранящими традиции Долины.
В мае 1828 года он женился на Эмили Норкросс, третьей из девяти детей Джоула и Бетси Норкросс из находившегося рядом Монсона. Письма, которыми они обменивались до свадьбы, показывают, до какой степени чувствительные молодые люди в те времена и в тех местах были озабочены вопросами благочестия. Ежеутренняя молитва, посещение церкви дважды в воскресенье всеми членами семьи, частое чтение Библии — все это было вплетено в ткань жизни Дикинсонов, как и большинства других семейств Долины во второй четверти XIX века. То, что Эдвард Дикинсон отложил свое присоединение к церковной общине до 1850 года, когда ему исполнилось сорок семь лет, не свидетельствует о его безразличии, наоборот, это говорит о строгости, с которой он считал себя недостойным. Его жена вошла в церковную общину через три года после того как вышла замуж. Из их трех детей, старший брат Эмили Уильям Остин Дикинсон, третий в триаде Дикинсонов, видный член городского сообщества, примкнул к церкви за шесть месяцев до женитьбы в 1856 году. Самая младшая, Лавиния Норкросс Дикинсон присоединилась в восемнадцатилетнем возрасте. Одна Эмили среди пяти членов семьи так и не смогла принудить себя формально примкнуть к конфессии, и ее неспособность сделать это в течение многих лет заставляла ее страдать от сознания своей неадекватности.
Понять Эмили Дикинсон как человека и ее поэзию можно только в контексте традиций Долины, которые она унаследовала, и семейной династии, в которой она родилась. Годы, которые Готорн увековечил как безысходное пуританское прошлое, она проиллюстрировала тихой драмой своей жизни. В шестнадцать лет она получила необычайно основательное классическое образование — включая начальный курс немецкого языка — после шести лет посещения академии Амхерста под руководством многоопытных учителей. Год, проведенный ею в женской семинарии Маунт Холиоук (1847/48), кажется, должен был бы оказаться счастливым как для нее, так и для ее одноклассниц — за исключением того, что она одна среди подруг оказалась неспособна объявить себя убежденной христианкой. Зная ее окружение и это заведение Южного Хедли, можно предположить, что давление на нее было оказано ужасающее. Представители Долины всегда вещали с непререкаемостью оракула, поучая тех, кому некуда было от них деться. Что же из этого вышло?

(продолжение следует)
Лу
Emily Dickinson. An interpretive biography
Part One
GROWTH STIRS ALONE
I
THE VALLEY: Difficult Ideals

For Emily Dickinson there were three worlds, and she lived in all of them, making them the substance of everything that she thought and wrote. There was the world of nature, the things and the creatures that she saw, heard, felt about her; there was the “estate” that is the world of friendship; and there was the world of the unseen and unheard, whence we trail clouds of glory. From her youth she was looked upon as different. She was direct, impulsive, original, and she droll wit who said unconventional things which others thought but dared not speak, and said them incomparably well. The characteristics which made her inscrutable to those who knew her continue to bewilder and surprise, for she lived by paradoxes.
Certainly the greatest paradox was the fact that the three most pervasive friendships were the most elusive. She saw the Reverend Charles Wadsworth of Philadelphia but three or four times in the course of her life, and then briefly, yet her admiration of him as an ideal and her yearning for him as a person was of unsurpassed importance in her growth as a poet. She sought out for professional advice the critic and publicist Thomas Wentworth Higginson, and both clung to and guided his aid as mentor for more than twenty years, though she never once adopted any counsel he dared to hazard. In the last decade of her life she came to be a warm admirer of the poet and novelist Helen Hunt Jackson, the only qualified judge among Emily Dickinson’s contemporaries who believed her to be a great poet, yet Emily Dickinson steadfastly refused to publish even thought Mrs. Jackson’s importunity was insistent. Because of the individual importance of these three to Emily Dickinson as a person and an artist, they will be dealt with in separate chapters.
Other paradoxes extend beyond her private associations and must be explored if her philosophic achievement can be measured. She scarcely stirred from her Amherst home, yet she projected herself into regions of vastly greater dimension than any that her neighbors had seen. In her middle years, when asked whether she did not feel the need to travel or see visitors, she replied that mere existence was so great a gift that she considered such a need inconceivable. She rebelled against the orthodoxies into which she had been born, yet even in her defiance she was rooted with passionate attachment to the world-in-small wherein she enacted her daily round of duties. Conformity with received traditions she disdained because she felt it led to moral stagnation, yet her most powerful compulsions derived from her Puritan past. She was nourished by its russet base, and from it she fabricated an enduring art.
In 1830, the year of her birth, Amherst, Massachusetts, was a small farming village of some four or five hundred families, distinguishable by its tavern, town common, and its convenience as a halfway stop on the coaching routes between Albany and Boston, Hartford and Brattleboro. Like all settlements in the Connecticut River Valley, it had a cultural tradition dating from its seventeenth-century Puritan beginnings. Originally a precinct in the township of Hadley, by act of separation in 1732 it took its present name and was so incorporated in 1759. As had been true of the Valley establishments from earliest times, the rich bottom lands attracted and held a superior class of settlers. The ministers, always college bred, were expected to give leadership to the intellectual life as well as the spiritual. Yale College to the south and Dartmouth to the north drew heavily from residents of the Valley, and before 1800 had graduated some half dozen Amherst boys who either entered the ministry or returned to follow the profession of medicine or law at home. The support lent to the cause of education in the town itself had made it by 1830 the seat of one of the best academies in the state and of a growing college. Both these cultural facilities owed there beginnings in large part to the selfless devotion of Samuel Fowler Dickinson, Emily’s grandfather, himself sixth in the line of descent from Valley settles, and the first of three generations of Dickinsons who were preёminent in town and college affairs.
Samuel Fowler Dickinson was graduated from Dartmouth College in 1795, and returned to Amherst where he set himself up in the practice of law. His interest in education led to the founding of Amherst Academy in 1814. Wishing to see the cause further advanced, he gave a major part of his time and income during the next seven years to planning a Collegiate Institution. His singleness of purpose was largely responsible for the establishment of Amherst College in 1821, and for his subsequent acute financial distress. With unabated zeal he removed to Ohio to assist other educational ventures when Emily was two years old, and died before she was eight; thus he remained for her a somewhat legendary figure. His son Edward, eldest of nine children (and Emily’s father), entered Amherst College as a Sophomore in the opening year, though he shortly transferred to Yale. The degree he was granted in 1823 by the older institution could more solidly accredit him in his community and help fit him to settle there in his father’s profession.
Although by 1820 mercantile centers like New Haven, Hartford, and Springfield might have been largely freed from the domination or a Puritan past, such was by no means true of the smaller, more northerly Valley towns. They still remained economically independent microcosms, where almost every family owned its own land and house, grew its own fruit and vegetables, and kept enough stock to supply the household with eggs, cheese, and salt pork. It was a very circumscribed world. Edward’s sixteen-year-old sister Lucretia wrote him in his Senior year that the younger children would welcome “any advice as to our studies, behavior, &c”, because “you, being older, and more acquainted with the world, have a better opportunity for information than we do, as we are acquainted only with the manners and customs of Amherst”. Trips to New York or Boston were expeditions as carefully planned as voyages to Europe.
Amherst College was founded to preserve an orthodox tradition which older institutions were casting off. It wished to train and send forth a dedicated breed of young men as preachers, teachers, and missionaries; and the missionary work, it believed, might be as effective in the legislative assemblies at Albany or Montpelier as in a South African kraal. When Edward Dickinson succeeded his father in business and law, he did so within the austere framework of a Christian ethic that had been handed down to him by several generations of Valley tradition.
In May 1828, he married Emily Norcross, the third of nine children of Joel and Betsey Norcross of nearby Monson. The letters which they exchanged during their courtship show the degree to which sensitive young people of such background at that time were concerned with their spiritual welfare. The daily morning devotions, church attendance twice on Sunday with all members of the family present, frequent reading of the Bible ¬ all were woven into the texture of the lives of Dickinsons as they were in those of most Valley families during the second quarter of the nineteenth century. The fact that Edward Dickinson postponed joining the church until 1850, when he was forty-seven years old, is not a measure of his indifference; on the contrary it confesses the acuteness by which he judged his unworthiness. His wife entered into church membership three years after their marriage. Of their three children the eldest, Emily’s brother William Austin Dickinson, the third in the triad of Dickinson prominent in civic concerns, joined the church six months before his marriage in 1856. The youngest, Lavinia Norcross Dickinson, joined in her eighteenth year. Emily alone among the five never could bring herself to make a formal confession of faith, and her inability to do so gave her for many years a distressing sense of inadequacy.
The person that Emily Dickinson became and the poetry that she wrote can be understood only within the context of the Valley traditions which she inherited and the dynasty into which she was born. During the years that Hawthorne was memorializing the inescapable Puritan past, she was exemplifying it in the quiet drama of her life. At sixteen she had received an unusually thorough classical training — including an elementary study of German – after six years of attendance in Amherst Academy under the guidance of a succession of especially capable teachers. The year that she spent in 1847—1848 at Mount Holyoke Female Seminary seems to have been as happy for her as for her classmates – in every way except that she alone among her fiends there was unable to declare herself a professing Christian. Knowing her background and that of the South Hadley institution, one gathers that the incentives must have been awesome. The spokesmen for the Valley had always addressed with oracular power those who did not depart from it. What, then, was this past?
Вернуться к началу перевода
Обсудите эту работу с друзьями!
 
  При использовании авторских материалов указание автора
и ссылка на страницу конкурсной работы обязательны
Ваши голоса
Блестяще! 15 голосов
 
30 баллов за голос
Что-то в этом есть 3 голоса
 
20 баллов за голос
Не впечатлило 2 голоса
 
10 баллов за голос
Разочаровало 1 голос
 
5 баллов за голос
Статистика     *данные на 11:00 (Москва, GMT+3)
Место в рейтинге Публицистика: 10
Средняя оценка: 25.87
Итоговая оценка: 25.87
Общее число оценок: 23
Число комментариев: 42
Число посещений страницы: 1985
< Предыдущий перевод Следующий перевод >
Обсуждаем эту и другие работы на Форуме Конкурса >>>
Комментарии:    42
Константин Николаев
Константин Николаев говорит:
0
15.10.2014 20:27   #
Лу, блестяще! С интересом прочитал о Эмили Дикинсон. Написано хорошим русским языком.
Вот интересно, Эмили Дикинсон при жизни не издавалась, да и после своей смерти "пробивалась с трудом". Говорят, что местные критики считали ее незначительной фигурой в американской поэзии. А вот последние годы, как ее издают! А на русский язык сколько делают переводов! Она нашла своего читателя только в XXI веке.
Лу
Лу говорит:
0
15.10.2014 20:50   #
Спасибо вам, Константин! Безмерно рада, что вам нравится!
Эмили Дикинсон сочиняла для себя очень корявые стишки и прятала их в комод. Сестренка Лавиния после смерти Эмили откопала там рукописные, сшитые вручную тетрадки - и тут-то оно и понеслось! Автор этой биографии является издателем Дикинсон с каких-то пятьдесят лохматых годов. Меня в ЭД воткнул приятель - и с первых же строк (о том, что она пишет письма миру, а он ей никогда не отвечает) поняла, что появилась у меня родная душа... Году в 90-м у меня было около 100 переведенных как попало стишков ЭД. Анатолий Кудрявицкий, известнейший переводчик, не стал меня убивать (может зря?), даже слегка похвалил. Ну и...
Переводов сейчас и правда до фигища, среди них есть даже очень, на мой взгляд, достойные. А мне больше всех прочих нравятся дольники Веры Марковой...
Константин Николаев
Константин Николаев говорит:
0
15.10.2014 21:05   #
Я с творчеством Эмили Дикинсон познакомился в 2001 году, когда в книжном на Новом Арбате купил книгу стихов в переводе Аркадия Гаврилова, изд-во "Радуга". Там, ксати, тоже очень интересная вводная статья об Эмили, им же написанная, есть. Тоже Аммерст описывает, он там побывал в доме-музее. Потом, конечно, в интернете переводы других авторов прочитал, в т.ч. и Ваши, Лу. Некоторые не очень показались, а некоторые даже ничего ;)

А почему, Лу, не нумеруете свои переводы согласно нумерации изданию Thomas H. JOHNSON, 1955 г.?
Лу
Лу говорит:
0
15.10.2014 21:20   #
Константин, у меня разные ее издания, последнее мне подарили Эмма и Лена - крохотная книжица, которую можно таскать с собою в варежке... В моих же файлах и самодельных книжках нумерация есть...

Гавриловские переводы я видела - мне кажется, они из лучших. И статью, кажется, читала.
Gapon
Gapon говорит:
0
15.10.2014 22:38   #
...Чёрт меня совсем!... Пять строчек начала и - пять "был"!!! Совсем энглизировались сознанием, сударыня:?

Вторую "онабылу" - к бую! И помнить о жемчужине РЯ - причастии. И насандалить этакую "перебивку" скучно-лекционной плавности хотя бы так:

"Прямодушна, импульсивна, своеобычна, дурашлива. Озорница, говорившая вслух то, что не принято; то, что другие таят в себе и не смеют высказать, - и как говорившая!"...

Ась?
Лу
Лу говорит:
+1
16.10.2014 08:41   #
Ага-сь! К такому я пока что робко стремлюсь. Спасибо за помощь, "былов" истреблять буду, ура, в атаку!
Gapon
Gapon говорит:
0
16.10.2014 09:26   #
Ну, патроны-то беречь же надо, сударыня. Нефиг из пушки да по соловьям...

Прекрасно владеете прекрасным яыком, вот и превращайте англицкую заунывь в складное повествование. И главная трудность тут - кого за образец взять: плавность Бунина, энергетику Платонова, барскую неторопливость Толстого или афористичность ранней Токаревой... Материал же не требует вовсе плясать вокруг авторской стилистики! Вот и выйдет та самая цыпа, глядишь и премиально напастерначивший Дима Быков вам руку пожмёт...

Мне, почему-то, ваш авантюризм внушает доверие... Только не загнитесь там в азарте! Удачи!
Лу
Лу говорит:
0
16.10.2014 10:28   #
Только не Быков. Наибольнейший ваш щелбан предпочту его влажному рукопожатию.
А уж получив вместо щелбана такое напутствие... всё! Никаких мне тут ксониксов и воркрафтов - всё для фронта. Приказано не загнуться - есть, сэр!!!
Gapon
Gapon говорит:
0
16.10.2014 10:49   #
Ну хорошо, икону - в сторону. Нате вам тогда бонус за хороший вкус (...щас, вырву произвольно первое попавшее...)

Хоть вот это: "Каждый из них, как встарь, являл собой экономически независимый микрокосм натурального хозяйства: практически любая семья, владея землей и поместьем с подсобными помещениями, выращивала фрукты и овощи и содержала скот; этого было вполне достаточно для того, чтобы обеспечить себя яйцами, сыром и беконом".
Лу
Лу говорит:
0
16.10.2014 15:03   #
Ага, соленая свинина меня сильно не радовала, бекон так бекон!
Елена Багдаева
Елена Багдаева говорит:
0
16.10.2014 16:07   #
Лу, а по-моему - русское причастие (активное) - это не жемчужина, а наоборот (сплошные ш-щ!). Вот русское ДЕЕпричастие в наст. времени - это да! - спаситель просто - особо в переводе стихов, по-моему...

Гаврилов мне чё-то не нравится. Маркова лучше, но есть и получше нее, понепосредственней и поимпульсивней, что ли - вот Вы, например - и те две переводчицы Дикинсон из Поэзии ру, о которых я Вам писала, да и другие еще...
Лу
Лу говорит:
0
16.10.2014 16:29   #
А мне кажется, Маркова самая душевная... Но вы правы - сейчас много хороших переводов ЭД. (Слышу, как она приплясывает в гробу... )

ущи-ющи я как раз люблю... "Я недовольна сущим/ пьющим, жующим, бьющим, / орущим, берущим, злющим, как старый кабан в бору..."
Елена Багдаева
Елена Багдаева говорит:
0
16.10.2014 17:43   #
Лу, "Блестяще".

Содержание довольно (и местами даже весьма) интересно. Но язык автора оригинала мне представляется довольно "суконным" – поэтому, наверное, его так тяжело и переводить.

Я нарыла какие-то места и предлагаю такую (почти полностью вкусовую) правку (на которую не стоит обращать большого внимания):

1)
После "мир дружбы", мне кажется, надо бы тире.

2)"прямодушна, импульсивна etc" – присоединяюсь к Гапону.

3)
Другой парадокс далеко выходит за пределы круга ее близких и должен рассматриваться так, как если бы можно было полностью осмыслить ее философские достижения.
=
Другой парадокс лежал в сфере, находившейся далеко за пределами круга ее близких, и он требует углубленного исследования – если философские достижения Дикинсон можно вообще как-то измерить.

4)
проникала в такие обширные области, каких не видели ее ближние
=
проникала в такие бескрайние области, какие и представить себе не могли ее ближние (я б даже написала: "какие и не снились ее ближним" – но автор оригинала, увы, до этого не додумался).

5)
Она чрезвычайно редко покидала свой дом в Амхерсте
=
Она практически не покидала свой дом в Амхерсте

6)
Подчинение принятым условностям она презирала и чувствовала в нем опасность морального застоя
=
Всеобщую подчиненность условностям она презирала и ощущала в этом опасность морального застоя

7)
Она росла в условиях сельской простоты и сотворила бессмертное искусство.
=
Она была вскормлена сельской простотой, но сотворила бессмертное искусство.

8)
растущий колледж
=
приобретающий всё бОльшую популярность колледж

9)
соленой свининой=беконом (как у Гапона) – или, может – солониной (но солониной вроде бы моряки питались, да и она, кажется – всё тот же бекон??)

10)
наоборот, это говорит о строгости, с которой он считал себя недостойным.
=
наоборот, он осознавал себя сторонником крайностей, из-за чего и считал себя недостойным.


Выкладывайте дальше – будем ПРОСТО читать!
Елена Багдаева
Елена Багдаева говорит:
0
16.10.2014 18:04   #
Лу, мне понравился этот пассаж:
"Я недовольна сущим/ пьющим, жующим, бьющим, / орущим, берущим, злющим, как старый кабан в бору..."

Это чьё? Здесь как раз всё к месту, и друг друга усиливает. (Я имела в виду случаи, когда ш=ж=щ выпирают из текста...)
Лу
Лу говорит:
0
16.10.2014 18:08   #
Спасибо вам, Елена! Особенно за пп. 3 и 4. Блеск! Да и другие интересны. Вот ужо справлюсь с выкладыванием текстов (приходится оригинал вручную набивать - полный мрак!) - перетащу все ваши и гапоновские, и другие, если будут, замечания к себе. Бесценны они для меня, уж которое десятилетие все начинающей :))

О! Урааа, вам понравилось!!! - пассаж-то мой...

Отравлена настоящим, хищным, как пращур-ящер, пока не сыграю в ящик сама беру и ору.
В бешенстве от помоек, кофемолок, морок, поломок, от ваших головоломок, шальные мои друзья, лечу по лесам сквозящим, горячим, горючим, горящим, но плачет, оставшись зрячей, душа - убежать нельзя.
Что в будущем, что в грядущем? Наверное, ад сущий, содом, поди, настоящий и клином сойдется свет?
Бегу, бегу, спотыкаюсь, падаю, задыхаюсь...
Но поуспокоясь, маюсь надеждой - а может, нет?
Люси
Люси говорит:
+1
16.10.2014 20:03   #
Здорово интересно, Лу!
Отлично написано!
Никого не слушайте, любой текст можно улучшать до бесконечности.
Лу
Лу говорит:
0
16.10.2014 21:05   #
Спасибо на добром слове, Люси! Я готова к бесконечному улучшению - и очень благодарна критикам... Что-то в этом году наш Гапон заметно подобрел :)) И мне это нравицца!!!
Люси
Люси говорит:
0
16.10.2014 21:10   #
Наверное, еще не все песни спел...
Лу
Лу говорит:
0
16.10.2014 21:13   #
Мы песен просили - их есть у него....
Gapon
Gapon говорит:
0
17.10.2014 03:05   #
... "Не буди лихо..." ...

- Лелеющим переводимое,
желающим узреть незримое
гапоны песен не поют!
Откель надежда на участие
в рабах "активного причастия"?!
Вы только "ляп" - я тут как тут... (это можно считать выходной арией шута эпохи оч-ч-чень позднего, судя по часам, барокко)

Потому: рекомендации №№ 3-4 - в топку. Поскольку:

"Парадоксально и то, что круг её интересов, поражающий близких, был настолько шире обыденной их жизни, что впору заподозрить наличие у неё (тогдашней) некоей философии. Редко покидая родное гнездо, она, тем не менее, поражала близких не понятной им широтой своего кругозора."

(Доцендо дисцимус. Сик)

P.S. Да, там чего-то вами в строчку нарифмовано... Так клёво же нарифмовано!!! (Шляпу снял)
Лу
Лу говорит:
0
17.10.2014 09:26   #
Пысы ваше мне доставило особую радость... Я вчера чуть комп не сломала, пытаясь вытащить в сеть песенку покойного Антона Шатько на эти слова. Не вышло.... Но у меня их тоже есть, песенок несколько...
Gapon
Gapon говорит:
0
17.10.2014 10:18   #
Ишь, барыня... своего личного певчего имели... Переводчики попроще вон "общественным" Исаевым обходятся.
Лу
Лу говорит:
0
17.10.2014 11:07   #
У Антона цветаевских много (моих, хвалюсь, больше, но тех зато лучше). Исаев же очень мил... по-своему :))
Марго
Марго говорит:
-1
04.11.2014 07:42   #
Лу, я этот фрагмент прочитала (почти до конца :))). Написано прекрасно, не надо ничего править, что там Елена накрутила, -- это всего лишь вариации, которых каждый может предложить десятки.

Мелкие изъяны, конечно, можно и выловить (например, "прошлое было у нее источником" = прошлое было для нее источником), но ничего криминального даже в них нет.

Поздравляю с отличной работой. Пятерка!

PS. Чё'т не поняла: а кнопок-то и нету. Не помню, чтобы я это раньше читала, -- тем более не отметившись в комментариях. Ну, раз такое дело, проставлю пятерки и всем продолжениям -- уверена, что стиль, лексика и грамматика и там на высоте. По-другому у Вас просто не может быть, что подтверждено вот этой работой. Еще раз -- мои поздравления!
Лу
Лу говорит:
0
04.11.2014 09:42   #
Спасибо, Марго! Да вознаградит Господь ваши труды, мне самой влом бывает читать тексты длиной больше полустраницы! Ваша похвала окрыляет. Я хочу сейчас подготовить и выложить собственно то, ради чего затевала эту эпопею, - рассуждения биографа о технике письма ЭД.
А с кнопочками у меня тоже какие-то чудеса: вон хотела Владимиру О. поставить четверку (впервые после кучи пятерок).- ан фиг-то! Нету кнопочек! И Елене полезла вешать блестяшку, а гвоздика не оказалось. Прям чудеса! Мне кажется, это я по рассеянности наставила оценок и забыла.
Алексей
Алексей говорит:
0
04.11.2014 22:10   #
Читается интересно и достаточно гладко. Но - "Получить образование ... обитателю Долины было нелегко" мне не кажется верным переводом "Yale College to the south and Dartmouth to the north drew heavily from residents of the Valley", что значит, что университеты способствовали оттоку молодёжи от Долины. Далее, полагаю, "последующему острому финансовому расстройству в его делах" - это калька, и "острое расстройство" плохо ложится на слух. Но это практически всё, к чему я смог придраться ^_^
Лу
Лу говорит:
0
05.11.2014 11:19   #
Ох, Алексей, я сквозь этого Джонсона продираюсь, как лиса в чертополохе - аж клочья летят! Спасибо, что помогли!
Алексей
Алексей говорит:
0
07.11.2014 01:43   #
Кто ещё оценит великий труд переводчика, как не сами переводчики! А мне нравится читать дальше ^^
Юлия Рац
Юлия Рац говорит:
0
19.11.2014 14:21   #
Лу, Вы как будто уже лет 20 переводите прозу:)) А ведь текст совсем не простой, тем более для поэта. Блеск!
Лу
Лу говорит:
0
19.11.2014 15:13   #
Спасибо вам огромное, Юля, за поддержку, а то я что-то чем дальше, тем больше ужасаюсь своей дерзости :))
Алина Мухаметзянова
Алина Мухаметзянова говорит:
0
21.11.2014 13:37   #
Лу! Желаю Вам удачи! Высоко ценю Ваше умение обращаться с Его Величеством СЛОВО!
Лу
Лу говорит:
0
21.11.2014 13:47   #
Спасибо, милая Алина! Взаимно! В ваши юные годы я ничего такого не умела вообще, а вы уже многого достигли, судя по вашему переводу сказочки. Желаю дальнейших успехов!
Любовь Асташина
Любовь Асташина говорит:
0
23.11.2014 22:17   #
Лу, вы так умело вплетаете свое, чисто женское, восприятие оригинала в перевод.
Алексей прав, гладко читается. Удачи!
Лу
Лу говорит:
0
24.11.2014 10:58   #
Спасибо вам за отзыв, Любовь! Теперь вот буду размышлять, хорошо ль поступаю, вплетая... Может, это у меня просто от плохого знания английского, а?
Лена Малама
Лена Малама говорит:
0
24.11.2014 12:41   #
Здравствуйте, Лу! Прочитала с большим интересом и огромным удовольствием. Очень грамотный перевод. Соблюдены все грамматические конструкции, лексические единицы расставлены на свои места. Блестяще.
Лу
Лу говорит:
0
24.11.2014 13:17   #
Ой, Лена, не перехвалИте :)) И спасибо вам огромное за то, что прочитали такой длинный и занудный текст!
Esper Thompson
Esper Thompson говорит:
0
24.11.2014 19:46   #
Блестяще!
Лу
Лу говорит:
0
24.11.2014 21:13   #
Спасибо вам, dear Esper Thompson!
Люси
Люси говорит:
0
01.12.2014 23:53   #
Награждаю вас медалью, Лу! :-)
Лу
Лу говорит:
0
02.12.2014 10:05   #
Люси!!! Так и думала, что это ваша ладошка! Спасибо!
Gula
Gula говорит:
0
05.12.2014 02:48   #
Лу, раз уже я читаю все работы с конца (только прозу), то Вашим текстам от меня больше всех и достается! :-)
Спасибо за проделанную работу! В следующем проекте будьте свободней, пусть русский текст будет таким же разговорно-простым, как и оригинал, чтобы его можно было читать вслух без запинки.
Как всегда, беру первое предложение в качестве примера.
"...где являлись ее взору и вели с нею разговор обитавшие там существа; было ее «достояние» — мир дружбы и еще был невидимый и неслышимый мир - здесь нам суждено блуждать в облаке мерцающих тайн. "
Перед "и еще был невидимый" нужна запятая, но это мелочи.
Мне "резануло" несоотвествие подлежащего в последней части этого сложносочиненного предложения. Почему вдруг "мы", когда все было в третьем лице? Не просто так, это цитата! Слава гуглу.
"...But trailing clouds of glory do we come..."
Здесь Вы перевели сами или взяли из русского перевода Водстворта? Нужно бы взять из уже переведенного стиха.
А если переводить без цитирования уже сделанного перевода, то тут не про тайны, а про славу...
Очень сложную задачу Вы на себя взвалили, молодец, не испугались.
Сергей_Маненков
Сергей_Маненков говорит:
0
06.12.2014 10:12   #
Верна пословица - не все золото, что блестит. И не все, что блестит - золото. Андрей Москотельников, передайте Марго, пусть передаст девушке.

1. Ментор переводится на русский язык. Минус один балл.
2. Новеллистка - см. п. 1. Минус один балл.
3. За поэта женского рода - минус один балл.

Что в итоге?
Лепше ей любить играть со словами надо, лепше.

К слову, о пальцах - кто придумал этот значок? Не только ведь большой оттопыривается...
Подписаться на новые комментарии к этой работе
Добавить комментарий
Ваше имя Обязательное поле
Ваш email Обязательное поле    Ваш email не будет опубликован
Комментарий:
Защитный код
Обсуждаем эту и другие работы на Форуме Конкурса >>>

 

 

Статистика конкурса

всего (сегодня)
Пользователи: 198 (0)
Переводы: 0 (0)
Комментарии: 74102 (0)
Иллюстрации: 0 (0)

Последние события

eemperafa: <strong><a href="http://www.watchesluxury.co…">swiss replica watches aaa+</a></strong> <br> <strong><a href="http://www.watchesluxury.co…">swiss replica watches</a></strong>
eemperafa: <strong><a href="http://www.otwatches.co/">swiss replica watches aaa+</a></strong> <br> <strong><a href="http://www.otwatches.co/">swiss replica watches</a></strong>
eemperafa: <a href="http://www.watchwinder.pro/">swiss replica watches</a> <ul><li><strong><a href="http://www.watchwinder.pro/">high quality replica watches</a></strong> </li><li><strong><a
eemperafa: <a href="http://www.discount-moncler…">moncler outlet store</a> <strong><a href="http://www.discount-moncler…">Discount Moncler on sale</a></strong> <br>
eemperafa: <strong><a href="http://www.watches.org.cn/">best swiss replica watches</a></strong> <br> <strong><a href="http://www.watches.org.cn/">best replica watches</a></strong>
eemperafa: <strong><a href="http://www.watchreplicalove…">swiss replica watches aaa+</a></strong> <br> <strong><a href="http://www.watchreplicalove…">swiss replica watches</a></strong>
eemperafa: <strong><a href="http://www.swisstagwatch.to…">swiss replica watches aaa+</a></strong> <br> <strong><a href="http://www.swisstagwatch.to…">swiss replica watches</a></strong>
eemperafa: <strong><a href="http://www.watchaaa.cn/">swiss replica watches aaa+</a></strong> <br> <strong><a href="http://www.watchaaa.cn/">swiss replica watches</a></strong>
eemperafa: <strong><a href="http://www.menswatcheslove.…">swiss replica watches aaa+</a></strong> <br> <strong><a href="http://www.menswatcheslove.…">swiss replica watches</a></strong>
eemperafa: <strong><a href="http://watches.michaelkorsb…">swiss replica watches aaa+</a></strong> <br> <strong><a href="http://watches.michaelkorsb…">swiss replica watches</a></strong>
Все события

Партнеры конкурса