Зарегистрируйтесь или авторизуйтесь в конкурсе


Авторизация

Регистрация

Войти через loginza
Ваше имя
Ваш email
Пароль
Повторите пароль
Защитный код

The Spanish Gardener, Chapter 2 - Испанский садовник, Глава 2

06.11.2013
Обсудите эту работу с друзьями!
Оригинал: The Spanish Gardener, Chapter 2, A.J.Cronin
Перевод с английского: Люси
На следующий день консул встал рано и точно ко времени отбыл в офис. У Николаса же, к сожалению, ночь прошла неспокойно. Сквозь овладевшее им оцепенение проносились, причудливо сплетаясь, детали поездки и скрежет паровозных колес, шум прибоя и, непонятно почему, темная бесстрастная фигура дворецкого. И, хотя утром температура была нормальной, отец, обеспокоенный избыточным румянцем на щеках сына, настоял, чтобы тот остался в постели; но, разумеется, пообещал к обеду вернуться и решить, можно ли ему встать.

Николас расстроился. Вот если бы ему позволили хотя бы просто полежать в этом чудесном саду! Но он был послушным ребенком, хорошо осведомленным о всех своих недугах, и успел привыкнуть к регулярным измерениям температуры и пульса, предписанным профессором Халеви, равно как и к неусыпной заботе отца, которую принимал со своеобразно-сдержанной благодарностью.

Принесла завтрак запыхавшаяся от подъема по лестнице, но не утратившая радушия Магдалина. Черные глаза почти спрятались в складках пухлых смуглых щек, а белый шарф, обмотанный вокруг головы, и металлические серьги в виде колец делали её похожей на цыганку. Благодаря урокам отца, Николас неплохо говорил по-испански – а кроме того, он рано овладел французским и итальянским – но Магдалина тараторила на каком-то диалекте, видимо, каталонском, и они плохо понимали друг друга. Уперев руки в бока, она стояла, глядя на него с нескрываемым крестьянским любопытством; заметив это, мальчик решил ей немного подыграть: захлопав длинными ресницами, он заглотнул воздух, и утробно заурчал. Она хохотнула и, покачав головой, вышла.

Завтрак был привычным, но довольно вкусным: яйца всмятку, хрустящие галеты с сотовым медом и стакан кипяченого козьего молока; очевидно отец успел дать поварихе указания. Николас ел медленно, и, благодаря приобретенному опыту, не уронил на простыню ни единой крошки. Затем он соскочил с кровати и притащил с туалетного столика мохнатую собаку с короткими лапами, которая тихо и преданно дожидалась его внимания. Он знал, конечно, что ему нельзя держать живую собаку. Не любивший собак консул аргументировано объяснил ему, что трудности, сопряженные с их слишком подвижным образом жизни, исключают такую возможность, и мальчик нашел замену в виде этого маленького чучела. Однако сегодня он не был настроен на одну из тех бесед, которые скрашивали им обоим долгие часы одиночества. Он также не смог заставить себя заниматься – учебник, положенный отцом на тумбочку, чтобы Николасу было удобно его брать, удостоился только беглого взгляда. Нет, слишком уж он был возбужден новизной до сих пор не исследованного места и, пока яркий квадрат солнечного света тепло скользил по полосатым бордовым обоям с причудливым орнаментом, которые от этого становились еще занятнее, мальчик лежал на спине, вслушиваясь в безмолвное сердцебиение дома.

Впрочем, не такое уж безмолвное. Звуки донеслись с нижнего этажа - неприятные, будто там ссорились – перепалка с последующим громким стуком, в котором Николас угадал захлопнувшуюся дверь кухни. Затем до него донесся приглушенный шепот, звуки неспешной уборки, из столовой внизу послышались шаги и потянуло запахом крепкого табака. Пытаясь выстроить четкую картину происходящего, Николас был застигнут врасплох и даже испуган внезапно открывшейся дверью. Обернувшись, он увидел Гарсиа, взирающего на него с видом заговорщика.

От неожиданности краска бросилась мальчику в лицо. Необъяснимое недоверие к дворецкому, которое он испытал накануне вечером, будто с самого начала почувствовал в нем врага, вернулось с удвоенной силой, когда тот возник на пороге.

- Могу я забрать поднос? – Гарсиа говорил вкрадчиво, с подчеркнутой учтивостью, но горящая сигарета в желтых от никотина пальцах выдавала его притворство.

- Да, пожалуйста… Спасибо! – запинаясь ответил Николас слабым голосом.

Дворецкий не сдвинулся с места, лишь обнажил зубы, что при общей неподвижности его черт должно было, вероятно, означать улыбку.
- Не бойтесь меня, - мягко сказал он. – Я хорошо лажу с детьми. В одном доме их было семеро. Младшая девочка любила сидеть у меня на колене. Потом она умерла.

Николас судорожно вздохнул. Дворецкий, не сводя с мальчика глаз, рассеянно поднес к губам коричневую сигарету и глубоко затянулся.

- Когда-нибудь я вам о ней расскажу. У нас может получиться интересный разговор. Я многое повидал. Много грустного и страшного. Много невероятного. Мир полон дураков. А меня ничем не проймешь, ровным счетом ничем.

- Что вы хотите этим сказать? – выдохнул Николас.

Гарсиа равнодушно пожал плечами.
- Потом поймете. Я был солдатом. Офицером. Я видел, как людей избивают, пытают, убивают. Но мы поговорим об этом в другой раз. Скажите, а где ваша мама?

Николас побледнел. Вопрос, заданный с небрежностью, маскирующей дерзость, заново разбередил самые сокровенные раны в его съежившейся душе. От испуга он чуть не ответил: «Она умерла». Ведь сколько раз отец со скорбью говорил, что для них обоих она всё равно что умерла. И только вчерашняя вечерняя молитва о её прощении не позволила уподобить забвение могиле. Но солгать ему не позволил природный инстинкт, основанный не столько на неискушенности, сколько на странном предчувствии: если он солжет этому человеку, то раз и навсегда будет перед ним беззащитен. Тогда ему не спастись.

- Она в Америке, - запинаясь, произнес Николас.
- О! - воскликнул Гарсиа. – Прекрасная страна! Но почему не здесь?

У Николаса задрожал подбородок, что вызвало трепет губ и тонких ноздрей, лоб сморщился.
- Мама больше не живет с нами, - только и смог выдавить он.

Тонкие губы Гарсиа раздвинулись в беззвучном смехе.
- Значит, она нам никто. Она живет отдельно. Но такое от людей не спрячешь.

Он умолк, прислушиваясь к неторопливым шагам, донесшимся с крыльца. Затем кивнул и, тем же тоном, разве что, с легким оттенком осторожности, сказал:
- Ваш отец вернулся. Не стоит говорить ему о нашем интересном разговоре. Теперь у нас с вами есть тайна. Помните об этом, невинное дитя.

Приблизившись к кровати, он одной рукой ловко поднял поднос и, с полупоклоном и все той же иронично-лакейской ухмылкой, повернулся и вышел из комнаты.

Растерянный до потрясения, с всё так же сведенными бровями, Николас остался лежать. Он был подавлен и опустошен, и лишь появление отца удержало его от плача.

Консул пребывал в хорошем расположении духа, явно не омраченном утренней работой, и после беглого осмотра позволил сыну встать. Пока мальчик одевался, консул, присев на край кровати, говорил и говорил в совершенно не свойственной ему манере, перескакивая с одного на другое. Офис оказался лучше, чем он ожидал – маленький, но вполне современный – и находится над гаванью, откуда летом будет дуть приятный бриз. Кроме Элвина Деккера в штате состоят два клерка-испанца. Оборудование в исправном состоянии, кроме нуждающейся в ремонте пишущей машинки и сломанного ротатора, который он уже велел заменить.

- А теперь тебе, наверное, будет интересно узнать, что я нашел садовника, - всё тем же оживленным тоном продолжал консул. – Он во дворе. Пойдем, посмотришь на него.

Бок о бок, не спеша, они спустились по лестнице. Высокий ладно скроенный юноша лет девятнадцати с открытым лицом и мягким взглядом черных глаз, стоя у задней калитки, смотрел на них с почтительным вниманием. У юноши были ярко очерченные брови и густые черные волосы, а над верхней губой уже виднелась незрелая, трогательная тень. Простое лицо, несмотря на шафрановый цвет, было бы даже красивым, если бы его не портил полуоткрытый толстогубый рот. Молодой человек был одет в свой лучший костюм: из дешевой ткани, но тщательно вычищенный; с очень коротким – по каталонской моде – пиджаком; манжеты брюк слегка обвисают, прикрывая разбитые башмаки. Его большие смуглые руки сжимали круглую плоскую шляпу.

- Итак, парень, как ты сказал, тебя зовут?- весело окликнул его консул.
- Хосе, сеньор… Хосе Сантеро.
- И что, ты опытный садовник?

Хосе виновато улыбнулся, обнажив прекрасные белые зубы. И такой заразительной была эта теплая естественная улыбка, что Николасу тоже захотелось улыбнуться в ответ.

- Я умею копать и рыхлить землю, сеньор. Могу подрезать и сажать деревья. Я очень старательный. Но не слишком опытный.
- Но я был уверен, что у тебя есть опыт работы, - несколько раздраженно заметил Брэнд.
- Да, конечно, сеньор, - поспешил ответить Хосе. – Я три года работал на виноградниках Монтаро. Но сейчас в горах нет работы…
- У тебя есть рекомендации?

У Хосе перехватило дыхание. Улыбка стала жалкой, он перевел взгляд на мальчика, как бы ища у него поддержки.

- Мы не заботимся о таких вещах, сеньор. Вы можете спросить Диего Боргано из Монтары, думаю, он обо мне плохого не скажет.

Наступило молчание. Николас с беспокойством посмотрел на отца, который, покусывая губу, был явно озадачен таким поворотом дела, и решительно подавил в себе желание, которое могло только повредить Хосе, попросить отца нанять этого садовника – такого молодого, приветливого и такого симпатичного.

Звук обеденного гонга ускорил принятие решения. В конце концов, на бирже о парне хорошо отзывались.
- От тебя потребуется усердный труд, - строго сказал консул. – Оплата тридцать песет в неделю. Ты согласен?
- Я принимаю ваши условия, - серьезно ответил Хосе.
- Хорошо, - сказал Харрингтон Брэнд. – Приходи завтра к восьми часам, я покажу тебе, что нужно делать. Всего хорошего.

Взяв сына за плечо, он направился в дом. В глазах Николаса запечатлелся приятный облик испанского юноши, держащегося скромно, но с достоинством в своей бедной воскресной одежде, со смешной твердой шляпой в красивых смуглых руках. Поднимаясь вслед за отцом по ступеням веранды, он, подчиняясь непреодолимому желанию, посмотрел назад через плечо и улыбнулся. Зубы Хосе сверкнули в ответной улыбке, и он, к большой радости мальчика, весело помахал ему рукой – этот жест словно в самое сердце Николаса проник... Со скрытым удовольствием он всё время думал об этом и во время обеда, и потом тоже, и посмеивался про себя.
Люси
The Spanish Gardener, Chapter 2
NEXT MORNING the Consul rose early and left punctually for his office. Nicholas, unfortunately, had passed an unquiet night in which, through the torpor which bound him, the events of the journey, the grinding of engine wheels, the sound of the surf and, for some absurd reason, the dark impassive figure of the butler, were inextricably mingled. His temperature showed normal, but his father seemed to detect a lingering flush of excitement upon his cheeks, and insisted that the boy remain in bed—promising, however, to return at noon to see if he might get up for lunch.
It was a disappointment for Nicholas, who wished he might at least have lain outside in that lovely garden. But he was an obedient child, well versed by now in his own physical deficiencies, in the regular routine of thermometer reading and pulse checking prescribed by Professor Halevy and, in a queer, prim way, gratefully expectant of the solicitude which his father constantly bestowed upon him.
Magdalena brought up his breakfast, rather breathless from her ascent of the stairs, but quite friendly, her black eyes almost hidden by the creases in her plump brown cheeks. A white scarf wrapped about her head and two metal rings dangling from her ears gave her an interesting, gipsy look. Thanks to his father's tutoring, Nicholas spoke creditable Spanish—he had, indeed, a precocious knowledge of French and Italian besides—but Magdalena's rapid chatter was some kind of dialect, Catalan he thought, and they could not understand each other very well. As she stood there, with hands on her hips, he detected a frank peasant curiosity in her gaze and, in response, he dramatized himself a little, blinking his long eyelashes and swallowing his breath so that he could break it in his stomach with an alarming rumble. At this she laughed shortly, shook her head, and went away.
The breakfast was his usual, and quite nice: a lightly boiled egg, crisp zweibacks and comb honey, a glass of boiled goat's milk; obviously his father had been giving orders in the kitchen. Nicholas ate the food slowly, using his experience to avoid putting crumbs on the sheet. Then he hopped out and brought over the woolly hound which, with four short legs planted on the dressing table, had silently and faithfully awaited his attentions. Nicholas knew, of course, that he could not possess a live dog. The Consul, himself no dog lover, had logically explained how this was precluded by the difficulties and uncertainties of their too mobile existence, so the child had made the best of this small stuffed substitute. This morning, however, he was scarcely in the mood for one of those long conversations which so often beguiled, for both of them, the tedious hours. Nor could he bring himself to glance, more than perfunctorily, at the lesson books which his father had placed, convenient to his hand, on the bedside table. No, he was too highly keyed by the novelty of these still unexplored surroundings and, while a bright square of sunlight slid warmly across the striped maroon wallpaper, stamped with strange arabesques, which fancy might make still stranger, he lay on his back, listening, as it were, to the silent heart-beat of the house.
Yet the beat was not altogether silent. Sounds came from downstairs, disturbing sounds, as of an argument—high words, followed by the banging of what Nicholas guessed to be the kitchen door. Then came the low undertone of whispering, footsteps in the dining-room below, unhurried tidying-up movements, an ascending whiff of strong tobacco. Construing all this, somewhat rigidly, Nicholas was taken aback, quite startled in fact, by the sudden quiet opening of his door. He turned and there, gazing at him with a confidential air, was Garcia.
Unaccountably, the blood rushed to the little boy's cheeks. That queer distrust of the butler which he had felt on the previous evening, as though from the outset he sensed in him an enemy, returned with redoubled force at this unexpected materialization.
"Shall I take your tray?" Garcia spoke with exaggerated deference, in an insinuating manner—yet, as if to give that the lie, he kept his cigarette burning between his nicotined fingers.
"Please . . . thank you," Nicholas answered in a small, unsteady voice.
The man did not move but showed his teeth in what, but for the general immobility of his features, might have been a smile.
"Don't mind me," he said softly. "I am well used to children. In one place there were seven. The little girl used to sit upon my knee. Before she died."
Nicholas took a quick breath. The butler drew deeply, absently, upon his brown cigarette yet never removed his eyes from the small boy's face.
"One day I will tell you about her. It would make an interesting talk for us. I've seen many things. Sad and horrible things. Unbelievable things. The world is full of idiots. Nothing matters to me, absolutely nothing."
"What do you mean?" Nicholas gasped.
Garcia shrugged indifferently.
"You will see. I have been a soldier. An officer. I have seen men flogged, tortured, and shot. But we will speak of that another time. Tell me. Where is your mother?"
Nicholas turned pale. The question, thrown casually, yet with a hidden insolence, pierced anew the deepest, the most secret scar, in his shrinking soul. For an instant of panic he thought of answering, "She is dead." Had not his father insisted often, with melancholy gravity, that she must now, indeed, be considered as dead to both of them? And only that evening Christian prayer for her forgiveness saved her from an oblivion equal to the grave. Yet an instinct within him repudiated the lie, less from a natural innocence than from the strange precognition that if he lied to this man his defences would, once and for all, be swept away. He would be lost.
"She is in America," he stammered.
"Ah!" Garcia exclaimed, "A wonderful country. But why not here?"
With a trembling of his chin which made his lips and delicate nostrils quiver, and the skin of his forehead contract, Nicholas brought out the words.
"Mother doesn't live with us any more."
Garcia parted his thin wide lips in a silent laugh.
"So she is nothing to us. She lives apart. But we cannot escape from people that way." He broke off, listening, as measured footsteps sounded on the steps of the portico. There was a pause then, without change of manner, yet perhaps with a faint shade of caution, he nodded. "Your father has come back. You must not tell him of our interesting conversation. Now we have a secret, you and I. Do not forget that, little innocent."
He advanced to the bed and, using only one hand, expertly hoisted up the tray; then, with a half bow, tinged with that same servile mockery, he turned and went out of the room.
Nicholas lay there, his brow still contracted, filled with perplexity and confusion. He felt discouraged, strangely empty, and only the prompt appearance of his father prevented him from bursting into tears.
The Consul was in good spirits, evidently not displeased with his morning's work, and after a brief inspection, he bade Nicholas get up. Seated on the end of the bed while the boy dressed, he proved more than usually discursive. The office was better than he had expected, small yet quite modern, and situated on the Marina where the sea breezes would be agreeable in summer. Besides Alvin Decker, there were two Spanish clerks on the staff. He had found the equipment in sound condition except for a faulty typewriter that could be repaired, and a broken mimeograph machine that he had immediately ordered replaced.
"And now," the Consul went on with continuing liveliness, "you may be interested that I have found you a gardener. He's outside, in the yard. Come along and take a look at him."
They went downstairs, Nicholas walking sedately at his father's side.
Outside, waiting at the back entrance, in an attitude of respectful attention, was a tall, well-proportioned youth of nineteen years, with open features and sloe-dark, gentle eyes. His eyebrows were strongly marked, his hair sprouted black and bushy, and upon his upper lip there lay already an immature, pathetic shadow. It was a simple face and could have been handsome, in spite of its saffron colouring, but for the soft full mouth, which hung a little open. The young man wore his best suit, a shoddy but well-brushed serge, the jacket cut very short, Catalan fashion, and the trousers billowing slightly at the cuff, covering the broken shoes. In his large brown hands he held a round flat hat.
"Well, here you are, my lad," said the Consul with agreeable briskness. "What did you say your name was?"
"Jos?, se?or . . . Jos? Santero."
"And you are an expert gardener?"
Jos? smiled, deprecatingly, showing beautiful white teeth. It was a warm, natural smile, and so infectious it made Nicholas want to smile back.
"I know to dig, and hoe, and care for the soil, se?or. I can prune and plant. I am very willing. But I am not so expert."
"I understood you had experience.” Brande remarked somewhat impatiently.
"Oh, yes, se?or," Jos? answered quickly. "For three years I worked in the Montaro vineyards. But now there is much unemployment in the hills."
"You have testimonials?"
With a faintly lost air, smiling yet doubtful, Jos?'s gaze passed from the Consul and came to rest upon the little boy.
"We do not trouble about such things, se?or. If you ask Diego Borgano, at Montara, I think he would speak well of me."
There was a pause. Nicholas gazed up anxiously at his father who, biting his lip, was plainly debating this aspect of the matter, and he had strongly to suppress an impulse, which he knew would only prejudice Jos?'s case, to beg his father to engage this gardener who was so young, so friendly, and so nice.
The sound of the luncheon gong hastened the Consul's decision. After all, they had given the fellow a good character at the Exchange. He spoke brusquely.
"I shall expect you to work hard, you know. The pay is thirty pesetas a week. Do you agree?"
"I do not quarrel with the se?or's wishes," Jos? answered soberly.
"Very good," said Harrington Brande. "Be here at eight o'clock tomorrow and I’ll show you what I want done. Come along, dear boy."
He took his son's arm and moved off. As Nicholas went towards the house he had a warm picture of the Spanish youth standing there, gentle and humble, yet strangely proud in his poor Sunday clothes, holding the ridiculous hard hat in his fine brown hands. Irresistibly, as he followed his father up the verandah steps, he looked back over his shoulder and smiled. Jos?'s white teeth flashed in an answering smile; and to the little boy's joy, he waved his arm in gay acknowledgment. Something in that gesture went straight to the child's heart ... he kept thinking of it during lunch, and afterwards too, with little inward chuckles of delight.
Вернуться к началу перевода
Обсудите эту работу с друзьями!
 
  При использовании авторских материалов указание автора
и ссылка на страницу конкурсной работы обязательны
Ваши голоса
Блестяще! 21 голос
 
30 баллов за голос
Что-то в этом есть 3 голоса
 
20 баллов за голос
Не впечатлило 1 голос
 
10 баллов за голос
Разочаровало 4 голоса
 
5 баллов за голос
Статистика     *данные на 15:00 (Москва, GMT+3)
Место в рейтинге Проза: 2
Средняя оценка: 25.71
Итоговая оценка: 25.71
Общее число оценок: 35
Число комментариев: 37
Число посещений страницы: 1911
< Предыдущий перевод Следующий перевод >
Обсуждаем эту и другие работы на Форуме Конкурса >>>
Комментарии:    37
Gapon
Gapon говорит:
0
07.11.2013 15:42   #
...Ну и слава богу! Сколь приятно обнаружить вновь в мастере перевода любителя классического плавного повествования как альтернативы всем потугам нынешних "прогрессистов"... Браво!
Люси
Люси говорит:
0
07.11.2013 15:46   #
Не поместившийся фрагмент оригинала. Как ни странно, перевод поместился целиком.

"I do not quarrel with the señor's wishes," José answered soberly.
"Very good," said Harrington Brande. "Be here at eight o'clock tomorrow and I’ll show you what I want done. Come along, dear boy."
He took his son's arm and moved off. As Nicholas went towards the house he had a warm picture of the Spanish youth standing there, gentle and humble, yet strangely proud in his poor Sunday clothes, holding the ridiculous hard hat in his fine brown hands. Irresistibly, as he followed his father up the verandah steps, he looked back over his shoulder and smiled. José's white teeth flashed in an answering smile; and to the little boy's joy, he waved his arm in gay acknowledgment. Something in that gesture went straight to the child's heart ... he kept thinking of it during lunch, and afterwards too, with little inward chuckles of delight.
Лу
Лу говорит:
0
07.11.2013 16:12   #
Читается легко-легко! Интересно, что было дальше :)
Люси
Люси говорит:
0
07.11.2013 16:25   #
Оригинал исправлен – спасибо Ксении!
Лу, дальше будет очень интересно и увлекательно, даже страшно местами. Но пока до этого дойдет… Кронин очень обстоятельный писатель, я уже 4-ю главу заканчиваю переводить, а ничего по сути еще не происходит. Есть в этой неспешности своя прелесть. Вот я сейчас читаю рассказы Элис Мунро (нобелевский лауреат) и думаю: Kронин из каждого ее рассказа не то что роман – трилогию сочинил бы. У нее словам тесно, а мыслям просторно. Но нет, конечно, таких подробных описаний сада, дома, одежды, кто как посмотрел и т.п. Это особый жанр.
Лу
Лу говорит:
0
07.11.2013 16:53   #
Люси!!! Пожалуйста, переводите скорей!!! Заинтриговалииииии!
Люси
Люси говорит:
0
07.11.2013 16:55   #
А начало вы читали? Я в прошлом году выставляла. (где-то там в комментах была ссылка на оригинал))))
Лу
Лу говорит:
0
07.11.2013 17:15   #
Только что прочитала! В прошлом году прозевала, увы :(
Татьяна
Татьяна говорит:
0
07.11.2013 23:08   #
Спасибо, Люси! Как пишут критики, шестерёнки сюжета завертелись!
Люси
Люси говорит:
0
07.11.2013 23:14   #
Да какое там завертелись! Пол-оборота, разве что. Пока еще только описания.
sivva
sivva говорит:
0
12.11.2013 06:14   #
Читаю с удовольствием, жду продолжения.
Юлия Рац
Юлия Рац говорит:
0
13.11.2013 17:17   #
Блестяще
Елена
Елена говорит:
0
06.12.2013 21:27   #
Замечательный перевод! Читается очень легко и такой широкий вокабуляр, будто изначально и было написано по-русски, а не переведено!:)
Люси
Люси говорит:
0
07.12.2013 20:03   #
Спасибо, Елена!:)
Ирина Алимбочка
Ирина Алимбочка говорит:
0
13.12.2013 10:07   #
Солидарна с вышесказанным: и история замечательная, и перевод хороший)
Люси
Люси говорит:
0
13.12.2013 10:56   #
Спасибо, Ирина! История, действительно, замечательная.
Ольга Щёлокова
Ольга Щёлокова говорит:
0
15.12.2013 13:17   #
Вы меня просили посмотреть перевод - выполняю Вашу просьбу. В целом он очень грамотный, не содержит никаких ляпов; видно, что переводчик подошёл к оригиналу вдумчиво, но местами он звучит несколько деревянно, нет ощущения естественности. Хотя, может, и сам оригинал не блещет живостью, и переводчик просто старательно перенёс стиль оригинала в перевод. В таком случае претензий нет, просто возникает чисто человеческий вопрос (риторический, не требующий ответа): зачем переводить для себя (а не для дяди) такие сонные тексты, лишённые внутренней и внешней динамики? А так, разумеется, очень старательно и профессионально. Вот некоторые из замеченных недоточётов:

избыточным румянцем - не по-русски, лучше "слишком ярким румянцем"
хорошо осведомленным о всех своих недугах - тоже не по-русски, чувствуется буквализм
аргументировано - пишется с двумя н.
этого маленького чучела - непонятно, собака - это игрушка или реально чучело, произведение таксидермиста.
Люси
Люси говорит:
0
15.12.2013 14:34   #
Спасибо, Ольга!
Я, как и вы, стараюсь не "улучшать" оригинал, особенно, если это классика. А Кронин – это классика.
Ваши замечания, по возможности, учту.
"Чучело" – это чучело, иначе была бы "игрушка". Возможно, по-русски требуются дополнительные разъяснения из-за неоднозначности слова "чучело". Подумаю.

Виктор Райкин
Виктор Райкин говорит:
0
24.12.2013 18:41   #
Люси, поздравляю с победой! Правда, мне Ваши "Призраки" гораздо больше нравятся.
Люси
Люси говорит:
0
24.12.2013 18:44   #
Спасибо, Виктор!
И я вас поздравляю! Вы уже начали готовиться к следующему конкурсу?
Gapon
Gapon говорит:
0
24.12.2013 18:47   #
Ясный хрен! У них же вон с Маратом деловая встреча назначена: кому хорватский, кому шотландский...

Потрясут будущий конкурс в 4 руки ужо.
Виктор Райкин
Виктор Райкин говорит:
0
24.12.2013 19:04   #
Люси, не начал, конечно. Перевод прозы заинтересовал, для меня это новое (если не считать крохотулек Борхеса), поэтому, думаю, что-нибудь ещё попробую. А Вы?
Виктор Райкин
Виктор Райкин говорит:
0
24.12.2013 19:06   #
Гапон, когда мы с Маратом станем трясти его, Вы, пожалуйста, стойте под ним с одеялом, собирайте падающие плоды, потом поделим.
Люси
Люси говорит:
0
24.12.2013 19:07   #
Продолжаю переводить "Садовника". Я только прозу и умею…
Gapon
Gapon говорит:
0
24.12.2013 19:08   #
Йес, сэр! Только со мной делиться не стоит, я вполне удовлетворюсь упавшим в одеяло...

Потом одеяло верну любому из вас. Почти задаром.
Виктор Райкин
Виктор Райкин говорит:
0
24.12.2013 19:23   #
Какой Вы непонятливый: плоды-то все в одеяле будут, это Вам делиться с нами.
Gapon
Gapon говорит:
0
24.12.2013 19:28   #
Ладно, убедили. Отдам одеяло за так...

Но при условии, что будет хорватский! Надо же помочь организаторам подоить еще и напросившееся на конкурс молодое государство...
Виктор Райкин
Виктор Райкин говорит:
0
24.12.2013 19:32   #
Э-э, судырь вы мой, одеяло сталбыть наше, плоды - ваши... Мда.
Gapon
Gapon говорит:
0
24.12.2013 20:34   #
А вы как хотели, сударь?! Нефиг тогда Гапона в подельники зазывать! Он их обычно сам находит.

А уж ежели и в новом переводе форт кого-нибудь пригреет на груди - совсем беда выйдет...

Виктор Райкин
Виктор Райкин говорит:
0
25.12.2013 05:06   #
А по какому же разряду у Вас проходит "подоить государство"? Ась? Опять скажете, что не писатель?
Gapon
Gapon говорит:
0
25.12.2013 11:52   #
Ну это же по ведомству животноводства, сударь! Облегчить страдания ему, снять сливки себе и т.д. Никакого высокого искусства, одна грубая реальность.

(Не, "не писатель"! Так себе, образно говоря, изъясняюсь порою)
Люче
Люче говорит:
0
25.12.2013 12:59   #
Дорогая Люси, примите мои самые искренние поздравления с заслуженной победой!
Мне приятно находиться в столь почётном списке рядом с Вами.
Новых побед и свершений в новом году!
Люси
Люси говорит:
0
25.12.2013 13:02   #
Большое спасибо, Люче!
Татьяна Малкова
Татьяна Малкова говорит:
0
25.12.2013 13:20   #
Люси, примите мои поздравления! А где можно увидеть списки победителей? Спасибо)
Люси
Люси говорит:
0
25.12.2013 13:27   #
Спасибо, Татьяна! Я тоже вас поздравляю!
Зайдите на "Новости конкурса" (слева вверху) – там списки победителей.
Татьяна Малкова
Татьяна Малкова говорит:
0
25.12.2013 13:30   #
О! ЗдОрово! Спасибо огромное!!!!
Виктор Райкин
Виктор Райкин говорит:
0
25.12.2013 20:46   #
Это по ведомству одушевления (а не животноводства), которое используется всеми носителями языка, в т.ч. и Вами, настолько легко и естественно, что почти не замечается. Не хотите признавать очевидного, ну и ладно, дело Ваше.
Gapon
Gapon говорит:
0
25.12.2013 21:05   #
Всё бы вам, Виктор Райкин, поспорить на пустом месте... Лук:

1) "Подоить" мною переделано из "взять за вымя" Оси Бендера.

2) Для писательства я не гожусь, т.к. лишен главного свойства творца - наблюдательности. Всё, что высыпается из меня - высыпается из памяти. "Необычного в обычном" мне, увы, увидеть не дано. Нармуд "бог шельму метит" давно применил к себе и писательским зудом не страдаю.
Подписаться на новые комментарии к этой работе
Добавить комментарий
Ваше имя Обязательное поле
Ваш email Обязательное поле    Ваш email не будет опубликован
Комментарий:
Защитный код
Обсуждаем эту и другие работы на Форуме Конкурса >>>

 

 

Статистика конкурса

всего (сегодня)
Пользователи: 127 (0)
Переводы: 0 (0)
Комментарии: 12273 (56)
Иллюстрации: 0 (0)

Последние события

eemperafa: <br><strong><a href="/">cheap beats dre</a></strong><strong><a href="/">cheap beats dre</a></strong><strong><a href="/">beats by dre</a></strong><br><br><br><br><br><br><br>
eemperafa: <a href="/">timberland chaussures de mode</a> <ul><li><strong><a href="/">vente timberland boot</a></strong></li><li><strong><a href="/">chaussures</a></strong></li><li><strong><a
eemperafa: <strong><a href="/">fausses montres IWC Vente</a></strong><br><strong><a href="/">fausses montres IWC Vente</a></strong><strong><a href="/">iwc
eemperafa: <strong><a href="/">Replica Breitling Montres</a></strong><br> <strong><a href="/">Replica Breitling Montres</a></strong><br> <a href="/">Swiss
eemperafa: <strong><a href="/">herve leger</a></strong><strong><a href="/">herve leger</a></strong><strong><a href="/">vГЄtements ralph lauren pas cher</a></strong><br><br><br><br><br><br><br><a
eemperafa: <strong><a href="/">stylo Г  bille</a></strong><br> <strong><a href="/">stylo Г  bille</a></strong><br> <a href="/">Stylo
eemperafa: <strong><a href="/">swiss replica watches</a></strong><strong><a href="/">swiss replica watches</a></strong><strong><a href="/">rГ©pliques de montres</a></strong><br><br><br><br><br><br><br><a
eemperafa: <strong><a href="/">rГ©pliques de montres</a></strong><br><strong><a href="/">rГ©pliques de montres</a></strong><strong><a href="/">fausses montres</a></strong><br><br><br><br><br><br><br><a href="/">fausses
eemperafa: <strong><a href="/">moncler men jackets</a></strong> <br> <strong><a href="/">moncler jackets men</a></strong> <br>
eemperafa: <a href="/">rГ©pliques de montres</a><a href="/">rГ©pliques de montres</a> <strong><a href="/">rГ©pliques de
Все события

Партнеры конкурса