Зарегистрируйтесь или авторизуйтесь в конкурсе


Авторизация

Регистрация

Войти через loginza
Ваше имя
Ваш email
Пароль
Повторите пароль
Защитный код

How America Learned to Love Whiskey - Как американцы полюбили виски

10.12.2013
Обсудите эту работу с друзьями!
Оригинал: How America Learned to Love Whiskey, Clay Risen
Перевод с английского: Маргарита Кижаева
Как американцы полюбили виски
Попытки контролировать процессы брожения и продажу алкоголя появились раньше, чем сама республика
Клей Райзен
6 декабря,2013
В октябре 1794 г. Александр Гамильтон сложил свои обязанности секретаря Казначейства, чтобы возглавить отряд из 13 тысяч человек, направленный в западную Пенсильванию. Сопротивление налогу на виски, введённого с целью ускорить процесс выплаты государственного долга в 45 млн. долларов, возникшего в результате Войны за Независимость, росло с самого момента его ввода в 1791г. На сборщиков налогов нападали, по крайней мере, однажды одного из них избили, вымазали дёгтем и обваляли в перьях. К началу 1794 г. около 7 000 человек присоединились к повстанцам, и поползли разговоры о провозглашении независимости от Соединённых Штатов. Силами государственных отрядов восстание было подавлено; большая часть лидеров была арестована, остальные – бежали в соседние штаты.
«Алкогольное восстание» было критическим моментом в жизни молодой республики. Использование Президентом Вашингтоном войск, чтобы силой принудить выплачивать налог, продемонстрировало, что Правительство обладало реальной властью и собиралось её использовать.
Но для Гамильтона, который ввёл этот налог, вопрос был не только в увеличении денежных сборов или утверждении власти Правительства. Это был ещё и способ уменьшить производство и потребление алкогольной продукции. В своём «Федералисте №12» Гамильтон писал, что в случае налога на виски «потребление обнаружит тенденцию к снижению» и что «это благоприятно скажется на сельском хозяйстве, экономике, морали и здоровье общества. Пожалуй, нет ничего другого, что было бы так излишне для общества, как эти напитки». Вашингтон согласился: «Алкоголизм, - сказал он, - «сгубил половину рабочих в этой стране», несмотря на то, что являясь одним из крупнейших владельцев перегонных заводов, он и сам немало поспособствовал этому.
Однако такой позиции придерживались не все. Альберт Галлатин, политический деятель Пенсильвании, который позднее стал одним из претендентов на пост секретаря Казначейства, назвал налог лицемерной попыткой элиты «обложить налогом самые распространённые в народе напитки», продолжая в то же самое время употреблять импортные вина и бренди высокого качества. Джорджианцы выпустили петицию, чтобы освободить от налога персиковый бренди как «необходимый для жизни…в таком тёплом климате». Томас Джефферсон, считавшийся любителем выпить, предпринял успешную попытку отменить налог вскоре после принятия президентской присяги.
Сегодня трудно понять всю важность проблемы, связанной с алкоголем: кто его производит и кто потребляет, - всё это решалось политиками молодой тогда ещё республики, бывшей колонии. Молодая нация была, по словам историка В.Дж. Рораба, «республикой алкоголиков»: большинство мужчин и женщин ежедневно выпивали по меньшей мере четыре унции крепкого алкогольного напитка. Попытки уменьшить производство алкогольной продукции затрагивали практически каждого. Представьте кампанию национального масштаба против кофеина.
Движение в пользу ограничения потребления алкоголя достигло своего апогея в 1919 г., когда была принята Восемнадцатая поправка к Конституции США, вводившая «Сухой закон». Но подобные споры, включая нынешние, по поводу легализации марихуаны, берут своё начало гораздо раньше двадцатого столетия в таких битвах, как «Восстание из-за виски». На тот момент это был крупнейший официальный фронт сопротивления, но это было только началом американских противоречий, возникших между свободой и умеренностью в потреблении алкоголя: в какой мере Правительство может регулировать то, что мы можем делать со своим телом и в особенности, что мы потребляем?

Первые напитки
Алкоголизм присутствовал в американской культуре с самого начала. На корабле «Арабелла», доставившего пуритан во главе с Джоном Уинтропом к Колонии Массачусетского залива в 1630г., было привезено 10 000 галлонов пива, 120 бочек солода и 12 галлонов джина.
Первым поселенцам алкоголь был необходим не только для удовольствия, но и для поддержания здоровья: вода была ужасно грязной, особенно в населённых районах, где отходы смешивались с питьевой водой, - поэтому даже дети пили «слабое» пиво (с небольшим содержанием алкоголя).
Одно из самых ранних упоминаний об английских колонистах включает описание успешных перегонок; капитан Джеймс Торп писал из Вирджинии, что ему удалось получить алкоголь на основе кукурузы, которая была местной культурой. Эти ранние сообщения позволяют установить наличие большого разнообразия ингредиентов, что не удивительно при бедных урожаях европейских виноградников на американской почве и изобилии местных культур. На переработку шло всё, начиная от дикой вишни и кончая тыквой. Особенно была популярна яблочная водка, наряду с персиковым бренди и мёдом со специями – корицей, ромашкой и прочими травами и специями.
Из истории: Вашингтон ведёт войска. «Алкогольное восстание» (Библиотека Конгресса) - иллюстрация
На протяжении первых десятилетий XVII в. колонисты либо изготовляли напитки сами для использования в личных целях, либо привозили их. И только в 1640 г., когда Виллем Кифт, генерал-губернатор Новых Нидерландов, открыл первый на континенте винокуренный завод на территории нынешнего Статен-Айленда, был ввезён более крепкий алкоголь: ром с Карибских островов или мадера и портвейн из Европы – многие из этих напитков были не по карману обычным жителям. Те, кто не мог себе позволить их купить, обходились пивом, перегонкой фруктов и овощного сока и другими, менее крепкими алкогольными напитками домашнего приготовления. В высших кругах пить алкоголь было не просто допустимо, это было практически обязательно. Доктор из Мерилэнда, побывавший в Нью-Йорке в 1744 г., обнаружил, что «любовь к спиртному была просто необходимой, чтобы быть признанным членом высшего общества».
Так как поставки чёрной патоки (основного ингредиента для приготовления рома) увеличились в конце XVII – начале XVIII в.в., то стало развиваться и домашнее производство. Самое раннее упоминание о роме, произведённом на территории будущего государства США, встречается в торговой операции в Нью-Лондоне, Коннектикут, в 1654 г. К концу века территория была наводнена производителями, выпускавшими тысячи галлонов дешёвых спиртных напитков высокого качества.
Производство было сосредоточено в штате Массачусетс в городах Бостон, Медфорд и Салем; к 1750 г. в «штате у залива» было 63 винокуренных завода.
Производимый алкоголь, прежде считавшийся предметом роскоши, стал теперь дешевым и доступным для всех. На протяжении 1720-1730-х г.г. цена одного галлона рома в Бостоне упала с 3 шиллингов 6 пенсов до почти 2 шиллингов – такую цену мог себе позволить даже низкоквалифицированный рабочий. К концу столетия американские производители выпускали почти 5 млн. галлонов рома в год, более 3,8 млн. галлонов страна ввозила.
Увеличившаяся доступность дешёвых алкогольных напитков привела к попыткам ввести над ним контроль. В городах священники и прочие самозваные стражи общественных нравов де-факто часто обладали правом вето на торговлю в таверне, указывая, кто мог продавать алкоголь и кто мог покупать его. Но рост этой сферы привёл круги элиты к убеждению, что если они хотят контролировать поставки, то нужно обратиться к власти Правительства. Вместо экономических и религиозных барьеров появились барьеры законодательного характера; в 1730-х г.г. Джеймс Оглеторп, основатель Джорджии, пытался ввести запрет на ром исключительно в своей новой колонии, а в 1760 г. Джон Адамс в Массачусетсе начал проводить законодательные кампании на ограничение числа разрешений торговли в тавернях.
Другие попытки были направлены на лишение отдельных слоёв общества права пить спиртное. Как отмечает историк Шерон В. Салингер в своей книге «Таверны и спиртное в молодой Америке», власти Бостона постановили, что продажа алкоголя индейцу, рабу или слуге «обернётся для нарушителя большим штрафом или тремя месяцами тюрьмы».
Свободные от запретов
Кампания по установлению ограничений на потребление алкогольных напитков привела к революции. Восстание против английских порядков не просто политическое событие; для многих американцев оно ознаменовало социальный переворот. Вопрос свободы перестал быть только политическим: колониальное общество было строжайшим образом поделено на группы, стратифицировано, но это длилось недолго и революция перевернула всё с ног на голову. Бедные не стали богатыми, но общественные структуры, связывавшие их, внезапно ослабили своё влияние. Обывательский морализм английского происхождения потерпел поражение, и на передний план нового, постреволюционного, свободного общества вышла свобода пить спиртное.
Стало иметь место всеобщее уравнение в правах, так как демократия продвинулась дальше избирательных права и «дошла» до баров. Пивные, в которых разжигали, обсуждали и планировали революцию, стали особенно трепетно связывать с возникающей американской индивидуальностью. Чуждые правилам и законам, пивные были местом для празднований, по крайней мере, для тех, кто получал избирательные права.
По свидетельствам историка Дэвида В. Конроя, пабы продолжали быть центрами сбора недовольных новой республикой. Уильям Шепард, командовавший войсками в период революции, а позднее – член Палаты Представителей из Массачусетса, подавивший восстание Шейса в 1786 г., определил таверны как «общепринятые места встреч для общения и отдыха» и сказал, что любой держатель таверны, способствующий мятежным разговорам за столом, должен «быть полностью лишён привилегии на свою деятельность на определённое время или навсегда».
Но подобные инициативы редко исполнялись: политики понимали, что общественное мнение высоко оценивало снижение контроля над общественной жизнью и что едва они попытаются усилить этот контроль, то это сразу отразится на числе избирателей.
Маргарита Кижаева
How America Learned to Love Whiskey
How Americans Learned to Love Whiskey
Attempts to control the fermentation and sale of alcohol are older than the republic itself.
By Clay Risen
December 6, 2013
In October 1794, Alexander Hamilton took time out from his regular duties as secretary of the Treasury to lead 13,000 militiamen into western Pennsylvania. Resistance to a tax on whiskey production, intended to help pay down the government's $45 million Revolutionary War debt, had been growing since it went into effect in 1791. Tax collectors had been attacked, and at least one was whipped, tarred, and feathered. By early 1794, some 7,000 men had joined the rebellion, and talk swirled about declaring independence from the United States. But in the face of federal bayonets, the revolt collapsed; many of its leaders were arrested, and the rest fled into neighboring states.
The Whiskey Rebellion was a critical moment in the life of the new republic. President Washington's use of the military to force payment of the tax demonstrated that the fledgling federal government had real power—and was willing to use it.
But to Hamilton, who conceived it, the tax was about more than raising cash or asserting the central government's authority. It was also a way to reduce alcohol production and consumption. Hamilton wrote in Federalist 12 that a tax on whiskey "should tend to diminish the consumption of it," and that "such an effect would be equally favorable to the agriculture, to the economy, to the morals, and to the health of the society. There is, perhaps, nothing so much a subject of national extravagance as these spirits." Washington agreed: Drinking, he said, was "the ruin of half the workmen in this Country"—even though, as the owner of one of America's largest distilleries, he contributed his share to that ruin.
Not everyone fell in line, though. Albert Gallatin, a Pennsylvania politician who would later become one of Hamilton's successors as Treasury secretary, called the levy a hypocritical attempt by elites to "tax the common drink of the nation," even as they continued to enjoy their imported fine wines and brandies. Georgians launched a petition to exempt peach brandy as "necessary of life … in this warm climate." And Thomas Jefferson, who was known to enjoy a drink, led a successful effort to repeal the tax shortly after he was sworn in as president.
It is hard, today, to comprehend just how important the question of alcohol—who could make it, and who could drink it—was to colonial and early republican politics. The young nation was, as historian W.J. Rorabaugh put it, an "alcoholic republic": Most grown men and women drank at least four ounces of hard liquor every day. Attempts to limit alcohol production affected nearly everyone. Imagine a nationwide campaign against caffeine.
The movement to restrict alcohol consumption reached its apogee in 1919 with the ratification of the 18th Amendment, which wrote nationwide Prohibition into the Constitution. But debates like that one—and even the drug-decriminalization movement today—had their origins long before the 20th century, in battles like the Whiskey Rebellion. At the time, it was the largest-ever official front in the war on booze, but it was only just the beginning of American ambivalence about liberty and temperance—about how much government can regulate what we do to our own bodies, especially what we put in them.
FIRST FERMENTATIONS
America was a drinking culture from the start. The Arabella, which carried John Winthrop and his Puritans to the Massachusetts Bay Colony in 1630, also transported 10,000 gallons of beer, 120 casks of malt, and 12 gallons of gin.
Alcohol was a necessity to the first settlers, not just for pleasure but also for health: Water was notoriously unhygienic, particularly in settled areas, where waste and drinking water intermingled, and even children drank mildly alcoholic "small" beer instead.
Drunk history: Washington leads troops in the Whiskey Rebellion. (Library of Congress)
Some of the earliest dispatches back home from English colonists include reports on successful distillations; in 1620, Capt. James Thorpe wrote from Virginia that he had managed to distill alcohol from corn, a native crop. These early accounts record a wide variety of ingredients—not surprising, given the poor performance of European grapes in American soil and the rich bounty of local plants. Everything from wild berries to pumpkins went into the still. Applejack was particularly popular, as was pear brandy and metheglin, a type of mead flavored with cinnamon, chamomile, and other herbs and spices.
For the first decades of the 17th century, colonists either brewed or distilled their own spirits for personal use, or imported it. It wasn't until 1640 that Willem Kieft, the director-general of the Dutch New Netherland colony, opened the continent's first commercial distillery on what is now Staten Island. Still, most harder alcohol was imported—rum from the Caribbean or madeira and port from Europe—and most of it was too expensive for the average colonist. Those who couldn't afford it made do with beer, fermented fruit and vegetable juice, and other, weaker forms of homemade liquor. Drinking among the upper classes wasn't just tolerated, it was practically required. A Maryland doctor traveling in New York in 1744 found that a "reputation for hearty drinking was essential for admission to the best society."
As the supply of molasses—the base ingredient in rum—expanded in the late 17th and early 18th centuries, domestic distilling picked up. The earliest record of rum distilling in the future United States shows an operation in New London, Conn., in 1654. By the end of the century, the region was flush with rum producers, turning out thousands of gallons of cheap, high-proof booze.
The industry was centered in the Massachusetts cities of Boston, Medford, and Salem; by 1750 the Bay State had 63 distilleries alone. Molasses was easier to transport than raw sugar cane, and it became a staple in the "triangle trade," in which slaves, cash crops, agricultural products, and manufactured goods circulated among the Western Hemisphere, Britain, and West Africa.
Distilled alcohol, which had been a luxury good, was now cheap enough for all to consume. During the 1720s and 1730s, the price of a gallon of rum in Boston fell from 3 shillings 6 pence to a mere 2 shillings—affordable for even the lowest unskilled workers. By the end of the century, American distilleries poured forth almost 5 million gallons of rum a year, more than the 3.8 million gallons the country imported.
The expanding availability of cheap liquor also brought attempts to control it. In cities, clergy and other self-appointed moral guardians often had de facto veto power over tavern licensing, giving them a say as to who got to sell liquor and who got to buy it. But the growing business led elites to believe that, if they wanted to control the supply, they'd need the power of government. In place of economic and religious barriers rose legal ones; in the 1730s, James Oglethorpe, the founder of Georgia, tried to ban rum entirely from his new colony, while in 1760, John Adams began a campaign for laws to limit the number of tavern licenses in Massachusetts. Others pushed to ban Sunday liquor sales.
Other efforts focused on excluding certain classes from drinking. As historian Sharon V. Salinger notes in her book Taverns and Drinking in Early America, authorities in Boston decreed that selling liquor to an Indian, a slave, or a servant "promised the perpetrator a stiff fine or three months in jail."
DISINHIBITED
The campaign to restrict drinking to the elite crested with the Revolution. The revolt against English rule was more than just a political event; for many Americans, it also signaled a social upheaval. Liberty was more than a question of politics: Colonial society was strictly regimented and stratified, but for a brief period, the Revolution threw all of that into the air. The poor were not about to become rich, but the social strictures that bound them were suddenly loosened. The narrow-minded moralism of English class society was overthrown. And at the forefront of that new, postrevolution liberty was the freedom to drink.
An egalitarian ethos took hold as democracy advanced from the ballot box to the bar. The public house—where the Revolution had been fomented, debated, and plotted—became intimately tied to the emerging American identity. Far from being regulated, it was a place to be celebrated, at least by the newly enfranchised masses.
As historian David. W. Conroy has documented, pubs continued to be the centers of dissent against the new republic. William Shepard, a Revolutionary general and later representative from Massachusetts who put down Shays's Rebellion in 1786, singled out taverns as "the common rendezvous for the councils and comfort of the people," and said that any tavern keeper who facilitated seditious talk at his tables should face "total disqualification for a limited time or forever of enjoying those privileges."
The public house—where the Revolution had been fomented, debated, and plotted—became intimately tied to the emerging American identity.
But proposals like Shepard's were rarely put into action: Political leaders recognized that public sentiment favored loosened controls over social life, and that they would suffer at the polls should they try to enforce them.
Вернуться к началу перевода
Обсудите эту работу с друзьями!
 
  При использовании авторских материалов указание автора
и ссылка на страницу конкурсной работы обязательны
Ваши голоса
Блестяще! 1 голос
 
30 баллов за голос
Что-то в этом есть 1 голос
 
20 баллов за голос
Не впечатлило 0 голосов
 
10 баллов за голос
Разочаровало 0 голосов
 
5 баллов за голос
Статистика     *данные на 16:00 (Москва, GMT+3)
Место в рейтинге Публицистика: 148
Средняя оценка: 25.00
Итоговая оценка: 5.00
Общее число оценок: 2
Число комментариев: 8
Число посещений страницы: 4679
< Предыдущий перевод Следующий перевод >
Обсуждаем эту и другие работы на Форуме Конкурса >>>
Комментарии:    8
Лилия
Лилия говорит:
0
16.12.2013 03:41   #
Мне понравился перевод!!!
Маргарита Кижаева
Маргарита Кижаева говорит:
0
16.12.2013 08:54   #
Спасибо, очень приятно!
Андрей Москотельников
Андрей Москотельников говорит:
0
16.12.2013 13:12   #
Ай, молодцы-американцы! Молодец, Маргарита Кижаева! Только слова "Правительство", "Президент" и проч. пиши с маленькой буквы. Или это твоё правительство и твой президент?
Маргарита Кижаева
Маргарита Кижаева говорит:
0
16.12.2013 19:57   #
Нет, Андрей, не моё это правительство. Поэтому впредь буду писать с маленькой буквы) Спасибо за комментарий.
Андрей Москотельников
Андрей Москотельников говорит:
0
16.12.2013 21:11   #
А своё пишите с большой, ладно?
Маргарита Кижаева
Маргарита Кижаева говорит:
0
16.12.2013 21:38   #
Разумеется)
Виктор Райкин
Виктор Райкин говорит:
+1
17.12.2013 09:12   #
Маргарита, позвольте одно замечание: алкоголизм - заболевание (болезненная зависимость от спиртного), частью культуры быть никак не может; да и смысл фразы несколько другой, в ней речь идёт не об алкоголизме, а об употреблении спиртного (судите сами, насколько это разные вещи).

Вот фраза оригинала:

"America was a drinking culture from the start."

А вот Ваш перевод:

"Алкоголизм присутствовал в американской культуре с самого начала."

sulin
sulin говорит:
0
09.06.2018 09:52   #
sulin
Подписаться на новые комментарии к этой работе
Добавить комментарий
Ваше имя Обязательное поле
Ваш email Обязательное поле    Ваш email не будет опубликован
Комментарий:
Защитный код
Обсуждаем эту и другие работы на Форуме Конкурса >>>

 

 

Статистика конкурса

всего (сегодня)
Пользователи: 202 (0)
Переводы: 0 (0)
Комментарии: 74836 (0)
Иллюстрации: 0 (0)

Последние события

nsbivintobia: <ul><li><strong><a href="/">timberland uk</a></strong> </li><li><strong><a href="/">timberland boots</a></strong> </li><li><strong><a href="/">timberland outlet</a></strong> </li></ul><br>
nsbivintobia: <strong><a href="/">Uggs</a></strong><br><strong><a href="/">Ugg</a></strong><strong><a href="/">UGG tГёfler</a></strong><br><br><br><strong><a href="/">UGG tГёfler til menn</a></strong> |
nsbivintobia: <strong><a href="/">Christian louboutin rabatt sko salg</a></strong><br> <strong><a href="/">Christian louboutin rabatt
nsbivintobia: <strong><a href="/">Timberland utlГёp</a></strong><strong><a href="/">Timberland sko</a></strong><br><strong><a href="/">Timberland stГёvler</a></strong><br><br><br><strong><a href="/">Timberland sko</a></strong><br> <strong><a
nsbivintobia: <strong><a href="/"> omega klokker </a></strong> | <strong><a href="/">omega</a></strong> | <strong><a
nsbivintobia: <strong><a href="/">chanel klokker</a></strong><br> <strong><a href="/">Breitling klokker</a></strong><br> <a class="category-top" href="/">Omega &
nsbivintobia: <strong><a href="/">Moncler kids outlet</a></strong><br> <strong><a href="/">Moncler kvinner jakker</a></strong><br> <a class="category-products"
nsbivintobia: <strong><a href="/">timberland stГёvler</a></strong><strong><a href="/">timberland uttak</a></strong><strong><a href="/">timberland stГёvler pГҐ salg</a></strong><br><br><br><a href="/">timberland
nsbivintobia: <strong><a href="/">kjГёpe klokker</a></strong><br> <strong><a href="/"> klokker </a></strong><br> klokke
nsbivintobia: <strong><a href="/">flekk falske IWC klokker</a></strong><br> <strong><a href="/">flekk falske IWC klokker</a></strong><br>
Все события

Партнеры конкурса