Зарегистрируйтесь или авторизуйтесь в конкурсе


Авторизация

Регистрация

Войти через loginza
Ваше имя
Ваш email
Пароль
Повторите пароль
Защитный код

Pearls Before Breakfast - Бисер натощак

09.12.2013
Обсудите эту работу с друзьями!
Оригинал: Pearls Before Breakfast, Gene Weingarten
Перевод с английского: Ирина Кононова
Будет ли один из лучших музыкантов страны услышан сквозь морок вашингтонского часа пик? Давайте выясним.

Никто не знал, что скрипач у голой стены на выходе из метро, в пассаже за верхней площадкой эскалатора, - это один из тончайших виртуозов среди мировых исполнителей классической музыки, играющий одни из самых изысканных среди когда-либо написанных произведений на одной из самых ценных среди когда-либо созданных скрипок. Его выступление было организовано газетой «Вашингтон Пост» в качестве эксперимента над взаимосвязью обстоятельств, восприятия и приоритетов – а также для непредвзятой оценки общественного вкуса: возвысится ли прекрасное над будничной обстановкой, в неподходящее время?
/…/
В детстве Джошуа Белл был вундеркиндом. Теперь, в свои 39, он виртуоз международного уровня. За три дня до своего появления на станции метро Белл собрал полный зал в Симфоническом зале Бостона, где просто хорошие места стоили 100 долларов. Двумя неделями позже, в Музыкальном центре Стратмора, в Северном Бетесде, он выступал в зале с местами только для стояния, и слушатели были исполнены таким уважением к его мастерству, что даже кашель сдерживали до перерывов между частями. Но в ту январскую пятницу Джошуа Белл был всего-навсего еще одним попрошайкой, пытавшимся привлечь внимание занятых людей, спешащих на работу.
/…/
Он пообещал не снижать планку на этом выступлении, и он держал слово. Он играл с акробатической легкостью и ловкостью, его тело опиралось на музыку и приподнималось на цыпочки на высоких нотах. Звучание было почти симфоническим, оно разносилось по всем частям невзрачного перехода, пока поток пешеходов струился своим чередом.
Минуло три минуты, прежде чем хоть что-то произошло. Мимо прошли уже шестьдесят три человека, когда, наконец, случился в некотором роде прорыв. Мужчина средних лет на долю секунды замедлил шаг, повернул голову: кажется, кто-то там играет на скрипке? Да, он продолжал идти, но это было хоть что-то.
Еще через полминуты Белл получил первое пожертвование. Женщина бросила доллар и помчалась дальше. Только через шесть минут после начала выступления кто-то остановился у стены послушать.
Особых перемен к лучшему так и не произошло. За те три четверти часа, что Белл играл на скрипке, семь человек отвлеклись от своих дел и обратили внимание на выступление по крайней мере на минуту. Двадцать семь человек дали деньги, большинство на ходу, - в общей сложности 32 доллара и мелочь. Остальные 1070 человек торопливо прошли мимо, безразличные; многие из них были на расстоянии всего трех футов, немногие хотя бы поворачивали голову взглянуть.
/…/
Все это снималось скрытой камерой. Прокрутите запись хоть пятнадцать раз – смотреть ее легче не станет. Попробуйте ускоренную прокрутку - запись станет похожа на одну из тех дерганых немых новостных лент времен первой мировой. Люди снуют мимо, передвигаясь смешными прыжками и перебежками, чашки кофе в ладонях, наушники в ушах, бейджики хлопают по животам – мрачная пляска смерти, увлекающая в равнодушие, косность и тусклую, серую суету современности.
Даже в этом ускоренном режиме движения скрипача остаются плавными и изящными, он кажется отделенным от своей аудитории – невидимым, неслышным, неземным – и вы ловите себя на мысли, что его там нет. Призрак.
А потом вы понимаете: он-то настоящий. Это они - призраки.
/…/
На этом видео есть шесть моментов, которые Беллу особенно тягостно вспоминать. Он называет их неловкими. Это то, что происходит сразу после окончания каждого произведения: ничего. Музыка прекращается. Люди, которые не замечали, что он играет, не замечают, что он закончил играть. Нет аплодисментов и выражений благодарности. Поэтому скрипка Белла издает короткий, нервный аккорд – эквивалент смущенного музыканта для «М, ладно, тогда дальше…» - и начинает следующее произведение.
/…/
Через пару минут происходит кое-что интересное. Женщина с дошколенком выходят с площадки эскалатора. Женщина идет быстро, ребенок тоже. Она держит его за руку.
«Время поджимало», - вспоминает Шерон Паркер, директор по информационным технологиям в федеральном агентстве. - «На 8:30 у меня был назначен тренинг, но сначала мне нужно было отвести Эвви к учителю, потом бежать назад на работу, а потом в учебный центр в подвале».
Эвви – это ее сын, Эван. Эвану три года.
Эвана отлично видно на видео. Это славный черный малыш в куртке, который, пока его подталкивают к дверям, все время изворачивается, чтобы посмотреть на Джошуа Белла.
«Там был музыкант», - говорит Паркер, - «и сыну стало интересно. Он хотел подойти послушать, но у меня совсем не было времени».
Поэтому Паркер делает то, что вынуждена сделать. Она ловко загораживает собой Белла от Эвана, перекрывая сыну обзор. Когда они выходят из пассажа, все еще видно, как Эван тянет шею, оглядываясь. Узнав, от чего она уходила, Паркер смеется.
«Эван у меня умненький!»
Поэт Билли Коллинз однажды в шутку заметил, что все дети рождаются с поэтическим слухом – ведь не зря колыбельная в материнском сердце слагается ямбом. Потом, по словам Коллинза, жизнь принимается медленно душить в нас поэзию. Может быть, с музыкой происходит то же самое.
Не было каких-то особых этнических и демографических признаков, отличавших тех, кто останавливался послушать Белла, или тех, кто клал деньги, от подавлявшего большинства, которое спешило мимо, не обращая внимания. Белые, черные и азиаты, молодые и старые, мужчины и женщины были во всех трех группах. Но поведение одной демографической группы оставалось совершенно устойчивым. Каждый раз, когда мимо проходил ребенок, он (или она) пытался остановиться и послушать. И каждый раз взрослый тянул ребенка прочь.
/…/
Лучшие места были мягкие. Можно сказать, на балконе. В тот день за 5 долларов вы могли получить нечто гораздо большее, чем зеркальный блеск на ботинках.
Только одно сиденье было занято, когда играл Белл. Теренс Холмс – консультант Транспортного департамента, и он, разумеется, любит музыку, но, главным образом, ему важна была чистка обуви. «Мой отец говорил мне: никогда не надевай костюм, если обувь не начищена до блеска».
Холмс часто надевает костюмы, поэтому часто сидит на этом сиденье, и у него хорошие отношения с чистильщицей обуви. Холмс щедр на чаевые и приятен в общении – как раз этот навык в тот день пригодился. Чистильщица обуви была чем-то расстроена, а музыка расстроила ее еще больше. По словам Холмса, она жаловалась, что музыка слишком громкая, и он пытался поднять ей настроение.
Эдна Суза родом из Бразилии. Она чистит обувь на Ланфан-плаза уже шесть лет, и сыта по горло здешними уличными музыкантами. Когда они играют, ей не слышно клиентов, а это плохо для бизнеса. Так что она борется.
Суза показывает на разделительную линию между собственностью метро, начиная с верхней площадки эскалатора, и пассажем, который находится под контролем управляющей компании, владеющей торговым центром. Суза говорит, что иногда музыканты стоят на стороне метро, иногда - на стороне торгового центра. Но она по-любому их достает. В ее телефоне на быстром наборе сохранены номера полицейских из торгового центра и полицейских из метро. Музыканты редко когда тут долго протягивают.
А Джошуа Белл?
Он тоже играл слишком громко, говорит Суза. Потом она смотрит на свой коврик и фыркает. Ей не хочется говорить ничего хорошего про этих чертовых музыкантов, но она говорит: «Этот парень молодец. В первый раз в жизни я не стала звонить в полицию».
Суза удивлена тем, что он знаменитый музыкант, но не тем, что люди проносились мимо не глядя. Этого следовало ожидать, говорит она. «Если бы что-то такое случилось в Бразилии, собралась бы толпа народу. А здесь - нет».
Суза сердито кивает в сторону площадки перед эскалатором. «Пару лет назад прямо там умер один бездомный. Просто лег там и умер. Приехала полиция, приехала скорая, а никто не остановился взглянуть, шага не замедлил посмотреть».
«Люди едут вверх по эскалатору, смотрят прямо перед собой. Думай о своих делах, гляди вперед. У всех свои проблемы. Понимаете, о чем я?»

Да разве это жизнь, мой друг,
Коль некогда взглянуть вокруг?
(Из стихотворения «Досуг» В.Г. Дэвиса.)
/…/
Если мы не можем найти в своей жизни время для того, чтобы остановиться на минуту и послушать, как один из лучших на Земле музыкантов играет лучшую музыку из когда-либо написанной; если волны современной жизни до такой степени поглотили нас, что мы глухи и слепы к таким вещам – тогда что же еще мы можем пропустить?
Это-то и имел в виду уэльский поэт В.Г. Дэвис, когда в 1911 году опубликовал эти две строчки/…/. Они его прославили. Мысль была простой, можно даже сказать - примитивной, но почему-то никто прежде него не додумался выразить ее таким образом.
Конечно, у Дэвиса было больше возможностей – больше возможностей для восприятия. Он не был ни торговцем, ни рабочим, ни бюрократом, ни консультантом, ни политическим аналитиком, ни адвокатом по трудовым вопросам, ни программным менеджером. Он был просто бродягой.
Ирина Кононова
Pearls Before Breakfast
Can one of the nation's great musicians cut through the fog of a D.C. rush hour? Let's find out.

No one knew it, but the fiddler standing against a bare wall outside the Metro in an indoor arcade at the top of the escalators was one of the finest classical musicians in the world, playing some of the most elegant music ever written on one of the most valuable violins ever made. His performance was arranged by The Washington Post as an experiment in context, perception and priorities -- as well as an unblinking assessment of public taste: In a banal setting at an inconvenient time, would beauty transcend?
/…/
A onetime child prodigy, at 39 Joshua Bell has arrived as an internationally acclaimed virtuoso. Three days before he appeared at the Metro station, Bell had filled the house at Boston's stately Symphony Hall, where merely pretty good seats went for $100. Two weeks later, at the Music Center at Strathmore, in North Bethesda, he would play to a standing-room-only audience so respectful of his artistry that they stifled their coughs until the silence between movements. But on that Friday in January, Joshua Bell was just another mendicant, competing for the attention of busy people on their way to work.
/…/
He'd clearly meant it when he promised not to cheap out this performance: He played with acrobatic enthusiasm, his body leaning into the music and arching on tiptoes at the high notes. The sound was nearly symphonic, carrying to all parts of the homely arcade as the pedestrian traffic filed past.
Three minutes went by before something happened. Sixty-three people had already passed when, finally, there was a breakthrough of sorts. A middle-age man altered his gait for a split second, turning his head to notice that there seemed to be some guy playing music. Yes, the man kept walking, but it was something.
A half-minute later, Bell got his first donation. A woman threw in a buck and scooted off. It was not until six minutes into the performance that someone actually stood against a wall, and listened.
Things never got much better. In the three-quarters of an hour that Joshua Bell played, seven people stopped what they were doing to hang around and take in the performance, at least for a minute. Twenty-seven gave money, most of them on the run -- for a total of $32 and change. That leaves the 1,070 people who hurried by, oblivious, many only three feet away, few even turning to look.
/…/
It was all videotaped by a hidden camera. You can play the recording once or 15 times, and it never gets any easier to watch. Try speeding it up, and it becomes one of those herky-jerky World War I-era silent newsreels. The people scurry by in comical little hops and starts, cups of coffee in their hands, cellphones at their ears, ID tags slapping at their bellies, a grim danse macabre to indifference, inertia and the dingy, gray rush of modernity.
Even at this accelerated pace, though, the fiddler's movements remain fluid and graceful; he seems so apart from his audience -- unseen, unheard, otherworldly -- that you find yourself thinking that he's not really there. A ghost.
Only then do you see it: He is the one who is real. They are the ghosts.
/…/
THERE ARE SIX MOMENTS IN THE VIDEO THAT BELL FINDS PARTICULARLY PAINFUL TO RELIVE: "The awkward times," he calls them. It's what happens right after each piece ends: nothing. The music stops. The same people who hadn't noticed him playing don't notice that he has finished. No applause, no acknowledgment. So Bell just saws out a small, nervous chord -- the embarrassed musician's equivalent of, "Er, okay, moving right along . . ." -- and begins the next piece.
/…/
A couple of minutes into it, something revealing happens. A woman and her preschooler emerge from the escalator. The woman is walking briskly and, therefore, so is the child. She's got his hand.
"I had a time crunch," recalls Sheron Parker, an IT director for a federal agency. "I had an 8:30 training class, and first I had to rush Evvie off to his teacher, then rush back to work, then to the training facility in the basement."
Evvie is her son, Evan. Evan is 3.
You can see Evan clearly on the video. He's the cute black kid in the parka who keeps twisting around to look at Joshua Bell, as he is being propelled toward the door.
"There was a musician," Parker says, "and my son was intrigued. He wanted to pull over and listen, but I was rushed for time."
So Parker does what she has to do. She deftly moves her body between Evan's and Bell's, cutting off her son's line of sight. As they exit the arcade, Evan can still be seen craning to look. When Parker is told what she walked out on, she laughs.
"Evan is very smart!"
The poet Billy Collins once laughingly observed that all babies are born with a knowledge of poetry, because the lub-dub of the mother's heart is in iambic meter. Then, Collins said, life slowly starts to choke the poetry out of us. It may be true with music, too.
There was no ethnic or demographic pattern to distinguish the people who stayed to watch Bell, or the ones who gave money, from that vast majority who hurried on past, unheeding. Whites, blacks and Asians, young and old, men and women, were represented in all three groups. But the behavior of one demographic remained absolutely consistent. Every single time a child walked past, he or she tried to stop and watch. And every single time, a parent scooted the kid away.
/…/
THE BEST SEATS IN THE HOUSE WERE UPHOLSTERED. In the balcony, more or less. On that day, for $5, you'd get a lot more than just a nice shine on your shoes.
Only one person occupied one of those seats when Bell played. Terence Holmes is a consultant for the Department of Transportation, and he liked the music just fine, but it was really about a shoeshine: "My father told me never to wear a suit with your shoes not cleaned and shined."
Holmes wears suits often, so he is up in that perch a lot, and he's got a good relationship with the shoeshine lady. Holmes is a good tipper and a good talker, which is a skill that came in handy that day. The shoeshine lady was upset about something, and the music got her more upset. She complained, Holmes said, that the music was too loud, and he tried to calm her down.
Edna Souza is from Brazil. She's been shining shoes at L'Enfant Plaza for six years, and she's had her fill of street musicians there; when they play, she can't hear her customers, and that's bad for business. So she fights.
Souza points to the dividing line between the Metro property, at the top of the escalator, and the arcade, which is under control of the management company that runs the mall. Sometimes, Souza says, a musician will stand on the Metro side, sometimes on the mall side. Either way, she's got him. On her speed dial, she has phone numbers for both the mall cops and the Metro cops. The musicians seldom last long.
What about Joshua Bell?
He was too loud, too, Souza says. Then she looks down at her rag, sniffs. She hates to say anything positive about these damned musicians, but: "He was pretty good, that guy. It was the first time I didn't call the police."
Souza was surprised to learn he was a famous musician, but not that people rushed blindly by him. That, she said, was predictable. "If something like this happened in Brazil, everyone would stand around to see. Not here."
Souza nods sourly toward a spot near the top of the escalator: "Couple of years ago, a homeless guy died right there. He just lay down there and died. The police came, an ambulance came, and no one even stopped to see or slowed down to look.
"People walk up the escalator, they look straight ahead. Mind your own business, eyes forward. Everyone is stressed. Do you know what I mean?"

What is this life if, full of care,
We have no time to stand and stare.
-- from "Leisure," by W.H. Davies
/…/
If we can't take the time out of our lives to stay a moment and listen to one of the best musicians on Earth play some of the best music ever written; if the surge of modern life so overpowers us that we are deaf and blind to something like that -- then what else are we missing?
That's what the Welsh poet W.H. Davies meant in 1911 when he published those two lines that begin this section. They made him famous. The thought was simple, even primitive, but somehow no one had put it quite that way before.
Of course, Davies had an advantage -- an advantage of perception. He wasn't a tradesman or a laborer or a bureaucrat or a consultant or a policy analyst or a labor lawyer or a program manager. He was a hobo.
Вернуться к началу перевода
Обсудите эту работу с друзьями!
 
  При использовании авторских материалов указание автора
и ссылка на страницу конкурсной работы обязательны
Ваши голоса
Блестяще! 8 голосов
 
30 баллов за голос
Что-то в этом есть 2 голоса
 
20 баллов за голос
Не впечатлило 3 голоса
 
10 баллов за голос
Разочаровало 1 голос
 
5 баллов за голос
Статистика     *данные на 20:00 (Москва, GMT+3)
Место в рейтинге Публицистика: 28
Средняя оценка: 23.00
Итоговая оценка: 23.00
Общее число оценок: 15
Число комментариев: 26
Число посещений страницы: 2929
< Предыдущий перевод Следующий перевод >
Обсуждаем эту и другие работы на Форуме Конкурса >>>
Комментарии:    26
Ирина Кононова
Ирина Кононова говорит:
0
10.12.2013 18:02   #
Я делала сноску, но она пропала) Строчки из стихотворения Дэвиса приведены в переводе Сергея Сухарева (1968 г.)
Татьяна
Татьяна говорит:
0
10.12.2013 20:05   #
Вспомнилась загадка про яйца натощак (можно съесть одно, потому что второе уже будет не натощак), по-моему ( бисер здесь не в тему) не надо здесь этой аллюзии - предлагаю "Необычно-приятный утренний подарок".
Андрей Москотельников
Андрей Москотельников говорит:
0
10.12.2013 20:24   #
Сушьте, здорово, а? Вот это - лучшая публицистика по исполнению у нас на Конкурсе. А? У кого суперы остались, ставьте и всё.
Gapon
Gapon говорит:
0
10.12.2013 20:39   #
Классное название! Но "Бисер для сытых" - еще класснее.

Расщедрюсь на "блеск", несмотря на не-пе-ре-ва-ри-ва-емое первое предложение второго абзаца, сударыня.
Любовь Асташина
Любовь Асташина говорит:
0
10.12.2013 20:58   #
Блестяще! "Бисер для сытых", мне кажется, у Гапона точное попадание!:)
Юлия Будман
Юлия Будман говорит:
0
10.12.2013 20:59   #
Мне кажется, что название текста - аллюзия на знаменитую фразу: "Не мечите бисер перед свиньями". Поэтому такой перевод абсолютно справедлив.
Блестяще.
Gapon
Gapon говорит:
0
10.12.2013 21:06   #
Юлия Будман, спорю: мимо шли СЫТЫЕ свиньи, равнодушные ко всему и всем.

Примерно то же есть в рассказе Ю.Нагибина о поэте в Нормандии, читавшем свои стихи перед столом семейства буржуа в кабаке. Но там был не эксперимент, а суровая проза жизни.

И вы уверены, что всегда возможны аллюзии к крылатым выражениям и устоявшимся фразеолог.оборотам? Кажется, что лучше их использовать буквально, для чего они и существуют в языке...
Юлия Будман
Юлия Будман говорит:
0
10.12.2013 21:10   #
Уважаемый Гапон, это был ответ не на Ваш комментарий, а на комментарий Татьяны. А с предложенным Вами названием я полностью согласна.
Gapon
Gapon говорит:
0
10.12.2013 21:13   #
Сударыня, а вот это уже никуда не годится, бо "гордыня есть смертный грех"!

Полагаете, что здесь кто-то не знает расхожих нармудов? Зря.

("Уважаемого", плиз - к черту! Вдруг нам еще долго придется трепаться...)
Люси
Люси говорит:
0
10.12.2013 22:04   #
Всё понравилось, кроме этой фразы:
==Но она по-любому их достает.==
(Either way, she's got him.)

Тем не менее, блестяще!

А это иллюстрация к тексту:
Виктор Райкин
Виктор Райкин говорит:
0
10.12.2013 22:07   #
Ирина, живой и хороший перевод, чувствуется, что Вам небезразлична тема. Этот эксперимент широко обсуждался и продолжает обсуждаться, его результат - факт, от которого никуда не денешься.

Читается довольно легко. Но есть ряд шероховатостей, которые не трудно устранить. Вот только то, что я запомнил, пока читал, не цитируя:

"Пассаж" в этом контексте в русском словоупотреблении значит "торговый центр", а здесь речь идёт о проходе/выходе из метро.

""Играющий ... произведения" : лучше сказать: "исполняющий".

У пробегавших мимо в руках были стаканчики с кофе, а не "чашки", как у Вас; имеются в виду бумажные или пластиковые стаканчики. И, конечно, в руках, а не в "ладонях".

Было что-то ещё, но я забыл, что именно, может, ещё вернусь.

Gapon
Gapon говорит:
0
10.12.2013 22:25   #
А не зря ли мы их осуждаем, господа? И я в том числе! Всё же:

1) Живём-то в системе, реализующей, как ни странно, принцип 300-летней давности: "единство времени, места и действия" от классицизма. В виде нармуда "всему - свое время и место";

2) Век назад (1921) Н.Тихонов уже сделал правильный вывод о деградации пиплов:

Мы разучились нищим подавать,
Дышать над морем высотой соленой,
Встречать зарю и в лавках покупать
За медный мусор - золото лимонов.
Виктор Райкин
Виктор Райкин говорит:
0
11.12.2013 08:22   #
Я "их" не осуждаю, как и себя - за то же самое. Не реже раза в неделю, наверное, сталкиваюсь в сабвее или на улице с музыкантом, уровень которого мне будет трудно отличить от уровня ДБ. Или какой-нибудь почти Колтрейн стоит на углу с саксофоном. Послушаю минуту, подойдёт поезд, положу доллар в футляр - и уеду. Да, заплачу $50 за то, чтобы послушать такого же (или этого же!) музыканта в концертном зале, где смогу уделить музыке максимальное внимание, никуда не спеша. И то при условии, что сумею отрешиться от "внутреннего монолога". Можно пожалеть нас всех, "цивилизованных" людей. С другой стороны, нам можно и позавидовать.
Ирина Кононова
Ирина Кононова говорит:
0
11.12.2013 09:47   #
Большое спасибо за хорошие отзывы!

Татьяна, я сама не очень люблю слово "натощак") и вареные яйца тоже) брр))

Андрей, Вы очень щедры. Я, к сожалению, считаю, что мой перевод – далеко не лучший в этой номинации. Вот оригинал – может быть))

Gapon, да, сытость сытых… если бы эксперимент ставили в обеденный перерыв, Ваш заголовок был бы лучше. А тут прохожие как раз не сытые, по-моему, – просто предпочитают другую пищу в это время суток.
А насчет того предложения – да))) не-пе-ре-ва-ри-ва-е-мо-е. Это точно про него. Мне стоило набраться храбрости и отойти подальше от оригинала.

Юлия, да. Только мне всегда казалось несправедливым, что в русском варианте поговорки – бисер вместо жемчуга. Просто грабеж какой-то. Но ничего не поделать, наверное.

Люси, как странно - мне эта фраза, наоборот, казалась удачной. Ну, как живая непрямая речь Сузы. Но, наверное, Вы правы. Судя по всему, она серьезная женщина, и не пользуется такими выражениями)

Виктор,
отдельное спасибо Вам за то, что объяснили про пассаж. Я выбрала это слово из словарных значений «arcade». Даже в Оксфордском словаре «arcade» описывается так: «1) a covered passage with arches along one or both sides. 2) a covered walk with shops along one or both sides». Но «пассаж» настолько не укладывался в текст, что в одном месте мне пришлось заменить его на «переход». Нужно заменить везде.
Да, как картины не рисуют, так произведения не играют, наверное.
За «чашки» мне так стыдно… И правда, лучше «в руках». «В ладонях» - это когда двумя руками держат и греются.

Спасибо!
Ирина Кононова
Ирина Кононова говорит:
0
11.12.2013 09:56   #
А насчет самого эксперимента - меня больше всего тронул фрагмент про детей. Мне кажется, все взрослые в этой статье по-своему правы и по-своему не правы - и прохожие, и Белл, и организаторы эксперимента)Потому что, как сказал (уважаемый) Гапон, всему свое время и место. А только дети правы абсолютно, потому что единственное время и место у них - здесь и сейчас)
Gapon
Gapon говорит:
0
11.12.2013 10:16   #
Да вы тонкий психолог, однако, сударыня!..

Жаль только, что вы не заметили главной мерзости в описываемом: ПЕРЕОДЕВАНИЯ мастера в побирушку. Это та самая мулька наших дней, которая кормит, и весьма неплохо, телевизионщиков всех стран. Пресловутая "Скрытой камерой". Подстава в чистом виде сродни лохотрону.

Где-то в сети бродят видео раньших подобных действ: в супермаркете в Израиле и на площади в Испании. Там нет маскировки, и реакция публики (подобной вашей!) - совершенно ожидаемая: восторг.
Аглиева Юлия
Аглиева Юлия говорит:
0
14.12.2013 17:18   #
Потрясающая статья и достойный перевод! Блестяще!
Ирина Алимбочка
Ирина Алимбочка говорит:
0
14.12.2013 20:31   #
Отличный перевод!))
Gapon
Gapon говорит:
0
14.12.2013 23:23   #
Вот совершенно приличные выходы классики в люди, которые я упомянул выше, господа:



Люси
Люси говорит:
0
15.12.2013 16:38   #
В Испании девочка положила монетку в шляпу авансом… Занятно.

Алина Станиславовна
Алина Станиславовна говорит:
0
15.12.2013 16:53   #
Чудесно, я плачу. Низкий поклон Гапону за видео, а Люси - за то, что своим комментарием обратила на него внимание. Этот ролик сделал мой вечер. Я хочу тудааа.
Какие прекрасные одухотворенные лица! Занятые не покупкой кефира или примеркой тряпки со скидкой...
Gapon
Gapon говорит:
0
15.12.2013 17:38   #
Это был не аванс, Люси, а приманка. Вон как на нее банковские служащие-то выскочили, похватав хранившиеся в банке инструменты прогоревшего театра. В общем вышла инверсия тому самому гамельнскому крысолову: дитя увело взрослых.

А наивные иберийцы за чистую монету схавали... Ну и мы тоже.
Галина А
Галина А говорит:
0
15.12.2013 17:56   #
Второе видео - очень впечатляет: особенно момент ожидания, когда же и где же и откуда же вступит хор!
Виктор Райкин
Виктор Райкин говорит:
0
15.12.2013 18:09   #
Гапон, спасибо, поразительный клип (второй, первый у меня не открывается)!
Эмма
Эмма говорит:
0
15.12.2013 18:21   #
Действительно интересный текст, но не очень блестящий перевод... Ирина, поправьте на досуге свежим взглядом - будет конфетка :)
Что-то есть
chenlina
chenlina говорит:
0
16.05.2018 05:32   #
chenlina20180516
chenlina20180516
Подписаться на новые комментарии к этой работе
Добавить комментарий
Ваше имя Обязательное поле
Ваш email Обязательное поле    Ваш email не будет опубликован
Комментарий:
Защитный код
Обсуждаем эту и другие работы на Форуме Конкурса >>>

 

 

Статистика конкурса

всего (сегодня)
Пользователи: 204 (0)
Переводы: 0 (0)
Комментарии: 76945 (0)
Иллюстрации: 0 (0)

Партнеры конкурса