Зарегистрируйтесь или авторизуйтесь в конкурсе


Авторизация

Регистрация

Войти через loginza
Ваше имя
Ваш email
Пароль
Повторите пароль
Защитный код

Das Holz für morgen - Дрова назавтра

28.10.2012
Обсудите эту работу с друзьями!
Оригинал: Das Holz für morgen, Wolfgang Borchert
Перевод с немецкого: Ирина
Он закрыл за собой входную дверь. Он закрыл её за собой тихо и без шума. Хотя он хотел лишить себя жизни. Жизни, которую он не понимал и в которой его не понимали. Его не понимали те, кого он любил. И именно это он не выносил, это непонимание теми, кого он любил.
Но было ещё что-то, что стало настолько важным, что перевесило всё, и что не собиралось меняться.
Это было то, что он мог плакать по ночам, и те, кого он любил, не слышали его. Это было то, что он видел, что его мать, которую он любил, старела и что он это видел. Это было то, что он мог сидеть с остальными в комнате, мог с ними смеяться и при этом был ещё более одиноким, чем когда-либо. Это было то, что остальные не слышали звуки выстрелов, когда он их слышал. Что они никогда не хотели их слышать. Это было то непонимание теми, кого он любил, которое он не выносил.
Сейчас он стоял на лестничной площадке и хотел подняться на чердак и покончить с собой. Он думал всю ночь, как он хочет это сделать, и решил, что должен, прежде всего, подняться на чердак, так как там он будет один, и это было самым надежным из всего. Ему нечем было застрелиться, а отравление было слишком ненадёжным. Не было бы ничего более позорного, чем с помощью врачей вновь возвратиться к жизни, и необходимость терпеть укоризненные жалостливые лица остальных, которые были полны любви и страха за него. Утопление казалось ему патетическим, а выброситься из окна было для него слишком волнительно. Нет, самым лучшим было бы пойти на чердак. Там он был один. Там было тихо. Там всё было совершенно неброским и бесшумным. И, главное, там были поперечные балки стропильной конструкции. И корзина для белья с верёвкой.
Когда он тихо закрыл за собой входную дверь, он без промедления схватился за перила и медленно начал подниматься по лестнице. Через коническую стеклянную крышу над лестничным пролётом, затянутую проволочной сеткой словно паутиной, было видно бледное небо, которое здесь, наверху, под самой крышей, было светлее всего.
Он крепко держался за чистые светло-коричневые перила и тихо и безшумно поднимался наверх. И тут он увидел тянущуюся вдоль перил широкую белую верёвку, которая наверно была даже немного желтоватой. Он остановил и провёл по ней пальцем, дважды, трижды. Потом он оглянулся. Белая верёвка тянулась вдоль перил вниз. Он слегка наклонился вперёд. Да, в темноте этажей её можно было увидеть далеко внизу. Там она даже становилась коричневатой, но всё же она оставалась на целый тон светлее деревянных перил. Он пару раз провёл пальцами по белой верёвке, потом неожиданно сказал: Об этом я совсем забыл.
Он сел на лестницу. Я хотел покончить с собой и почти забыл об этом. Но это ведь я был тогда. С маленьким напильником, который принадлежал Карлгейнцу. Я взял его в руки и затем на полной скорости помчался вниз, при этом сильно вдавливая напильник в мягкое дерево перил. На поворотах я надавливал с особой силой, чтобы притормозить. Когда я был внизу, по перилам от чердака до первого этажа тянулась глубокая-глубокая борозда. Это сделал я. Вечером всех детей опросили. Обеих девочек под нами, Карлгейнца и меня. И ещё одного, соседского. Хозяйка дома сказала, что это будет стоить, по меньшей мере, сорок марок. Но наши родители уже тогда знали, что никто из нас этого не делал. Это было сделано очень острым предметом, а ни у кого из нас такого не было, это они знали точно. Кроме того ни один ребёнок не изуродует перила в своём собственном доме. А это ведь был я. Я с маленьким острым напильником. Когда ни одна из семей не захотела платить за ремонт перил, хозяйка дома вписала в очередной счёт за квартплату на пять марок больше на расходы по ремонту сильно разрушенной лестничной площадки. На эти деньги потом по всей лестничной площадке сразу же положили линолеум. И госпоже Даус оплатили за её перчатку, которая порвалась о перила. Пришёл столяр, отшлифовал края борозды и замазал их. От чердака до первого этажа. А ведь это был я, я. И сейчас я хотел покончить с собой и почти забыл об этом.
Он взял листочек. С перилами – это был я, написал он на ней. И потом он написал сверху: госпоже Кауфман, хозяйке дома. Он достал все деньги, которые были у него в кармане, – там было двадцать две марки, – и вложил в записку. Он засунул её в нагрудный карман. Там они точно её найдут, подумал он, там они должны её найти. И он совсем забыл, что никто и не вспомнил бы об этом. Он забыл, что это было уже одиннадцать лет назад, об этом он забыл. Он встал, ступень слегка скрипнула. Теперь он хотел пойти на чердак.
Он покончил с перилами и теперь мог идти наверх. Там он хотел ещё раз сказать себе, что он больше не выносил этого непонимания тех, кого он любил, и потом он хотел сделать это. Потом он бы это сделал.
Внизу открылась дверь. Он услышал, как его мать сказала: тогда скажи ей, чтобы она не забыла стиральный порошок. Чтобы она ни в кое случае не забыла стиральный порошок. Скажи ей, что парень на машине свободен и может привезти дрова, чтобы мы завтра могли постирать. Скажи ей, это было бы облегчением для отца, что ему больше не нужно договариваться, чтобы привезли дрова и что парень снова здесь. Парень сегодня свободен. Отец говорит, это доставит ему удовольствие. Этого он не мог делать все эти годы. Теперь он может привезти дрова. Для нас. Назавтра для стирки. Скажи ей, что его машина свободна и чтобы она не забыла стиральный порошок для меня.
Он слышал, как девичий голос ответил. Потом дверь закрылась, и девочка побежала вниз по лестнице. Он видел, как её маленькая ручка скользила по перилам. После этого он слышал только звук её шагов. Затем стало тихо. Был слышен шум, появившийся из тишины.
Он медленно шёл вниз по лестнице, медленно, ступень за ступенью вниз. Я должен привезти дрова, сказал он, конечно, об этом ведь я совсем забыл. Я ведь должен привезти дрова, назавтра. Он спускался по лестнице всё быстрее и стучал ладонями по перилам. Дрова, сказал он, я ведь должен привезти дрова. Для нас. Назавтра. И он спрыгнул с последней ступени. Там наверху через толстую стеклянную крышу виднелось бледное небо. А здесь внизу должны были гореть лампы. Каждый день. Все дни.
Ирина
Das Holz für morgen
Er machte die Etagentür hinter sich zu. Er machte sie leise und ohne viel Aufhebens hinter sich zu. obgleich er sich das Leben nehmen wollte. Das Leben, das er nicht verstand und in dem er nicht verstanden wurde. Er wurde nicht von denen verstanden, die er liebte. Und gerade das hielt er nicht aus, dieses Aneinandervorbeisein mit denen, die er liebte.
Aber es war noch mehr da, das so groß wurde, daß es alles überwuchs, und das sich nicht wegschieben lassen wollte.
Das war, daß er nachts weinen konnte, ohne daß die, die er liebte, ihn hörten. Das war, daß er sah, daß seine Mutter, die er liebte, älter wurde und daß er das sah. Das war, daß er mit den anderen im Zimmer sitzen konnte, mit ihnen lachen konnte und dabei einsamer war als je. Das war, daß die anderen es nicht schießen hörten, wenn er es hörte. Daß sie das nie hören wollten. Das war dieses Aneinandervorbeisein mit denen, die er liebte, das er nicht aushielt.
Nun stand er im Treppenhaus und wollte zum Boden hinaufgehen und sich das Leben nehmen. Er hatte die ganze Nacht überlegt, wie er das machen wollte, und er war zu dem Entschluß gekommen, daß er vor allem auf den Boden hinaufgehen müsse, denn da wäre man allein und das war die Vorbedingung für alles andere. Zum Erschießen hatte er nichts und Vergiften war ihm zu unsicher. Keine Blamage wäre größer gewesen, als dann mit Hilfe eines Arztes wieder in das Leben zurückzukommen, und die vorwurfsvollen mitleidigen Gesichter der anderen, die so voll Liebe und Angst für ihn waren, ertragen zu müssen. Und sich ertränken, das fand er zu pathetisch, und sich aus dem Fenster stürzen, das fand er zu aufgeregt. Nein, das beste würde es sein, man ginge auf den Boden. Da war man allein. Da war es still. Da war alles ganz unauffällig und ohne viel Aufhebens. Und da waren vor allem die Querbalken vom Dachstuhl. Und der Wäschekorb mit der Leine.
Als er die Etagentür leise hinter sich zugezogen hatte, faßte er ohne zu zögern nach dem Treppengeländer und ging langsam nach oben. Das kegelförmige Glasdach über dem Treppenhaus, das von ganz feinem Maschendraht wie von Spinngewebe durchzogen war, ließ einen blassen Himmel hindurch, der hier obern dicht unter dem Dach am hellsten war.
Fest umfaßte er das saubere hellbraune Treppengeländer und ging leise und ohne viel Aufhebens nach oben. Da entdeckte er auf dem Treppengeländer einen breiten weißen Strick, der vielleicht auch etwas gelblich sein konnte. Er blieb stehen und fühlte mit dem Finger darüber, dreimal, viermal. Dann sah er zurück. Der weiße Strick ging auf dem ganzen Geländer entlang. Er beugte sich etwas vor. Ja, man konnte ihn bis tief in die dunkleren Stockwerke nach untern verfolgen. Dort wurde er ebenfalls bräunlicher, aber er blieb doch einen ganzen Farbton heller als das Holz des Geländers. Er ließ seinen Finger ein paarmal auf dem weißen Strich entlangfahren, dann sagte er plötzlich: Das hab ich ja ganz vergessen.
Er setzte sich auf die Treppe. Und jetzt wollte ich mir das Leben nehmen und hatte das beinahe vergessen. Dabei war ich es doch. Mit der kleinen Feile, die Karlheinz gehörte. Die habe ich in die Faust genommen und dann bin ich in vollem Tempo die Treppe runtergesaust und habe dabei die Feile tief in das weiche Geländer gedrückt. In den Kurven habe ich besonders stark gedrückt, um zu bremsen. Als ich unten war, ging über das Treppengeländer vom Boden bis zum Erdgeschoß eine tiefe, tiefe Rille. Das war ich. Abends wurden alle Kinder verhört. Die beiden Mädchen unter uns, Karlheinz und ich. Und der nebenan. Die Hauswirtin sagte, das würde mindestens vierzig Mark kosten. Aber unsere Eltern wußten sofort, daß es von uns keiner gewesen war. Dazu gehörte ein ganz scharfer Gegenstand, und den hatte keiner von uns, das wußten sie genau. Außerdem verschandelte doch kein Kind das Treppengeländer in seinem eigenen Haus. Und dabei war ich es. Ich mit der kleinen spitzen Feile. Als keiner von den Familien die vierzig Mark für die Reparatur des Treppengeländers bezahlen wollte, schrieb die Hauswirtin auf die nächste Mieterrechnung je Haushalt fünf Mark mehr drauf für Instandsetzungskosten des stark demolierten Treppenhauses. Für dieses Geld wurde dann gleich das ganze Treppenhaus mit Linoleum ausgelegt. Und Frau Daus bekam ihren Handschuh ersetzt, den sie sich an dem aufgesplitterten Geländer zerrissen hatte. Ein Handwerker kam, hobelte die Ränder der Rille glatt und schmierte sie dann mit Kitt aus. Vom Boden bis zum Erdgeschoß. Und ich, ich war es. Und jetzt wollte ich mir das Leben nehmen und hatte das beinahe vergessen.
Er setzte sich auf die Treppe und nahm einen Zettel. Das mit dem Treppengeländer war ich, schrieb er da drauf. Und dann schrieb er oben darüber: An Frau Kaufmann, Hauswirtin. Er nahm das ganze Geld aus seiner Tasche, es waren zweiundzwanzig Mark, und faltete den Zettel da herum. Er steckte ihn oben in die kleine Brusttasche. Da finden sie ihn bestimmt, dachte er, da müssen sie ihn ja finden. Und er vergaß ganz, daß sich keiner mehr daran erinnern würde. Er vergaß, daß es schon elf Jahr her war, das vergaß er. Er stand auf, die Stufe knarrte ein wenig. Er wollte jetzt auf den Boden gehen.
Er hatte das mit dem Treppengeländer erledigt und konnte jetzt nach oben gehen. Da wollte er sich noch einmal lauf sagen, daß er es nicht mehr aushielte, das Aneinandervorbeisein mit denen, die er liebte, und dann wollte er es tun. Dann würde er es tun.
Unten ging eine Tür. Er hörte, wie seine Mutter sagte: Und dann sag ihr, sie soll das Seifenpulver nicht vergessen. Daß sie auf keinen Fall das Seifenpulver vergißt. Sag ihr, daß der Junge extra mit dem Wagen los ist, um das Holz zu holen, damit wir morgen waschen können. Sag ihr, das wäre für Vater eine große Erleichterung, daß er nicht mehr mit dem Holzwagen los braucht und daß der Junge wieder da ist. Der Junge ist extra los heute. Vater sagt, das wird Ihm Spaß machen. Das hat er die ganzen Jahre nicht tun können. Nun kann er Holz holen. Für uns. Für morgen zum Waschen. Sag ihr das, daß er extra mit dem Wagen los ist und daß sie mir nicht das Seifenpulver vergißt.
Er hörte eine Mädchenstimme antworten. Dann wurde die Tür zugemacht, und das Mädchen lief die Treppen hinunter. Er konnte ihre kleine rutschende Hand das ganze Treppengeländer entlang bis unten verfolgen. Dann hörte er nur ihre Beine noch. Dann war es still. Man hörte das Geräusch, das die Stille machte.
Er ging langsam die Treppe abwärts, langsam Stufe um Stufe abwärts. Ich muß das Holz holen, sagte er, natürlich, das hab ich ja ganz vergessen. Ich muß ja das Holz holen, für morgen.
Er ging immer schneller die Treppen hinunter und ließ seine Hand dabei kurz hintereinander auf das Treppengeländer klatschen. Das Holz, sagte er, ich muß ja das Holz holen. Für uns. Für morgen. Und er sprang die letzten Stufen mit großen Sätzen abwärts. Ganz oben ließ das dicke Glasdach einen blassen Himmel hindurch. Hier unten aber mußten die Lampen brennen. Jeden Tag. Alle Tage.
Вернуться к началу перевода
Обсудите эту работу с друзьями!
 
  При использовании авторских материалов указание автора
и ссылка на страницу конкурсной работы обязательны
Ваши голоса
Блестяще! 2 голоса
 
30 баллов за голос
Что-то в этом есть 1 голос
 
20 баллов за голос
Не впечатлило 4 голоса
 
10 баллов за голос
Разочаровало 1 голос
 
5 баллов за голос
Статистика     *данные на 01:00 (Москва, GMT+3)
Место в рейтинге Проза: 153
Средняя оценка: 15.63
Итоговая оценка: 15.63
Общее число оценок: 8
Число комментариев: 16
Число посещений страницы:
< Предыдущий перевод Следующий перевод >
Обсуждаем эту и другие работы на Форуме Конкурса >>>
Комментарии:    16
Ирина Деменчук
Ирина Деменчук говорит:
0
31.10.2012 15:06   #
Некоторые предложения были мне не всегда понятны... Например предложение "Это было то, что он видел, что его мать, которую он любил, старела и что он это видел" как-то чересчур перегружено непрерывно повторяющимся словом "что". Вообще этот абзац получился каким-то трудным для чтения, через некоторое время фраза "это было то, что" начинает сводить с ума. И тот абзац, где переданы слова мамы тоже несколько странным получился, на мой взгляд..."Парень сегодня свободен" - конечно, слово Junge с немецкого будет переводится "парень", но в данном контексте как-то уж слишком отчужденно звучит, учитывая то, что мать, как я поняла, говорит про своего сына."Отец говорит, это доставит ему удовольствие" - может быть, что "ему это будет приятно"?
Ну, во всяком случае такого мое субъективное мнение)
Ирина Деменчук
Ирина Деменчук говорит:
0
31.10.2012 15:10   #
И еще, в данном случае "назавтра" в названии разве не раздельно пишется?
Марго
Марго говорит:
0
31.10.2012 15:43   #
Безусловно, не все гладко, но "Что-то в этом есть".

>> в данном случае "назавтра" в названии разве не раздельно пишется?

Конечно, раздельно.

И напрасно Вы, Ирина, полностью пренебрегли оформлением прямой речи: это не только раздражает, но и затрудняет понимание текста.

Ирина
Ирина говорит:
0
02.11.2012 18:52   #
Благодарю за критику. Всегда полезная вещь)
Насчёт "назавтра" - проверяла по словарю, в данном случае пишется слитно.
А насчёт оформления прямой речи - это не мой недочёт, а стиль автора, который не выделяет прямую речь какими-либо пунктационными знаками. Поскольку при переводе нужно сохранить авторский стиль, я не стала делать исключение для оформления прямой речи)
То, что фраза "Это было то, что" сводит с ума, согласна. Но опять же, таков стиль автора, и просто выкинуть эти слова я не могла, а каждый раз выражать эту мысль разными выражениями тоже не позволял стиль автора, который использует многочисленные лексические повторы в данном рассказе)
Эмма
Эмма говорит:
0
02.11.2012 18:57   #
Ирина говорит:
А насчёт оформления прямой речи - это не мой недочёт, а стиль автора, который не выделяет прямую речь какими-либо пунктационными знаками. Поскольку при переводе нужно сохранить авторский стиль, я не стала делать исключение для оформления прямой речи)

А какую нагрузку этот прием несет, и что, как вы считаете, текст бы утратил для русскоязычного читателя, оформи вы прямую речь в соответствии с правилами русского языка?
Ирина
Ирина говорит:
0
02.11.2012 19:11   #
Данный приём несёт важную стилистическую нагрузку. С его помощью автор выражает внутренние монологи героя, и в данном случае мы не можем утверждать, что, например, последняя сцена, в которой главный герой слышит голос матери, является реальной, а не плодом воображения героя. В соответствии с этим "неоформление" прямой речи даёт возможность двояко интерпретировать события в рассказе.
Эмма
Эмма говорит:
0
02.11.2012 19:15   #
Понятно, спасибо
говорящая ворона
говорящая ворона говорит:
0
02.11.2012 19:16   #
и все-таки раздельно
"назавтра он вел себя как ни в чем не бывало"
"оставим эти дрова на завтра, а те на послезавтра"
две большие разницы
Татьяна
Татьяна говорит:
0
02.11.2012 20:10   #
Er machte die Etagentür hinter sich zu. - оскар, обожаю короткие зачинающие предложения.

Er machte sie leise und ohne viel Aufhebens hinter sich zu, obgleich er sich das Leben nehmen wollte. - он закрыл дверь за собой тихонько, хотя бы, например, хотелось лезть в петлю от такой жизни.

Das Leben, das er nicht verstand und in dem er nicht verstanden wurde. - жизни, которую он не понимал и в которой все было против него

читала немного, но просто поверьте, я правда думаю, что...
мне кажется, это невероятно тяжелый и удивительный по настроению текст, спасибо, что вы взялись, но вызов получился тяжеловат, и мужик в роли главного героя - это герой не вашего времени, в языке это видно через простенький глагол в начале всех предложений и мучительный житейский вывод в конце мысли там, не знаю, но спасибо большое))

Ирина
Ирина говорит:
0
02.11.2012 21:02   #
Татьяна,
спасибо) Действительно, герой не нашего времени. Рассказ был написан в 1947 году (если не ошибаюсь). У Борхерта многие рассказы посвящены данной тематике - "потерянное поколение", поколение молодёжи, вернувшейся с войны и утратившей связь с реальной жизнью.
Марго
Марго говорит:
0
02.11.2012 21:06   #
>> Насчёт "назавтра" - проверяла по словарю, в данном случае пишется слитно.

Добавлю к тому, что сказала "говорящая ворона":

>> назавтра, нареч. (когда наступил следующий день: назавтра отправились в путь), НО СУЩ. НА ЗАВТРА (договорились на завтра)


Так что именно В ДАННОМ СЛУЧАЕ пишется раздельно.

Что касается невыделения прямой речи в оригинале, то я не думаю, что этот "авторский стиль" следовало сохранять: правила русского языка на переводы тоже распространяются. А единственное, чего Вы добились этой попыткой сохранения "авторского стиля", это снижение читабельности текста, что, согласитесь, выглядит уже медвежьей услугой тому же автору.
Ирина
Ирина говорит:
0
02.11.2012 21:28   #
>> Что касается невыделения прямой речи в оригинале, то я не думаю, что этот "авторский стиль" следовало сохранять: правила русского языка на переводы тоже распространяются. А единственное, чего Вы добились этой попыткой сохранения "авторского стиля", это снижение читабельности текста, что, согласитесь, выглядит уже медвежьей услугой тому же автору.

Ну в оригинале тоже не очень легко читается без выделения прямой речи по правилам немецкого языка.
Марго
Марго говорит:
0
02.11.2012 21:53   #
Вы меня, Ирина, кажется поняли. :) Даешь прямую рчь!
rashba
rashba говорит:
0
02.11.2012 22:52   #
Ирина, у Вас в немецком тексте очевидная опечатка! Вместо Strick должно быть Strich. Герой увидел широкий белый штрих, который тянулся вдоль перил.
А рассказ хороший. И перевод неплохой.
Рашба Алекс
Рашба Алекс говорит:
0
02.11.2012 23:02   #
Бумажного Борхерта у меня нет под рукой, но в сети вижу: Strich.
Ирина
Ирина говорит:
0
02.11.2012 23:02   #
Да, точно, опечатка. Прощу прощения)
Подписаться на новые комментарии к этой работе
Добавить комментарий
Ваше имя Обязательное поле
Ваш email Обязательное поле    Ваш email не будет опубликован
Комментарий:
Защитный код
Обсуждаем эту и другие работы на Форуме Конкурса >>>

 

 

Статистика конкурса

всего (сегодня)
Пользователи: 205 (0)
Переводы: 0 (0)
Комментарии: 77748 (0)
Иллюстрации: 0 (0)

Партнеры конкурса