Зарегистрируйтесь или авторизуйтесь в конкурсе


Авторизация

Регистрация

Войти через loginza
Ваше имя
Ваш email
Пароль
Повторите пароль
Защитный код

Traktat o łuskaniu fasoli - Трактат о лущении фасоли (отрывок 8)

02.12.2012
Обсудите эту работу с друзьями!
Оригинал: Traktat o łuskaniu fasoli, Wiesław Myśliwski
Перевод с польского: Константин Кучер
Но через какое-то время он снова прислал письмо. И - то же самое. Я приглашаю и когда. На что я ему отправил открытку с пейзажем, мол, благодарю, с уважением, с самыми добрыми мыслями, но пока отложим всё это до того, как у меня будет посвободнее. Но отговориться не удалось. Он присылал письмо за письмом и в каждом всё так же приглашал меня. В одном из писем сообщил мне свой телефон и попросил у меня мой, мол, охотно бы позванивал, хоть изредка. Отказать, вроде как, и нельзя было, но я специально обратил его внимание, что меня трудно застать дома. До полудня репетиции, по вечерам я играю, а жизнь требует и времени, и сил, он и сам об этом хорошо знает. Он позвонил, как потом оказалось, в тот же день, как получил мое письмо:
- Звоню и звоню с самого ранья. Действительно, пана трудно застать. Но разговор, это разговор. Письмо, все-таки не то. Где ему сравниться с живым голосом. Я слышу пана, и у меня впечатление, как будто мы опять встретились. Или я уже решил, когда приеду?
И так длилось годами. Как мог, я оттягивал ответы на его письма, открытки. Извинялся, что мешает то или это, он же понимает. Понимал, конечно. Но в следующем письме еще с большим жаром приглашал меня. В каком-то написал, что поменял в домике телевизор на цветной, какой марки, сколько дюймов экран по диагонали. В другом, что опять что-то поменял. И каждый раз находил более яркие краски, чтобы убедить меня. А я все больше и больше чувствовал по отношению к нему недоверие. Честно скажу пану, я даже начал его бояться, подозревая в чем-то, хотя и не знал, в чем конкретно. Будто втягивал он меня во что-то, хотя, конечно, я в этом не был уверен. Или может, мне это только казалось, потому что недоверие по отношению к людям было моей крепостной стеной, которую я возвел вокруг себя.
С каждым письмом он становился более сердечным, лиричным и настолько открытым по отношению к окружающему его миру, что меня это ужасало. В одном из писем написал, мол, пан не представляет себе, как здесь от лесов пахнет смолой, особенно по утрам. Само дыхание доставляет человеку удовольствие. В заливчике даже раки есть, а это - лучший показатель, какая вода чистая. Серны настолько доверчивы к людям, что приходят и пасутся между домиками. Даже дают погладить себя.
Как-то раз написал, что сова села у него на окно. Открыл окно на ночь, так как было душно. Просыпается, а на фрамуге сидит какая-то птица. Подумал, что это снится ему. Встал, посветил фонарем ей в глаза, так это - два алмазы, говорю пану, два алмаза. В другой раз отдыхал на террасе, так белка к нему подошла. Стала на задние лапки и так они смотрели друг на друга.
Не мог себе простить, что у него не было орешков. Только здесь я бы мог увидеть, как выглядит восход солнца, как – закат. Совсем не так, как там, у меня, в большом городе. Может, такого уже нигде нет. Если бы у него здесь не было домика, так и он бы, навряд ли знал, какой восход, какой закат и что человек уже безвозвратно потерял. Что можно увидеть в городах? Что видно из его магазина сувениров?
Естественно изо всех его писем, к тому же в течение стольких лет, я мог бы легко догадаться, где это место, но я даже мысли не допускал, что именно здесь. К счастью через какое-то время он стал писать реже, письма становились все более и более короткими, меня он уже не приглашал так настойчиво, как прежде, я здраво рассудил, что наше случайное знакомство вскоре сойдет на нет. Тем более, у меня и повода не было подумать, что это – здесь. Было, было, да прошло, как это сплошь и рядом случается. А если и была в том с его стороны какая-то игра, так, может, понял в конце концов, что не нашел во мне товарища. Уже сами открытки кружили между нами только с приветствиями и пожеланиями. Уже изредка и то, меленьким почерком, где-то с краю, он дописывал, мол, верит, что я когда-то приеду. Или надеюсь, что пан когда-то приедет. Или я прошу подумать, время бежит, а неосуществленных планов все прибывает. Вскоре и открытки перестали приходить. Но больше меня обеспокоило, что и телефонная связь прервалась.
Я уже стал думать, не случилось ли у него чего. Может, хоть позвонить ему? Но на это у меня не хватало мужества. Зато, как только у меня начинал звонить телефон, я брал трубку с надеждой, может это он. Раньше у меня не было особого желания отвечать на его письма и открытки, с трудом я брался за это дело, а теперь, как только начинал звонить телефон, мне хотелось, чтобы это был он. Разными вариантами пробовал я объяснить себе, в чем может быть причина его молчания. Невзирая на то, что я о нем почти ничего не знал. При целой куче его писем, никогда никаких откровений, кроме того, что у него этот домик у самого залива в лесу и магазин сувениров в городе. Словно, он определил себе узкие границы, о чем может мне написать. В конечном итоге, примерно так же, как и я. Да, но ведь я был как бы принуждаемой стороной нашего знакомства.
Минул год, за ним - следующий. И неожиданно от него пришло письмо, опять длинное, полное сердечных откровенный и тех же самих искушений, как и в прежние годы. Он писал, что пан даже не представляет, какой этот год грибной. Боровики, подосиновики, грузди, маслята, рыжики, лисички, чего только пан пожелает. Лисички с маслицем, так пальчики оближешь (пан всю руку вместе с пальцами проглотит). Куда там до них даже самым наилучшим отбивным. Или рыжики с луковкой да в сметане – такой деликатес. Самый настоящий изыск! А больше всего их там, где могилы. Там никто не собирает. И чего люди боятся? Мне так все равно, из могил, не из могил. Те же самые грибы. Кто бы знал, что там – под землей. Если так рассуждать, то нельзя ни ходить, ни ездить, нельзя строить дома, даже пахать, сеять и то - нельзя, потому что весь прежний мир там. Мы должны были бы порхать над землей или даже переселиться с нее. Вот только куда?
Все собирают, сушат, маринуют, жарят. По вечерам - здесь грибочки, там грибочки. А к ним – пол-литра, литр. Когда как пойдет. Пан просто не представляет, как здесь весело. Ел ли пан соленые грибы? Раритет. Здесь есть одна мастерица, которая солит. Только самые лучшие на посол – грузди. А на грузди, если бы пан приехал, как раз сезон. Прошу, просто дайте мне знать. Хоть бы на те соленые приезжайте, приглашаю. Я разговаривал с ней, если пан приедет, - засолит.
«Там, где могилы», - как током меня ударило. Чуть ли не в прострации я поднял трубку, чтобы позвонить ему, я приезжаю. Но в последний момент положил её. И так - почти каждый день. Я поднимал трубку, чтобы снова положить её назад - лучше завтра. Несмотря на то, что каждый раз что-то словно говорило мне, - если не теперь, то уже никогда. Но я всё равно откладывал разговор, завтра, мол. Однажды я даже набрал его номер, но как только услышал гудок, снова положил трубку. В другой раз даже услышал его голос в трубке:
- Алло! Алло! В Бога душу, опять кто-то не может дозвониться. Черт бы побрал эти телефоны!
С трудом сдержался, чтобы не сказать, то я, пан Роберт. Как-то был у меня выходной, налил я себе бокал коньяка, выпил. Потом другой, третий. Пан Роберт? То я. Я приеду. С минуту, не меньше, в трубке было тихо, я даже успел подумать, видно, он так поражен новостью, прежде чем услышал, словно вздох:
- Наконец-то. И что же случилось, если пан, в конце концов, решился?
- Так меня эти соленые грибы подтолкнули, пан Роберт. Никогда не ел соленых грибов.
- Так надо было заранее дать об этом знать. Успеет ли теперь эта пани засолить? Их же ведь, ещё насобирать нужно. А я даже не знаю, есть ли сейчас грузди.
- Не важно. Я пошутил. Просто надо было когда-то решиться, вот, я и решился.
- Рад этому. Наверное, вы понимаете. Столько лет я приглашаю пана, приглашаю.
Но я не почувствовал по его голосу, чтобы он обрадовался, как этого можно было бы ожидать по его многочисленным письмам, а тем более по этому, последнему. К нему домой я приехал в субботу, под вечер. Пан ведь не знает, где это, сказал он мне по телефону. Сам пан не найдет. И в воскресенье с утра мы с ним двинули к заливу.

Константин Кучер
Traktat o łuskaniu fasoli
Lecz za jakiś czas znów przysłał list. I to samo. Zapraszam i kiedy. Na co ja mu widokówkę, że dziękuję, pozdrawiam, z najlepszymi myślami, lecz odłóżmy to, kiedy będę wolniejszy.
Nie dawał się jednak zrazić. Przysyłał list za listem i w każdym niezmiennie mnie zapraszał.
W jednym z listów podał mi swój telefon i poprosił o mój, bo chętnie by nieraz zadzwonił.
Nie wypadało odmówić, ale zaznaczyłem, że trudno mnie w domu zastać. Do południa próby,
wieczorami gram, a przecież życie też wymaga czasu i zachodu, dobrze o tym wie.
Zadzwonił, jak się okazało, jeszcze tego samego dnia, w którym otrzymał mój list:
- Dzwonię i dzwonię od samego rana. Rzeczywiście trudno pana zastać. Jednak co głos, to
głos. List jest mimo wszystko niemy. Gdzie mu się równać z żywym głosem. Słyszę pana, to
mam wrażenie, jakbyśmy się znów spotkali. Czy zdecydowałem się już, kiedy przyjadę?
I tak trwało to latami. Jak mogłem, przeciągałem odpowiedzi na jego listy, kartki. Potem go
przepraszałem, że to czy tamto, ale chyba rozumie. Rozumiał, a jakże. I w kolejnym liście
jeszcze z większym zapałem mnie zapraszał. W którymś mi napisał, że zmienił w domku
telewizor na kolorowy, jakiej marki, ile cali ma ekran. W innym, że znów coś zmienił. I z
każdym dobierał coraz mocniejszych barw, żeby mnie zachęcić. A ja coraz większą
odczuwałem wobec niego nieufność. Powiem panu, zacząłem go się nawet bać,
podejrzewając go, jakkolwiek nie umiałbym powiedzieć, o co. Wciągał mnie w coś, tego
jedynie byłem pewny. Czy może mi się tylko wydawało, bo nieufność wobec ludzi była moim
murem obronnym, który sobie postawiłem.
Z każdym listem stawał się coraz bardziej serdeczny, nieomal liryczny i tak otwarty wobec
świata, że aż mnie to przerażało. W którymś liście mi napisał, nie wyobraża pan sobie, jak tu
od lasów ciągnie żywicą, zwłaszcza o poranku. Samo oddychanie sprawia człowiekowi
przyjemność. W zalewie nawet raki są, to najlepszy sprawdzian, jak woda czysta. Sarny stały
się tak ufne wobec ludzi, że przychodzą się paść między domkami. Nawet dają się głaskać.
Raz mu sowa, pisał, siadła na oknie. Otworzył na noc okno, bo duszno było. Budzi się, a tu
jakiś ptak na framudze. Myślał, że śni mu się. Wstał, zaświecił jej latarką w oczy, to dwa
diamenty, mówię panu, dwa diamenty. Innym razem odpoczywał na tarasie, a tu wiewiórka
do niego podeszła. Stanęła na tylnych łapkach i tak patrzyli na siebie. Nie mógł sobie wydarować, że nie miał orzeszków. Jeszcze tylko tu mógłbym zobaczyć, jak wygląda wschód słońca, jak zachód. A to nie jest tak, jak tam, u mnie, w wielkim mieście. Może nigdzie już tak nie jest. Gdyby nie miał tu domku, też by pewnie nie wiedział, jak wschód, jak zachód i co
człowiek bezpowrotnie stracił. Bo cóż się w miastach widzi? Co widać z jego sklepu z
pamiątkami?
Naturalnie z tych wszystkich jego listów, i przez tyle lat, mógłbym łatwo odgadnąć, gdzie to
jest, lecz nie dopuszczałem myśli, że właśnie tu. Na szczęście od jakiegoś czasu pisał coraz
rzadziej, listy były coraz krótsze i już mnie tak zachłannie nie zapraszał, sądziłem więc, że ta
nasza przypadkowa znajomość wkrótce uschnie. I tym bardziej nie miałem powodu
zastanawiać się, czy to tu. Ot, zdarzyło się, minęło, jak to często bywa. A jeśli była w tym z
jego strony jakaś gra, to może wreszcie zrozumiał, że nie znalazł we mnie partnera.
Już same kartki krążyły między nami z pozdrowieniami, życzeniami. Jedynie maczkiem
gdzieś czasem dopisał na obrzeżu, czy może wierzyć, że kiedyś przyjadę. Albo mam nadzieję,
że pan kiedyś przyjedzie. Czy proszę pomyśleć, czas ucieka, a niespełnionych zamiarów
przybywa. Wkrótce i kartki przestały przychodzić. Co jednak mnie zaniepokoiło, urwały się
także telefony.
Zacząłem się zastanawiać, czy coś się u niego nie stało. Może powinienem chociaż
zadzwonić? Nie miałem jednak odwagi. Za to kiedy u mnie zadzwonił telefon, brałem
słuchawkę z nadzieją, że to może on. Przedtem nie chciało mi się odpowiadać na jego listy,
kartki, z trudem się do tego zabierałem, a teraz, gdy zadzwonił telefon, chciałem, żeby to był
on. Próbowałem sobie na różne sposoby tłumaczyć, co może być przyczyną jego milczenia.
Mimo że nic prawie o nim nie wiedziałem. Przy całej wylewności jego listów, nigdy żadnych
zwierzeń, prócz tego, że ma ten domek nad zalewem w lasach i sklep z pamiątkami w mieście. Jakby wyznaczył sobie ścisłe granice, co może mi napisać. Podobnie zresztą jak ja. No, ale ja byłem jakby tą przymuszoną stroną naszej znajomości.
Minął rok, minął następny. I nieoczekiwanie przyszedł list od niego, znów długi, serdeczny,
wylewny i pełen tych samych pokus, jak za dawnych lat. Nie ma pan pojęcia, jaki grzybny
jest ten rok, pisał. Borowiki, podgrzybki, kurki, maślaki, rydze, kanie, co pan chce. Kanie na
masełku, palce lizać. Niech się najlepsze kotlety schowają. Czy rydze z cebulką w śmietanie,
pyszności. A najwięcej ich tam, gdzie groby. Nikt tam nie zbiera. I czego się ludzie boją?
Mnie wszystko jedno, z grobów czy nie z grobów. Takie same grzyby. Kto by się zastanawiał,
co tam w ziemi pod spodem. By się zastanawiać, to trzeba by nie chodzić, nie jeździć, nie
stawiać domów, a nawet nie orać, nie siać, bo cały świat dotychczasowy tam jest.
Musielibyśmy fruwać ponad ziemią czy nawet wynieść się z niej. Tylko gdzie?
Wszyscy zbierają, suszą, marynują, smażą. A wieczorami tu grzybki, tam grzybki. Pół literka,
literek. Nie ma pan pojęcia, jak wesoło jest. A jadł pan grzyby kiszone? Rarytas. Jest tu jedna
mistrzyni, która kisi. Tylko na kiszenie najlepsze są gąski. A na gąski, gdyby pan przyjechał,
byłaby akurat pora. Proszę zaraz dać znać. Niech pan chociaż na te kiszone przyjedzie,
zapraszam. Rozmawiałem z nią, ukisi, jeśli pan przyjedzie.
Tam, gdzie groby, uderzyło mnie to. Omal w odruchu uniosłem słuchawkę, żeby do niego
zadzwonić, przyjeżdżam. I w tej samej chwili odłożyłem ją. I tak prawie każdego dnia
odtamtąd. Podnosiłem i odkładałem, że lepiej jutro. Mimo że za każdym razem jakby coś mi
podpowiadało, że jeśli nie teraz, to już nigdy. I odkładałem, że jutro. Raz już wykręciłem jego
numer, odczekałem do drugiego sygnału i odłożyłem. Innym razem usłyszałem nawet jego głos w słuchawce:
- Halo! Halo! Cholera jasna, znów się ktoś nie może dodzwonić. Szlag by trafił te telefony!
Z trudem powstrzymałem się, żeby nie powiedzieć, to ja, panie Robercie. Aż kiedyś miałem
wolny dzień, nalałem sobie kieliszek koniaku, wypiłem. Potem drugi, trzeci. Pan Robert? To
ja. Przyjeżdżam. Chwila ciszy w słuchawce, pomyślałem, widocznie tak jest zaskoczony, po
czym jakby westchnienie:
- Nareszcie. I cóż się stało, że pan się wreszcie zdecydował?
- Tak mnie te kiszone grzyby zachęciły, panie Robercie. Nigdy nie jadłem kiszonych
grzybów.
- Tylko to trzeba było wcześniej dać znać. Czy ta pani zdąży ukisić? I musi przecież
nazbierać. A nie wiem nawet, czy są teraz gąski.
- Nie szkodzi. Żartowałem. Po prostu trzeba się kiedyś zdecydować i zdecydowałem się.
- Cieszę się. To zrozumiałe. Zapraszam pana i zapraszam już tyle lat.
Nie odczułem jednak w jego głosie, że się ucieszył, jak bym mógł się spodziewać po tych wszystkich jego listach, a tym bardziej po tym ostatnim.
Przyjechałem w sobotę pod wieczór do niego do domu. Bo przecież nie wie pan, gdzie to jest, powiedział mi przez telefon. Sam by pan nie trafił. I w niedzielę z rana ruszyliśmy nad ten zalew tutaj.
Wiesław Myśliwski
Wiesław Myśliwski
Вернуться к началу перевода
Обсудите эту работу с друзьями!
 
  При использовании авторских материалов указание автора
и ссылка на страницу конкурсной работы обязательны
Ваши голоса
Блестяще! 1 голос
 
30 баллов за голос
Что-то в этом есть 1 голос
 
20 баллов за голос
Не впечатлило 0 голосов
 
10 баллов за голос
Разочаровало 0 голосов
 
5 баллов за голос
Статистика     *данные на 14:00 (Москва, GMT+3)
Место в рейтинге Проза: 248
Средняя оценка: 25.00
Итоговая оценка: 6.25
Общее число оценок: 2
Число комментариев: 11
Число посещений страницы:
< Предыдущий перевод Следующий перевод >
Обсуждаем эту и другие работы на Форуме Конкурса >>>
Комментарии:    11
deicu
deicu говорит:
0
09.12.2012 15:51   #
Добрый день, Константин!

Высунула нос на конкурс и, врать не буду, пришла в ужас. Что творится-то, люди добрые! :) Видно, все спешат высказать как можно больше мнений, пока не закрыли голосовалку. А споры какие принципиальные, а обвинения оппонентов какие яростные... Нет уж, подумала я себе, мы своим мини-сообществом тихо посидим, полущим фасоль - и пользы больше, и удовольствия.

Как и прежде, порадовал Ваш свободный разговорный язык, совершенно в стиле автора, без буквального следования его выражениям: "позванивал хоть изредка", "с самого ранья" (да, нестандартно, но ведь это прямая речь персонажа), "сойдет на нет", "меленьким почерком", "неосуществленных планов все прибывает", "с луковкой да в сметане" (самая правильная интонация - уже потекли слюнки), "как током меня ударило", "чуть ли не в прострации", "мы с ним двинули к заливу". А два предложения и вовсе получились чуточку лучше, чем у автора: "Было, было, да прошло, как сплошь и рядом случается", и про грибочки с напитками - у автора просто литр или пол-литра, а у Вас такое обстоятельное "Когда как пойдет". Чувствуется солидная база. :)

Помня о своей обязанности считать тексты и выявить неясности или несовпадения, спешу их отметить. "Будто втягивал он меня во что-то, хотя, конечно, я в этом не был уверен" - у автора прямо противоположная мысль, tego jedynie byłem pewny, "только в этом и был уверен". Не первый раз польское samo выступает у Вас камнем преткновения: "Само дыхание доставляет человеку удовольствие" - "просто дышать, и то приятно", а то получается вроде "само по себе дыхание". "Уже сами открытки кружили между нами" - неужели и правда сами? - нет, конечно, "только открытки, одни открытки".

Грамматически небрежно получилось "Он писал, что пан даже не представляет" - учитывая, что дальше идет в чистом виде несобственно-прямая речь (цитаты из письма), это пояснение - кстати, отсутствующее у автора! - совершенно лишнее. Кроме того, в письме Kto by się zastanawiał означает не "кто бы знал", а "кто там задумывается" или даже проще - "кому какое дело". Назвать соленые грибы "раритетом" немножко смело - они "на особицу", у них "редкий вкус" или как-то.

Поймала пару опечаток: "два алмазы", "полное сердечных откровенный". Удивилась над выражением в скобках (пан всю руку вместе с пальцами проглотит) - во-первых, раньше Вы вариантов не давали, а во-вторых, перебор. И, по-моему, Вы хватили с ругательством "в Бога душу" вместо "холера ясна" как-то неправильно звучит, несколько сильнее. А прямо транслитерировать нельзя? Очень по-польски. :) Да, и почистите "по отношению" - боюсь, оно заметно и навязчиво. Кстати, "это" тоже расплодилось.

Да, сложный выбор у Лущильщика... Я его понимаю: возвращаться туда, где пережил такое, просто психологически очень трудно, недаром он гонит от себя мысль, что это "его" заливчик и лес. И, вместе с тем, его выбор определило случайное упоминание могил - как сказалась глубоко заложенная в нас, словами классика, "любовь к отеческим гробам"... Впрочем, умолкаю. Метафизиков и без меня здесь хватает.
Константин Кучер
Константин Кучер говорит:
0
09.12.2012 18:54   #
Спасибо, Deicu.
Вы так подробно всё расписали, что у меня в этот раз практически не было трудностей с правками.
Ну, разве что вот здесь, когда я немного перекроил предложение с "не уверен" на "только в этом и уверен":
Powiem panu, zacząłem go się nawet bać, podejrzewając go, jakkolwiek nie umiałbym powiedzieć, o co. Wciągał mnie w coś, tego jedynie byłem pewny.

Честно скажу пану, я даже начал его бояться, подозревая в чем-то, хотя и не знал, в чем конкретно. Но был уверен, - втягивает он меня во что-то. Вот только во что?

По скобкам Вы, наверное, зря удивились. Просто это была первая польская идиома, на которую Вы и Владимир обратили моё внимание - palce lizać. Вот она мне и запомнилась. И сейчас я её уже правильно перевел. Но на всякий случай (для себя), в скобках привел вариант прежнего перевода. Вот только забыл это "для себя" убрать из перевода, когда выкладывал его уже на всеобщее обозрение. А может, и не зря. Просто, чтобы Вы видели. Что у нашей с Вами работы есть определенные результаты. Не только количественные. Ну, как мне кажется...
Очень мне понравилось Ваше предложение по поводу "прямой транслитерации". Звучит просто завораживающе. Прямая, да ещё и "транслитерация". Ну, я её и применил -
Холера ясна, опять кто-то не может дозвониться. Черт бы побрал эти телефоны!
А с "на особицей", вот что вышло -
Ел ли пан соленые грибы? О, у них – такой вкус! На особицу.

"По отношению" в паре мест убрал, ну, а с "это" - это моя характерная ошибка. Люблю я эти "вот", "это", "ну", "так". И прочая, прочая из тех, что называются мусорными словами. Придется как-то сесть и ещё разик (а то и не один) внимательно прочитать текст.
Ну, а пока пошел предлагать организаторам последний отрывок. Жаль, но почему-то всё хорошее имеет такую неприятную особенность - заканчиваться. Судя по календарю, отрывок, действительно, будет последним. Увы.
Большой спасибо, Deicu. Благодаря Вам (и только Вам!) я этим ноябрем сильно продвинулся в переводе "Трактата". Два авторских листа для меня, это - очень(!) много. Но этот объем мне как-то и не почувствовался. Потому что мне было приятно работать с Вами.
На жаль, мы с Вами так и не дошли до того места, где пан Роберт вспоминает, как жгли деревню Лущильщика. Оказывается он в войну жил неподалеку и маленьким мальчиком стал очевидцем тех страшных событий.
Поэтому - как бы мой небольшой бонус лично Вам - маленький монолог пана Роберта в ответ на признание Лущильщика, что он здесь родился (никто, никто - не выжил, тогда (в войну) здесь - никто не выжил):

- Но тогда, здесь - никто. Никто, – он мало не налетел на меня. - Видит пан это взгорье. Мы жили там во время войны. И однажды, как гром среди ясного неба, грохнула новость, что здесь село жгут. Поймала меня мать за руку, я ещё ребенком был, и мы побежали на самую вершину взгорья. Винница, так называлось то место. Там уже стояла толпа народу. Правда, увидел я немного, только клубы дыма над лесом. Но старшие все видели. Горящие дома, овины, хлева, обезумевших животных, людей, как по ним стреляют. В какой-то момент мать взяла меня на руки, но я всё равно ничего, кроме этих дымов, не увидел. Мать встала на колени и мне сказала встать на них, потому что все встали на колени. Она сказала мне, чтобы я заплакал, потому, как все плакали. Только мне хотелось смеяться. У матери была нанесена тушь на ресницы, от слез она потекла, и темные ручьи побежали по материному лицу. Я не мог сдержаться. Люди повернули ко мне головы, а кто-то сказал:
- Смеется, а там людей мордуют.
Мать смутилась. Она рывком подняла меня с колен, потянула за собой. - Не оглядывайся. – И мы спустились со взгорья вниз.
(- Ale wtedy tu nikt. Nikt - nieomal się zaperzył. - Widzi pan te wzgórza. Mieszkaliśmy tam w czasie wojny. I jednego dnia gruchnęła wieść, że tu się wsie palą. Złapała mnie matka za rękę,
dzieckiem byłem, i pobiegliśmy na najwyższe wzgórze. Winnica się nazywało. Stał już tam tłum ludzi. Niewiele widziałem, prócz morza dymów ponad lasami. Starsi jednak wszystko widzieli. Płonące domy, stodoły, chlewy, oszalałe zwierzęta, ludzi, jak do nich strzelają-
Wzięła mnie matka w pewnej chwili na ręce, ale też nic więcej prócz tych dymów. Uklękła, kazała i mnie uklęknąć, bo wszyscy uklękli. Kazała mi płakać, bo wszyscy płakali. Tylko że mnie zachciało się śmiać. Miała matka rzęsy poczernione i od łez ciemne strumyki zaczęły
spływać jej po twarzy. Nie mogłem się powstrzymać. Ludzie odwrócili na mnie głowy, a ktoś powiedział:
- Śmieje się, a tam ludzi mordują.
Matka się zawstydziła. Zerwała mnie z klęczek, pociągnęła za sobą. - Nie oglądaj się. - I zeszliśmy ze wzgórza.)

deicu
deicu говорит:
0
10.12.2012 10:17   #
Константин, Вы же понимаете, что работа в основном Ваша. Максимум, что я делала (и вообще могла сделать) - указать на неясности или натяжки. И перевод, и правки, и окончательный смысл - под ответственностью самого переводчика; так всегда было и, Бог даст, всегда будет. :) Мне тоже было очень приятно, а главное, если бы не лущила с Вами фасоль, то вроде как и совершенно зря на этот конкурс зашла. Весь его смысл, я так полагаю, как раз в обсуждении.

Посему перехожу к отрывочку. Да, жуткий эпизод. Поэтому надо еще внимательнее отнестись к авторским выражениям. Мать ребенка за руку не "поймала", а "схватила" (złapała), "людей мордуют" по-русски имеет другой смысл (бьют или издеваются), польское слово означает "убивают". И эпизод, как вставали на колени, получился не в авторском ритме, затянутым очень. Попробуйте покрутить возле "мать встала на колени и мне сказала, потому что все встали на колени". "Велела плакать", "у нее была тушь на ресницах"... Чем короче и проще, тем будет жутче.

Новый отрывок видела, постараюсь выделить время. Когда там заканчивают прием комментариев? Пятнадцатого?
Марго
Марго говорит:
0
10.12.2012 10:27   #

deicu, прием комментариев не заканчивается никогда, даже с окончанием конкурса. 15-го заканчивается возможность ставить оценки.
Константин Кучер
Константин Кучер говорит:
0
10.12.2012 10:46   #
Спасибо, Deicu, за подсказки с этим небольшим отрывком.
По "у матери была тушь на ресницах", "она велела мне заплакать" - понял. Подчищу и сокращу там, где это возможно без ущерба для смысловой составляющей.
По мордуют. Я тут посмотрел несколько словарей -
Мордовать - кого, южн., зап., ряз. (нем. morden?) томить, изнурять, мучить, маять. Начто мордуешь лошадь? Совсем замордовал собаку. Долго мордовался, бился, маялся. Замордовать кого, замучить; сгубить. Толковый словарь Даля. В.И. Даль. 1863 1866
МОРДОВАТЬ, дую, дуешь; несовер., кого (что) (прост.). 1. То же, что избивать. 2. перен. Зло преследовать, обижать. | совер. замордовать, дую, дуешь. Толковый словарь Ожегова. С.И. Ожегов, Н.Ю. Шведова. 1949 1992
Мордовать - дую, дуешь; нсв. (св. замордовать). кого. Разг. Бить, мучить, истязать. М. лошадей. М. палкой. // Грубо. Преследовать, ругать (обычно незаслуженно). Начальник мордует подчинённых. Большой толковый словарь русского языка. 1 е изд е: СПб.: Норинт

И мне, если честно, это слово очень нравится. Ну, естественно, не мучить и истязать, а то, как это русское слово вписывается в этот польский текст. То, что людей там, внизу, убивают понятно - "...все видели. Горящие дома, овины, хлева, обезумевших животных, людей, как по ним стреляют".
Зачем стрелять в людей? Чтобы убить. Тем более, когда жгут их дома.
А вот это слово, сказанное неизвестным нам персонажем, несет в себе очень большую смысловую нагрузку. Оно говорит читателю, что тех людей, там, внизу, не просто убивают. А перед тем, как убить, мучают и истязают.
Поэтому мне бы хотелось оставить это "мордуют". Пробежитесь ещё раз по тексту. Как, с учетом уже сказанного мною, - вызывает у Вас, как читателя, это слово отторжение? Если да, то Вы, наверное, правы, надо его менять. Но если оно вписывается в текст и играет ту роль, которую ей отвел переводчик - может, оставим?
Да, ещё. Вот здесь - Но старшие все видели (Starsi jednak wszystko widzieli). В принципе, дословно вроде бы верно. Но может, лучше не старшие? Взрослые? Ведь речь, судя по тексту, не о старших сверстниках того малыша, который запомнил этот эпизод, а о его взрослых односельчанах.

Судя по регламенту конкурса, подведение его итогов 20-го. Соответственно, комментарии к работам можно давать вплоть до 19-го. В прошлом году даже несколько дней после подведения итогов можно было написать коммент к той или иной работе. В основном, конечно, чтобы поздравить участника. Но, при необходимости, думаю, можно написать не только поздравление.
Если я не прав, может, кто-то из сведущих меня поправит?
Константин Кучер
Константин Кучер говорит:
0
10.12.2012 10:53   #
Спасибо за уточнение, Марго!! Вы меня даже опередили.:)
Просто мы с Deicu, когда работали с первым отрывком из "Трактата" (конкурс 2011 г.), столкнулись с тем, что комментарии к старым текстам уже нельзя оставить. Поэтому "работу над старыми ошибками" пришлось проводить по первому отрывку конкурса этого года. Вот, Deicu, и уточняла, а здесь, в рамках нынешнего конкурса, - как долго можно будет комментировать тексты.
Надеюсь, сейчас мы всё уточнили и у нас ещё есть небольшой запас времени.
Марго
Марго говорит:
0
10.12.2012 11:06   #
>> столкнулись с тем, что комментарии к старым текстам уже нельзя оставить

Не может быть, Константин, я прекрасно помню, как Алёна Алексеева с кем-то чуть ли не до самого Нового года переписывалась на свой страничке. Да и потом, уже весной и летом, кое-что на страничках время от времени появлялось и оно отражалось в ленте комментариев. Сама пару раз какие-то замечания по обсуждаемому вставляла.
Константин Кучер
Константин Кучер говорит:
0
10.12.2012 11:48   #
Марго, проблема, скорее всего, в том, что Deicu, по всей видимости, не была участником конкурса 2011 г. Соответственно, НА ТОМ конкурсе она не регистрировалась. А сейчас там уже не зарегистрироваться. Вот она, как незарегистрированный пользователь прошлого конкурса, и не может ТАМ оставлять комментарии к текстам.
Я думаю, проблема именно в этом.
Я-то - да, могу там оставить коммент, но ведь работа над текстом предполагает, в нашем случае, участие в ней двух человек...
deicu
deicu говорит:
0
10.12.2012 19:08   #
>> Поэтому мне бы хотелось оставить это "мордуют". Пробежитесь ещё раз по тексту. Как, с учетом уже сказанного мною, - вызывает у Вас, как читателя, это слово отторжение?

Слово, как таковое, меня не задевает. Я беспокоилась лишь, знаете ли Вы его значение по-польски, или понадеялись на память и не заглянули в словарь. (Ну, и, может быть, немножко повлияли особенности русского употребления, вроде Вашего же примера "начальник мордует подчиненных".) Теперь вижу: Ваше решение его употребить - сознательное, и спорить особо не о чем. По поводу "старших" я так и поняла, что говорится о детях постарше возрастом. Малыш видел только дым, а кто же потом рассказал ему - да еще так ярко и страшно - что происходило в реальности: взрослые? Старшие дети? И те, и другие? Как только мы себе ответим на этот вопрос, будет ясно, каким словом переводить.
Константин Кучер
Константин Кучер говорит:
0
10.12.2012 20:07   #
Ну, тогда оставим пока так, как есть. А дальше по тексту романа сориентируемся.
levis_stipula
levis_stipula говорит:
0
15.12.2012 04:03   #
"Блестяще".
Подписаться на новые комментарии к этой работе
Добавить комментарий
Ваше имя Обязательное поле
Ваш email Обязательное поле    Ваш email не будет опубликован
Комментарий:
Защитный код
Обсуждаем эту и другие работы на Форуме Конкурса >>>

 

 

Статистика конкурса

всего (сегодня)
Пользователи: 127 (0)
Переводы: 0 (0)
Комментарии: 12388 (16)
Иллюстрации: 0 (0)

Последние события

eemperafa: <a href="/">Cheap Roger Vivier Outlet</a> <ul><li><strong><a href="/">Roger Vivier Shoes</a></strong> </li><li><strong><a
eemperafa: <strong><a href="/">movimiento de rГ©plicas de relojes mecГЎnicos suizos</a></strong> | <strong><a
eemperafa: <strong><a href="/">rГ©plicas de relojes suizos aaa +</a></strong><br> <strong><a href="/">rГ©plicas de
eemperafa: <strong><a href="/">Moncler baratos</a></strong><br> <strong><a href="/">Moncler baratos</a></strong><br> <strong><a href="/">Moncler baratos</a></strong><br> <br>
eemperafa: <strong><a href="/">best swiss replica watches</a></strong> <br> <strong><a href="/">best replica watches</a></strong>
eemperafa: <strong><a href="/">Comprar Vestidos de novia</a></strong><br> <strong><a href="/">Comprar Vestidos de novia</a></strong><br>
eemperafa: <strong><a href="/">rГ©plicas de relojes suizos aaa +</a></strong><br> <strong><a href="/">rГ©plicas de
eemperafa: <strong><a href="/">rГ©plicas de relojes suizos aaa +</a></strong><br> <strong><a href="/">rГ©plicas de
eemperafa: <strong><a href="/">moncler sale</a></strong> <br> <strong><a href="/">moncler outlet store</a></strong> <br> <a
eemperafa: <strong><a href="/">comprar moncler</a></strong><br> <strong><a href="/">comprar moncler</a></strong><br> <a href="/">salida moncler</a> <a
Все события

Партнеры конкурса