Зарегистрируйтесь или авторизуйтесь в конкурсе


Авторизация

Регистрация

Войти через loginza
Ваше имя
Ваш email
Пароль
Повторите пароль
Защитный код

Mister Orange (fragment) - Трюс Матти "Господин Апельсин" (отрывок)

24.11.2011
Обсудите эту работу с друзьями!
Оригинал: Mister Orange (fragment), Truus Matti
Перевод с нидерландского: Платонида Белухина
Перевод выполнен с любезного разрешения автора и издательства:
(c) Truus Matti / Uitgeverij Leopold Amsterdam

22

Лайнус собирался на следующий день расспросить о письме маму, если она останется в магазине одна. Разговорить ее обычно было легче, чем отца. Но когда он развез все заказы и вернулся домой, в магазине было полно покупателей.
— Макс с малышами на улице, — сказала мама, когда Лайнус прошел за прилавок. — Ты пока не начнешь чистить картошку?
Голос звучал устало. Огоньки, которые вчера засветились у нее в глазах, погасли.
Лайнус поставил тележку на место и поднялся по лестнице в гостиную. Если не считать тихого похрапывания отца, в доме была тишина. Лайнус положил картошку на стол, подстелив старую газету. Потом сходил налить воды в кастрюлю и уселся за работу.
Так тихо, как сейчас, в доме бывало нечасто. Первая картофелина с плеском упала в воду. В тишине было особенно трудно не думать о письме. Лайнус взял следующую картофелину.
На спинке стула, стоявшего напротив него, висел отцовский пиджак. Он притягивал взгляд Лайнуса. Но мальчик упорно продолжал чистить картошку.
А глаза его не слушались. Они то и дело посматривали не на нож, а на внутренний карман пиджака. Когда Лайнус немножко наклонялся в сторону, ему было видно торчавший из кармана верхний край конверта...
— Ай!
Он порезал ножом указательный палец. Пришлось положить нож на стол и взять палец в рот. Теперь, когда надо ждать, пока остановится кровь, можно все время смотреть на белую полоску над краем кармана. Но ему нельзя туда смотреть. Надо чистить картошку. Вечером, когда малышей уложат спать, он спросит, что там, в письме.
Все еще держа палец во рту, Лайнус встал. Он обошел вокруг стола и наклонился к пиджаку. Свободная рука скользнула по белой полоске. И вдруг конверт оказался в руке.
Изо всех сил вслушиваясь в похрапывание отца, Лайнус вынул из конверта письмо. Пальцы дрожали, а взгляд бежал по строчкам.
"Дорогие мама и папа, дорогие Сис и братья,
Мама написала, что папа читает мои письма вслух, когда все собираются за столом. Здорово, я и сам хотел бы посидеть с вами... (но часть этого письма не предназначена для чтения вслух. Я поставил ее в скобки. Эта часть только для Вас, папа, и для мамы).
Как вы все поживаете? Простите, что долго не писал".

"Надо сейчас же остановиться", подумал Лайнус. Остановиться, сложить письмо, вложить его в конверт и положить обратно в карман. Но руки не слушались, а глаза устремились дальше, перескакивая через знакомый кусок письма, пока снова не увидели скобки.
"Наконец-то представился случай отдохнуть и написать вам. И, наверное, согреть ноги! (Не знаю, что у меня с ногами, они ужасно чешутся, как будто холод их разъедает. Тут все время предупреждают, что ноги надо держать сухими. Но как они могут быть сухими, если день и ночь ходить под дождем?"
Глаза Лайнуса было не остановить, взгляд несся по строчкам неудержимо, как танк.
"Не понимаю теперь, как я мог раньше думать, что мы хорошо подготовились. Шутка сказать. Много я знал. Как можно подготовиться к войне? У нас за плечами неудачный марш-бросок. Много солдат ранено, многие пали в бою. Среди них и Джерваси, тот парень из Нью-Йорка, о котором я вам писал. Он был ранен осколками гранаты, его еще успели отнести в полевой госпиталь, но он не выкарабкался. Как и многие другие солдаты, которых я знал не так хорошо, самое ужасное, что к этому быстро привыкаешь. Но когда такой близкий друг, как Джерваси, с которым так много общего, это тяжело. Может быть, не надо вам об этом рассказывать, я же знаю, что мама и так беспокоится, и Вы, папа, тоже. И все-таки мне становится легче, когда я могу кому-то об этом рассказать. Вокруг меня у всех какие-нибудь жуткие истории, лучше поменьше говорить об этом друг с другом.
Я понимаю, что письмо получается горьким, стараюсь не забывать и о том, ради чего все это делается. Но война так отравляет...)
Ужасно по вас скучаю, даже по городу скучаю — ну, не идиот ли?"

Лайнус уставился на листок бумаги. Как могут мелкие ровные буквы Апке описывать такие страшные вещи? Его затошнило. Как будто он взял слишком много сахару из сахарницы.
Слишком много сахару? Слишком много отравы.
Слишком много слов прочитано.
Руки все еще дрожали. На улице заплакал ребенок. Не Сис ли это?
Лайнус сложил письмо и попытался вложить его в конверт, но пальцы не слушались. Его бросило в жар. На бумагу попало немножко крови из порезанного пальца. Он хотел ее стереть, но пятно стало только еще больше. Голоса Сис и Макса раздавались уже под окном, зазвенел колокольчик в магазине. Наконец удалось вложить письмо в конверт, и Лайнус поспешно засунул его обратно во внутренний карман отцовского пиджака. Пока Макс с малышами топали по лестнице, он успел повалиться на свой стул. Схватил картофелину и принялся смотреть на нее, голова немножко кружилась.
Сис и Уилке, ссорясь на бегу, помчались в спальню, где спал отец.
Макс вошел в гостиную и, ни слова не говоря, уселся напротив Лайнуса, на стул с пиджаком. Положил голову на стол и вздохнул. Лайнусу было хорошо известно, как могут доводить младшие. Потом в комнату вошел отец: на каждой руке по малышу, ссора улажена. Его глаза припухли после сна.
— Что это с тобой?
Отец посмотрел на Лайнуса, который все еще сидел, уставившись на картофелину в руке.
— Ты весь белый.
— Палец порезал, — быстро ответил Лайнус и показал руку.
Отец наклонился над ней, а потом испытующе посмотрел Лайнусу в глаза.
— И от этого ты так дрожишь? Уж не привидение ли ты видел?
— Уже прошло.
Лайнус отдернул руку. Тут, к счастью, снова вспыхнула ссора Сис и Уилке, отец отвлекся. Лайнус глубоко вздохнул и склонился над картошкой.

23

— Ну что такое, — пробормотал Лайнус невнятно.
Он попробовал открыть глаза. Долгие часы он проворочался в постели и только стал засыпать, как кто-то начал трясти его кровать.
— Мне же надо наверх, правда? — сердито сказал чей-то голос. — А летать я не умею.
Это просто Саймон... Успокоившись, Лайнус перевернулся на другой бок.
Нет, погоди-ка, это вовсе не Саймон, это солдат, который лезет по приставной лесенке. У него к штыку приделана кисть, и он размазывает по стене серую краску. "Все, что в скобках, надо убрать!", кричит он. Другой солдат, с кистью наперевес, отталкивает Лайнуса. Издали видно, что вся стена в цветных пятнышках. Сотни солдат идут на нее со своими кистями. Отсюда они похожи на малюсеньких оловянных солдатиков.
Появляется Супермен, он идет в одних носках, держа в каждой руке по красному сапогу.
— У меня так чешутся ноги, — говорит он, — с ума сойти.
— Сделай что-нибудь! — кричит Лайнус. — Они замажут все цвета!
— Ну и что тут страшного?
Супермен поднимает ногу и чешет ее.
— Это же цвета будущего!
Лайнус трясет его.
— А если уж о страшном, то почему ты не спас того солдата?
— Их слишком много, — говорит Супермен, — за всеми не уследишь.
— Но это же был друг Апке!
— Наверное, каждый кому-нибудь друг, — говорит Супермен, — я больше не могу с этим считаться.
Его окружает группа солдатиков, они не достают ему до щиколоток. Они вцепляются в ткань его костюма и карабкаются кверху. Синее и красное исчезает под серым. Лайнус пытается сдергивать солдатиков с Супермена, но на месте каждых двух снятых оказываются четверо новых.
— Их слишком много!
Супермен отмахивается от них, как от надоедливых мух. Он уже наполовину серый. Теперь и у Лайнуса начинают чесаться ноги. Он окружен солдатиками, которые взбираются вверх по его икрам, колют его под коленки, он пронзительно кричит, и колотит по ним, и топает ногами, чтобы от них избавиться. "Да тихо ты", говорит кто-то сердито, "мне же завтра на работу!"

Лайнус лягнул ногой спинку кровати. Потом сел. Сердце у него бешено колотилось.
— Ну тише, тише, — пробурчал Саймон, — мне так не заснуть.
Лайнус сбросил одеяло и уселся на краю. Саймон на верхнем ярусе снова тихонько похрапывал.
Оставаться в темноте, в одиночестве, наедине со словами из письма было совсем невыносимо. Может быть, лучше посидеть в гостиной, при свете, тогда это, наверное, пройдет. Лайнус ощупью нашел свитер и носки и потихоньку встал.
Из гостиной донеслось негромкое бормотание. Родители еще не легли? Лайнус на цыпочках подошел поближе и уперся лбом в дверь, просто чтобы послушать знакомые голоса. Просто чтобы успокоиться.
— Я с тобой не пойду.
Голос матери звучал сдавленно.
Тишина.
— Я туда не могу. Я там не смогу.
Она сказала это так тихо, что Лайнус едва смог расслышать.
— Это же их сын.
Отец повысил голос, как будто был удивлен тем, что она сказала.
— Я не знаю этих людей. Никогда их не видела.
— Но ведь их сын был товарищем нашего.
Тишина.
— А что, если бы наоборот...
Громкий хлопок. Лайнус отскочил от двери.
— Не смей, Берт.
Произнося первые слова, мать еще раз стукнула рукой по столу.
— Не смей говорить такое в нашем доме. О нашем Апке.
Лайнус стоял в оцепенении. Тишина продлилась дольше, чем раньше. Его затрясло, надо было забраться в постель. Он повернулся.
В гостиной отодвинули стул.
— Тогда я иду один.
Голос отца звучал спокойно.
Лайнус быстро пробежал по коридору. Он нырнул в постель в тот самый момент, когда дверь гостиной открылась. Натянув одеяло до самого подбородка, он прислушивался к шагам отца по лестнице. Еще долго после того, как звякнул колокольчик в магазине, он не мог унять дрожь. Никак не мог согреться, как ни вертелся с боку на бок.
Платонида Белухина
Mister Orange (fragment)
(c) Truus Matti / Uitgeverij Leopold Amsterdam
22
Linus was van plan zijn moeder uit te horen over de brief, als ze alleen in de winkel zou staan de volgende dag. Ze liet meestal makkelijker iets los dan zijn vader. Maar toen hij na zijn ronde thuiskwam was het druk in de winkel.
'Max is met de kleintjes naar buiten,' zei ze toen Linus naar achteren liep. 'Wil jij alvast beginnen met aardappels schillen?' Ze klonk vermoeid. De lichtjes die ze gisteren in haar ogen had waren verdwenen.
Linus zette de kar op zijn plaats en liep de trap op. Op het zachte snurken van zijn vader na was het stil in huis. Hij droeg de aardappels op een oude krant de kamer in. Daarna haalde hij een pan water en ging aan tafel zitten.
Zo stil als nu was het thuis niet vaak. Hij gooide de eerste aardappel met een plons in het water. De stilte maakte het extra moeilijk om niet steeds aan de briefte denken. Hij pakte de volgende aardappel.
Over de leuning van de stoel tegenover hem hing het jasje van zijn vader. Linus' blik dwaalde ernaar af. Vastberaden ging hij door met schillen.
Maar zijn ogen gingen hun eigen gang. Ze gleden telkens opnieuw van de punt van het mes naar de binnenzak van het jasje. Als hij een beetje opzij leunde kon hij het bovenste randje van de envelop zien uitsteken...
'Au!' Het mes sneed in zijn wijsvinger. Hij legde het neer en stopte de vinger in zijn mond. Nu hij moest wachten tot het bloeden zou stoppen, had hij alle tijd om naar het stukje wit in de binnenzak te kijken. Maar daar moest hij helemaal niet naar kijken. Hij moest verder met de aardappelen. Van¬avond als de kleintjes naar bed waren zou hij vragen hoe het zat met de brief.
Met de wijsvinger nog in zijn mond stond hij op. Hij liep om de tafel heen en boog zich over de jas. Zijn vrije hand gleed langs het randje wit. Opeens lag de envelop in zijn hand.
Met zijn oren gespitst op het snurken van zijn vader trok hij de brief uit de envelop. Zijn vingers trilden terwijl hij zijn ogen over de letters liet gaan.
Lieve moeder en vader, lieve Sis en broers,
Moeder schreef dat vader mijn brieven voorleest, met iedereen rond de tafel. Dat klinkt gezellig, ik zou er graag zelf bij zijn... (maar een deel van deze briefis niet geschikt om voor te lezen. Ik heb het tussen haken gezet. Dat deel is alleen voor u en moeder.)
Hoe is het met jullie allemaal ? Het spijt me dat ik niet eerder heb geschreven.

Nu moet ik stoppen, dacht Linus. Stoppen en de brief op¬vouwen en in de envelop doen en terug in de binnenzak. Maar zijn handen luisterden niet en zijn ogen holden verder, over het stuk dat hij al kende, tot ze weer een haakje tegenkwamen.
Eindelijk een kans om uit te rusten en jullie te schrijven. En hopelijk warme voeten te krijgen! (Ik weet niet wat er met mijn voeten is, ze jeuken vreselijk, het is of de kou eraan vreet. Ze waarschuwen hier steeds dat je je voeten droog moet zien te houden. Maar hoe kom je aan droge voeten als je dag en nacht in de regen loopt?
Linus' ogen waren niet te stoppen, ze rolden maar door en door, als een tankwagen.
Ik begrijp niet meer hoe ik ooit heb kunnen denken dat we goed voorbereid waren. Dat is gewoon een lachertje. Wist ik veel? Hoe kun je je voorbereiden op een oorlog? We hebben een rampzalige veldtocht achter de rug. Er zijn veel gewonde en gesneuvelde soldaten. Onder hen ook Gervasi, de jongen uit New York over wie ik jullie vertelde. Hij was geraakt door een granaat, ze hebben hem nog naar een veldhospitaal gebracht maar hij heeft het niet gehaald. Net als vele anderen, soldaten die ik zelf minder goed kende, het is afschuwelijk om te moeten zeggen datje daar zo snel aan gewend raakt. Maar iemand zo dichtbij als Gervasi, een jongen met wie ik veel optrok, dat grijpt je aan. Misschien moet ik het jullie niet vertellen, moeder maakt zich al zo'n zorgen en u ook, dat weet ik. Toch lucht het op dat ik er iemand over kan vertellen. Om me heen heeft iedereen zijn eigen griezelverhalen, daar kun je het met elkaar maar het beste niet te veel over hebben.
Ik weet dat ik bitter klink en toch probeer ik ook voor ogen te houden waar we het voor doen. Maar er komt zoveel gif binnen met de oorlog...)
Ik mis jullie vreselijk, en ik mis de stad zelfs, is dat niet idioot!

Linus staarde op het papier. Hoe konden die kleine regelmatige letters van Apke zulke erge dingen beschrijven? Hij voelde zich misselijk. Alsof hij te veel scheppen suiker uit de suikerpot had genomen.
Te veel suiker? Te veel gif.
Te veel woorden gelezen.
Zijn handen bleven maar trillen. Op straat huilde een kind. Was dat Sis?
Hij vouwde de brief op en probeerde hem in de envelop te stoppen, maar zijn vingers deden onhandig. Hij kreeg het warm. Er kwam een beetje bloed van zijn vinger op het papier terecht. Hij wilde het wegvegen, maar hij maakte de vlek alleen maar groter. De stemmen van Sis en Max waren al onder het raam, hij hoorde de winkelbel. Eindelijk kreeg hij de brief in de envelop; haastig stopte hij hem terug de binnenzak. Terwijl Max en de kleintjes de trap op stampten liet hij zich weer op zijn stoel vallen. Hij greep een aardappel en keek ernaar, een beetje duizelig.
Wilke en Sis renden ruziënd naar de slaapkamer waar hun vader lag.
Max kwam de kamer binnen en ging zonder iets te zeggen tegenover Linus zitten, op de stoel met het jasje. Hij legde zijn hoofd op tafel en zuchtte. Linus wist precies hoe radeloos de kleintjes je konden maken. Even later kwam zijn vader binnen, aan elke hand een kind, de ruzie gesust. Zijn ogen waren nog dik van de slaap.
'Wat is er met jou?' Hij keek naar Linus, die nog naar de aardappel in zijn hand zat te staren. 'Je ziet helemaal bleek.'
'Vinger gesneden,' zei Linus gauw. Hij hield zijn hand op.
Zijn vader boog zich eroverheen en keek hem onderzoekend aan. 'Zitje daar zo van te trillen? Je kijkt of je een geest gezien hebt.'
'Het gaat nu wel weer.' Linus trok zijn hand weg. De ru¬zie tussen Sis en Wilke laaide weer op en eiste gelukkig zijn vaders aandacht. Linus haalde diep adem, pakte het mes en boog zich over de aardappels.
23
'Wat gebeurt er,' mompelde Linus wazig. Hij probeerde zijn ogen open te krijgen. Hij had uren liggen woelen, en nu hij eindelijk in slaap begon te vallen stond er iemand aan zijn bed te schudden.
Ik moet toch naar boven?' zei een stem nors. 'Ik kan niet vliegen hoor.'
Het is Simon maar... Linus draaide zich gerustgesteld op zijn andere zij.
Of wacht eens, het is Simon helemaal niet; het is een soldaat die op een ladder klimt. Hij heeft een kwast op de punt van zijn bajo¬net geprikt en smeert grijze verf op een muur. 'Alles tussen haakjes moet weg !' roept hij. Een andere soldaat dwingt Linus naar achte¬ren, zijn kwast in de aanslag. Van een afstand ziet hij dat de hele muur vol zit met gekleurde vlakken. Honderden soldaten vallen er met kun kwasten op aan. Van hieraf lijken het piepkleine tinnen soldaatjes.
Superman komt op zijn sokken aangelopen, in elke hand houdt hij een rode laars. 'Mijn voeten jeuken zo,' zegt hij, 'het is om gek van te worden.'
'Doe iets,' roept Linus. 'Ze schilderen de kleuren weg!9
'Wat is daar zo erg aan?' Superman tilt een voet op en knijpt erin.
'Het zijn de kleuren van de toekomst!' Linus schudt hem door elkaar. 'En over erg gesproken, waarom heb je die soldaat niet gered?'
'Het zijn er te veel,'zegt Superman. 'Ik hou het niet meer hij.'
'Het was een vriend van Apke!'
'Iedereen is wel een vriend van iemand,' zegt Superman, 'daar kan ik geen rekening meer mee houden.'Een groep soldaatjes komt om hem heen staan, ze reiken nog niet tot zijn enkels. Ze haken zich vast in de stof van zijn pak en klimmen omhoog. Het blauw en het rood verdwijnt onder de verf. Linus probeert de soldaatjes van hem af te trekken, maar voor elke twee die hij wegplukt komen er
vier nieuwe.
'Het zijn er te veel! Superman wappert naar ze alsof het lastige vliegen zijn. Hij is al grijs tot zijn middel. Nu beginnen Linus' voeten ook te jeuken. Er klimmen soldaatjes overheen, op weg naar zijn kuiten, ze prikken in zijn knieholten, hij gilt en slaat en trapt om ze kwijt te raken. Hou nou stil, zegt er eentje boos, zo kan ik toch niet werken!

Linus schopte met zijn voet tegen een spijl van het bed. Hij schoot overeind. Zijn hart ging tekeer.
'Hou nou stil' bromde Simon, 'zo kan ik niet slapen.'
Linus sloeg de deken open en ging op de rand van zijn bed zitten. Boven hem snurkte Simon zachtjes verder.
Hier in het donker, helemaal alleen met de woorden uit de brief, hield hij het niet uit. Misschien kon hij even in de huiskamer gaan zitten, met het licht aan, dan ging het zo wel weer. Hij vond op de tast zijn trui en zijn sokken en kwam stilletjes overeind.
Uit de woonkamer kwam het zachte gemompel van stemmen. Waren zijn ouders nog op? Op zijn tenen liep hij dichterbij en leunde met zijn voorhoofd tegen de deur, alleen om even hun vertrouwde stemmen te horen. Alleen om rustig te worden.
'Ik ga niet mee.' De stem van zijn moeder klonk gedempt.
Stilte.
'Ik kan daar niet heen. Ik kan daar niet zijn.' Ze zei het zo zacht dat Linus het amper kon verstaan.
'Het is hun zoon.' Zijn vaders stem ging omhoog, alsof hij verbaasd was om wat ze zei.
'Ik ken die mensen niet eens. Ik heb ze nooit ontmoet.'
'Hij was een kameraad van ónze zoon.'
Stilte.
'Wat als het andersom...'
Een harde klap. Linus veerde op.
'Waag het niet, Bert.' Het eerste woord van zijn moeder viel samen met de tweede klap die haar hand op tafel gaf. 'Waag het niet die woorden hardop te zeggen in dit huis. Niet over onze Apke.'
Linus stond verstijfd. De stilte die volgde duurde langer dan de andere. Hij begon te rillen, hij moest naar zijn bed. Hij draaide zich om.
Binnen werd een stoel naar achteren geschoven.
'Dan ga ik alleen.' Zijn vaders stem was rustig.
Snel stak Linus de gang over. Hij dook zijn bed in op hetzelfde moment dat de kamerdeur open ging. Met de dekens opgetrokken tot zijn kin luisterde hij naar zijn vaders voetstappen op de trap. Lang nadat de winkelbel zacht had gerinkeld lag hij nog te bibberen.
Truus Matti
Truus Matti
Вернуться к началу перевода
Обсудите эту работу с друзьями!
 
  При использовании авторских материалов указание автора
и ссылка на страницу конкурсной работы обязательны
Ваши голоса
Блестяще! 5 голосов
 
30 баллов за голос
Что-то в этом есть 1 голос
 
20 баллов за голос
Не впечатлило 1 голос
 
10 баллов за голос
Разочаровало 4 голоса
 
5 баллов за голос
Статистика     *данные на 22:00 (Москва, GMT+3)
Место в рейтинге Проза: 79
Средняя оценка: 18.18
Итоговая оценка: 18.18
Общее число оценок: 11
Число комментариев: 11
Число посещений страницы: 2004
< Предыдущий перевод Следующий перевод >
Обсуждаем эту и другие работы на Форуме Конкурса >>>
Комментарии:    11
Марго
Марго говорит:
0
25.11.2011 14:53   #
Платонида, Ваше изложение на русском мне понравилось -- с нидерландским, конечно, не знакома. :)

Небольшие замечания:

>> На спинке стула, стоявшего напротив него

Просто "стула, стоявшего напротив". Тем более что мы знаем: он в комнате один.
_________

"Пришлось положить нож на стол и взять палец в рот". = Пришлось положить нож на стол и сунуть/положить палец в рот.
__________

"но часть этого письма не предназначена для чтения вслух. Я поставил ее в скобки" = но часть этого письма -- не для чтения вслух; я взял ее в скобки.
Юлия Рац
Юлия Рац говорит:
+3
25.11.2011 15:09   #
До чего паскудно выглядит это сведение счетов.
"Блестяще", Платонида.
Платонида Белухина
Платонида Белухина говорит:
0
25.11.2011 15:11   #
Спасибо, Марго. Вот ведь, вылизывала-вылизывала... :)))
Но в целом согласна. С пальцем только сложности.
Если "положить", то будет повтор. Да и "палец в рот не клади" где-то рядом.
"Сунуть" - грубовато.
А ведь детям говорят именно "не бери (что-л.) в рот".

Уважаю точку зрения разочарованных. По-видимому, раньше они были мною очарованы.
Жаль, что так неконкретно.
Платонида Белухина
Платонида Белухина говорит:
0
25.11.2011 15:12   #
Спасибо, Юлия. То ли еще будет... ;)
Марго
Марго говорит:
0
25.11.2011 15:13   #
"Разочарованный", может, хоть словечко скажет? Или это примитивная месть? :(
Марго
Марго говорит:
-1
25.11.2011 15:21   #
Платонида, а мне кажется, что "сунул палец в рот" -- совсем не грубо. А "взял палец в рот" -- как-то искусственно. Да, про "положил" я тоже сразу подумала, что на фразеологизм будет смахивать, но зато нейтральное. Впрочем, я не настаиваю -- может, это только мое личное ощущение.
__________

>> То ли еще будет... ;)

C ужасом жду этого момента, честное слово. :(
Платонида Белухина
Платонида Белухина говорит:
0
25.11.2011 15:26   #
Полноте, Марго, какой там ужас: виртуальные персонажи в режиме он-лайн...
К ним надо с иронией. Я серьезно.
Спасибо за внимание. Временно офф-лайн.
Люси
Люси говорит:
0
25.11.2011 15:38   #
>>когда он развез все заказы и вернулся домой, в магазине было полно покупателей.
Он жил в магазине?
>>Ты пока не начнешь чистить картошку?
Не по-русски.
>>Шутка сказать. Много я знал.
Эмоция не понятна. Нужно изменить пунктуацию.
>>Это просто Саймон...
Лучше написать "Это всего лишь Саймон"

Сыровато. Надо было дать переводу вылежаться.
Оценку не ставлю.
Платонида Белухина
Платонида Белухина говорит:
0
25.11.2011 19:33   #
Спасибо, Люси. Да, засохнуть не успело...
Но - да, он жил в магазине. Жилье было наверху (мне казалось, что это, в общем, понятно хотя бы из топанья младших детей по лестнице), а выход на улицу - через магазин родителей, в котором он работал рассыльным.
Марго
Марго говорит:
0
25.11.2011 19:49   #
Я вообще не понимаю, отчего этот магазин в жилом доме так сильно ошарашил уже двоих: сотни фильмов и сотни книг описывают такую же ситуацию, когда семья, владеющая магазином, живет именно в доме с этим самым магазином и даже второй вход в него устроен прямо из жилых комнат.

А уж "это просто Саймон" менять на "это всего лишь Саймон" и вовсе ни к чему: это синонимы.

Из толкового словаря Кузнецова:

"ПРОСТО
III. частица, разг.
...
2. ВСЕГО ЛИШЬ, ВСЕГО-НАВСЕГО..."

Платонида Белухина
Платонида Белухина говорит:
0
25.11.2011 20:19   #
Просто/всего лишь в качестве "рассказа об интересном".

Место действия этой книги - Нью-Йорк, США, время - 1943 год.
Хозяева магазина - вполне американская семья с немецкой фамилией.
Устройство магазина/жилья - голландское, традиционное.

Книга, кстати, голландского автора, написана по-голландски. У меня не перевод перевода. :)

Дальше - совсем из другой книги.

После второй мировой войны в голландских городах стали появляться торговые улицы. Жилье с них исчезло. И как! Сначала торговые площади нижних этажей увеличивались за счет лестничных клеток. Лестницы ликвидировались (доступ на верхние этажи - тоже). Оказалось дешевле снять жилье для семьи в другом месте.
Так произошло, например, с улицей Демер в Эйндховене.
Подписаться на новые комментарии к этой работе
Добавить комментарий
Ваше имя Обязательное поле
Ваш email Обязательное поле    Ваш email не будет опубликован
Комментарий:
Защитный код
Обсуждаем эту и другие работы на Форуме Конкурса >>>

 

 

Статистика конкурса

всего (сегодня)
Пользователи: 196 (0)
Переводы: 0 (0)
Комментарии: 74102 (0)
Иллюстрации: 0 (0)

Последние события

eemperafa: <strong><a href="/">swiss replica watches aaa+</a></strong> <br> <strong><a href="/">swiss replica watches</a></strong>
eemperafa: <strong><a href="/">swiss replica watches aaa+</a></strong> <br> <strong><a href="/">swiss replica watches</a></strong>
eemperafa: <a href="/">swiss replica watches</a> <ul><li><strong><a href="/">high quality replica watches</a></strong> </li><li><strong><a
eemperafa: <a href="/">moncler outlet store</a> <strong><a href="/">Discount Moncler on sale</a></strong> <br>
eemperafa: <strong><a href="/">best swiss replica watches</a></strong> <br> <strong><a href="/">best replica watches</a></strong>
eemperafa: <strong><a href="/">swiss replica watches aaa+</a></strong> <br> <strong><a href="/">swiss replica watches</a></strong>
eemperafa: <strong><a href="/">swiss replica watches aaa+</a></strong> <br> <strong><a href="/">swiss replica watches</a></strong>
eemperafa: <strong><a href="/">swiss replica watches aaa+</a></strong> <br> <strong><a href="/">swiss replica watches</a></strong>
eemperafa: <strong><a href="/">swiss replica watches aaa+</a></strong> <br> <strong><a href="/">swiss replica watches</a></strong>
eemperafa: <strong><a href="/">swiss replica watches aaa+</a></strong> <br> <strong><a href="/">swiss replica watches</a></strong>
Все события

Партнеры конкурса